Глава 18

Глеб

За день люди Гарина управились, — даже не ожидал, что все будет так быстро. Но Игнат умудрился получить и все необходимые разрешения и даже установить технику, чему я просто несказанно рад.

Теперь его люди примчатся по первому же звонку, ну, или в случае, если сами что-то увидят на записях.

Осталось только надеяться, что все это не зря. И что те, кто нам нужен, как-то объявятся.

Не сами, конечно же.

Но Пирс таки выпытал у Руслана несколько фамилий и теперь у нас даже есть описание тех, кто заключал с ним сделку. Конечно, вряд ли нам так повезет, что эти люди окажутся теми, с кем действительно нужно договариваться, — самые главные обычно остаются в тени, и уж тем более не называют своих имен.

Не радовало и то, что они вышли на Руслана сами.

Сидеть и ждать, что они найдут и меня кажется вообще нелепицей, заранее обрекающей все на провал. Ну, не верю я, что так бывает, и то, что тебе нужно, прямо таки сразу приплывает в руки! Нет! Скорее всего, у Руслана с этими людьми были какие-то общие знакомые, которые их и свели с пацаном. Эх, знать бы только еще, кто! Тогда хотя бы можно было бы действовать!

К вечеру начинаю понимать, что шкала адреналина летит на хрен в самый низ. Потому что дальше, — полное затишье. И даже никаких мыслей о том, что предпринимать. Кажется, мы очень надолго так и зависнем в этом деле на полпути… А, может, и вообще никого не найдем… Или не тех… Или хрен знает, через какую блядскую тучу времени! Через год все это Руслану уже не поможет!

С хрустом сжимаю пальцы, снова ощущая бессилие. И заставляю себя глубоко дышать, чтобы не психануть окончательно.

Вечер. Пора как-то работать. Знакомится с персоналом, налаживать контакты. Может, кто-то из них и знает щедрых потенциальных арендаторов…

Со ступенек теперь уже своего кабинета, на втором этаже, наблюдаю явление Эда народу. И не могу не заржать при виде того, как его буквально облепливают красавицы, вот как мухи на… на мед, на мед, конечно. Глядя на Эда в этом можно и не сомневаться. Только мед.

Решаю не вмешиваться, — пусть побалдеет, ну, или сам отбивается, — все зависит от того, в каком он сегодня настроении. Главное, чтобы все-таки до кабинета дошел!

— Привет, партнер! — Эд врывается без стука, — ну, это естественно. И не слишком долго он и добирался, учитывая повисший на его шее груз. Что такое полчаса для того, чтобы осилить двенадцать ступенек? А ведь мог бы и уединиться где-нибудь по пути… Или вообще в гостиницу свалить, пользуясь тем, что мы не договаривались на конкретное время.

— Это кайф! Просто неземной, скажу я тебе! — его глаза горят так, что сейчас мне весь кабинет спалят на хрен.

— Нежели успел? — я уже складываюсь от хохота. — Не думал, что ты у нас такой скорострельный! Что, прямо по дороге? И не останавливаясь?

— Да ну тебя на хрен, — ржет Эд. — Дурак. Я только аппетит нагуливал.

— И как?

— Глеб, я же говорю — это просто охрененно! Нет, я, конечно привык, что от меня они теряют голову, как от звезды! Да, пока маленькой, — он предостерегающе выбрасывает руку вперед, — но с перспективой же мирового масштаба!

Вот даже с ним и не спорю. Я знаю, на самом деле Эд на это не рассчитывает. Но что нам мешает вешать друг на друга звездные таблички? Пока реальность не закружила нас до такой степени, что нам уже не до этого.

— Но когда они знают, что ты их босс — это вынос здравого смысла и вырвичлен! — восторг на его лице наводит меня на мысль, что это только мы с Буриным в нашей компашке какие-то неправильные. Остальные, наверное, никогда не остановятся и все будут повышать количество женского пола вместе с качеством секс-услуг и разных сексуальных экспериментов.

