Глава 42. Отборочные бои

Ярость душила меня, сдавливала раскаленными обручами грудь, с трудом пропускала воздух в сжатое горло. Увидев прикованного к стене Корнуэлла, я едва смогла взять себя в руки, до конца выстоять на торжественном открытии.

Но когда мы выходили из зала, волк вдруг тоскливо и обреченно завыл, и я знала кого он зовет, почему недоумевает. Как дикой самке мне хотелось бросаться на тех, кто стоял с ним рядом, опустошать артефакты, разрывая руками сковывающие его цепи.

Но я уходила, с прямой спиной и мертвым лицом, скользя между вампирами. Красные озадачено крутили головами, они чувствовали притушенную ярость и не могли понять, где источник.

Оборотня посадили на привязь как безмозглое животное, это могла быть или игра под прикрытием, или настоящая ловушка. Но по тому, как Корнуэлл перестал натягивать цепь при моем появлении, начал принюхиваться и завыл во время ухода, я все больше утверждалась в подозрении, что... оборотень потерял человеческую ипостась или же она серьезно пострадала. По внешним признакам пока в его теле жил и реагировал только волк. Одинокий, брошенный, сходящий с ума в окружении вампиров, которых он так ненавидит.

Когда мы пришли в комнаты, выделенные Кин-Кин как участнику, я обнаружила, что сломала пальцами железный браслет регенерации. Кровь главы белых делала меня сильнее с каждым днем.

Недоумевающий Лео не мог понять нашего с Кин-Кин возбужденно-расстроенного состояния. Я металась, роясь в инструментах, вампирша носилась следом и пробовала меня успокоить. У нас было всего полчаса до первых отборочных поединков. И никакого плана спасения примарха из замка, нафаршированного вампирами.

- Он оборотень? - шокировано переспрашивал Лео. Он никогда не видел Корнуэлла в звериной ипостаси. Даже при нападении на карету, примарх только частично трансформировал когти, не выдав себя.

- Эфа, этого просто не может быть, - твердила Кин-Кин. – Мы могли ошибиться и перепутать его с другим волком? Такое отношение к оборотню – это прямой вызов, война, наши на нее не пойдут.

- Не знаю, на что там ваши не пойдут, но Корнуэлла я в любом обличье узнаю. И он меня звал! Поможешь мне? Если нет, я справляюсь сама.

- Подруга, только не нервничай. Мы можем обратиться к местному сиру, все спокойно обсудить. Происходит какая-то страшная, трагическая ошибка!

- Они сильно ошиблись, когда посадили его на цепь, - рявкнула я. – Освободим его и пусть сам решает, что сказать местному сиру. Ты со мной?

Кин-Кин перевела умоляющий взгляд на Лео, но тот никак не мог переварить информацию, что здоровенный бешенный волк на цепи и есть уверенный мужчина, которого Вайн принимал за обычного человека.

- С тобой, - обреченно решила блондинка. И со вздохом подошла ко мне для проверки колье, на которое я навесила артефакты. Ее отборочный тур по расписанию был завтра, но она уже поняла, что сегодня быть зрителем не получится.

- Волка обязательно разместят на турнирном поле, он настоящий противник и сродни призу, так что им будут хвастаться, - сказала я. – Изучу чем его удерживают - сковывающая магия, особенности цепи, может что-то еще. Кин-Кин, на тебе вампиры, посмотри кто рядом, есть ли возможность отвлечь охрану. Лео, схема двора, слуги – это на тебе. После первого же боя собираемся и составляем план общий действий.

Я медленно, с трудом, накинула на лицо приветливое выражение, тренируясь, наивно захлопала ресницами и пригласила жестом вампиршу выходить из комнаты первой.

Уже плывя по коридору, я повернулась к Лео и увидела, что он впал в глубокую задумчивость. Даже золотые завитки не весело прыгали, а замерли, подчеркивая неподвижность черт.

Пришлось погладить его по локтю, возвращая внимательность. Он вздрогнул и поднял на меня небесно-голубые глаза.

- Ты изменилась.

- Совсем немного, Лео, совсем немного.

- Я так плохо тебя знал?

- Возможно, просто не сильно интересовался. Тебя же все устраивало.

Люди могут годами жить рядом, общаться, даже влюбляться. И так до конца и не знать друг друга. Чтобы по-настоящему узнать человека, на него нужно действительно смотреть и хотеть его понять, а не просто быть рядом, читать книгу в соседнем кресле или передавать за ужином чашку горячего бонса. Люди как целые миры ходят неузнанными рядом, открываясь внезапно и не всегда приятно.

Только что меня открыл Лео. И увиденное его озадачило… и не только.

- Я тоже ее иногда боюсь, - тихо пропела ему Кин-Кин, выплывая на улицу. – Ты думаешь, почему они с Корнуэллом так быстро спелись? Вот-вот.