— Я пока сюда дошел мне ТАКОЕ напредлагать успели! — Эд закатывает глаза. Похоже, о чем-то даже он услышал впервые! Крутой, кажется, нам попался клуб!

— И главное, в оба уха нашептывают! Одна только сменяет другую! Я даже не запомнил, кто же из них мне сделал самое заманчивое предложение!

— Может, бывший охранник? — ухмыляюсь я, засовывая руки в карманы. — Или тот бармен с зелеными волосами, который убеждал меня, что таких коклейлей, как он, не готовит никто во всей столице?

— Кстати, они все считают, что ты гей, — радостно сообщает мне Эдик. Ну, да. Я их предложений слушать и не стал. У меня и так одна Катя перед глазами.

— И я начинаю их в этом поддерживать, — хохочет Эд. — Вот на хрена ты кайф обламываешь?

— Может, они не привытые, — усмехаюсь я. — Ты же в элитных клубах привык развратничать. Они там постоянно медосмотр проходят. А они, спешу тебе напомнить, не тот класс. Пониже. Так что — как бы блох не нахвататься. Или чего похуже.

— Ой, я тебя умоляю, — Эд машет на меня рукой, корча гримасу. — Маленький я, что ли? Как уж нибудь предохранюсь, мамочка! Зато эти, не элитные, такие вещухи могут, каких в элитное меню ни хера не входит!‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​

— Тебе главное, чтобы все входило.

— Ага! Прям полный олл инклюзив, — гогочет Эд. — И тут я его, кажется, поимею по полной программе….

— Кто ж бы тебе не дал, — вздыхаю, понимая, что в ближайшее время Эд будет удовлетворять исключительно свою тягу к исследованием мира неизведанного для него в сексе. Хотя, может, так и лучше, чем сидеть нам обоим в кабинете и напрягаться.

— Думаю, здесь никого такого не найдется! — радостно соглашается Эд и отправляется исследовать хозяйский шкаф. — Ты только посмотри, какой вискарь! — восхищенно присвистывает он. — Это же надо было столько добра оставить!

— Эд, давай не надо, — вот теперь я уже реально напрягаюсь. — Не забывай, что мы здесь не для побухать. И мозги с реакцией нам нужны очень даже ясные. По максимуму.

— Да не парься! — он, даже ухом не поведя, наливает в два стакана. — Сегодня немножко можно. За удачу. И ты перестанешь быть, как ржавый Терминатор. Я так и чувствую, как у тебя внутри все звенит от напряжения.

— Серьезное же дело, Эд!

— Перестать, брат! — он просто втискивает мне в руку стакан. — Чем серьезнее относишься к любому делу, тем туже оно продвигается! А вот чем с большей легкостью — тем легче все и идет! Поверь моему богатому жизненному опыту, братишка!

Ну, может, он и прав, а то я что-то и вправду слишком уж напрягся.

— Ладно. За успех. Но только один раз!

— Давай! — смеется Эд, чокнувшись и припадая к виски. И что-то мне очень подсказывает, что одним разом он совсем не ограничится… Да и виски, надо сказать, просто охренительно вкусный!

— Да и хрен с ним, — вздыхаю, оставляя Лагина наедине с бутылкой. Сам я пить не хочу, все-таки нужна концентрация внимания, но и у него над душой стоять нет ни малейшего желания. К тому же, сегодня явно не будет ничего особенного, а дела клуба на удивление в прекрасном состоянии, — я уже спел просмотреть бухгалтерию, а, согласно акту приема-передачи, запасов у нас минимум на неделю работы, а то и больше. Ну, не считая продуктов, естественно. Но этим тоже у Сикорского занимается специально назначенный человек, которого я менять не собираюсь. Так что, наверное, пойду знакомиться с персоналом. И просто понаблюдаю, как здесь все устроено. Благо, не пустой же клуб нам попался, который нужно организовывать с нуля!

***

Снова остановившись на ступеньках, наблюдаю видеоповтор явления хозяина народу, только теперь с точностью до наоборот.

Бурин, которому пришлось сказать на входе, что он тоже один из новых совладельцев, иначе его не пропускали, идет, рассекая воздух.

Женский персонал тут же кинулся к нему, услышав волшебное слово «совладелец». Но ему достаточно только посмотреть вокруг себя, как они вот просто отшатываются в сторону. Такая себе волна, — нахлынула и отступила. А сам Бурин как будто окутался каким-то пузырем, не пропускающим к нему ближе, чем на несколько шагов.

Нет, все же есть в Славке какая-то особая энергетика. Та, что заставляла девчонок прямо трусики с себя сдирать, когда он на ринге. И дело тут вовсе не в его победах!

Даже хорошо, что он остепенился, — хотя вот кто бы мог подумать! Потому что иначе у меня бы сейчас бы тут начался полный бордель. И ни хрена никто бы не работал! А вот если сейчас Тоха и Карин подтянутся… То, бля, так оно и будет! Ну, разве что один тот самый зеленоволосый бармен и останется в зале из всего персонала! И я… Возле шеста тоже я буду танцевать? Один за всех, пока они будут развлекаться?

Качая головой, иду встречать Славу. Кажется, знакомство с работой клуба в действии несколько откладывается.

— Подвал проверил? — первым делом спрашивает Бурин, пожав мне руку.

— В первую очередь, — я киваю. — И камеры там самые лучшие. И сторож ночной из Гаринских людей.

— Хорошо, — кивает Бурин. — Тебе мои парни нужны? Если что, на пару вечеров точно подъедут.

— Да пока не стоит, — вот он, по-настоящему деловой разговор. А не как некоторые, виски тут дегустируют. Но Эда, кажется, вообще ничего не смущает.

— Да, красавица, — как будто мурлычет он в трубку, отвечая на звонок. И грациозно покидает кабинет, чтобы поговорить без лишних ушей. Вот же, раздолбай! Интересно, а его красавица знает о том, в каком он сейчас цветнике и как собирается обхаживать эти розы? Или, вернее, позволить им обхаживать его?

Слава только усмехается, глядя ему вслед. И тут же снова переходит к делу.

— Про совладельца это я зря, конечно, засветил. Скажем потом, что соврал, а на самом деле, — твой начальник безопасности. Давай, оформляй мне нужный бейджик с твоей печатью и подписью и пиши приказ. Боев у меня на ближайшую неделю нет, так что с пяти и до утра, — я весь здесь.

— А Лера? — я тут же сажусь выписывать пропуск и оформлять документы.

— Лера договаривается с девочками. Так что смена будет у нас своя. Тоже на неделю, больше они в «Искре» не поменялись.

Эх! Если бы только этой недели могло хватить… Чует вот моя пятая точка, что если за это время никто не объявится, остальные просто потухнут и забросят это дело. Ну, парни, конечно, нет, но и у них свои дела. А вот «своя» смена и люди Гарина вполне себе свернутся.

— Ладно. Пойду осмотрю фронт работ, — кивает Бурин, вешая себе на грудь бейдж. Приказ подписан, осталось только выяснить, кто у них здесь занимается оформлением. Мне нужно, чтобы все выглядело идеально. Благо, Славка, как никто другой подходит на начальника охраны. Один вон взгляд чего стоит. Лишь бы не отпугнул… Надо бы тут кого-то с более скользким взглядом… Чтобы подкупить было можно за закрытые глаза… Но, думаю, Бурин справится с воображаемым подкупом…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

***

Не представляя, что делать дальше, просто плюхаюсь в глубокое кресло.

Эд так и не появляется, — видимо, тоже пошел осматривать свой личный «фронт работ» и уже даже где-то, возможно, усердно трудится. Позвонить, что ли, Кате? Пусть знает, что я о ней не забываю. А то мало ли, чего еще себе надумает…

— Сикорский! — я почти подскакиваю, когда дверь в кабинет распахивается, кажется, с ноги. — Это, еб же твою мать, что за сраные ландыши?

Медленно приподымаюсь, чувствуя, как впервые в жизни у меня в один миг потеют руки. Омерзительное ощущение. И со лба пот — вот прямо градом. Изо всех сил стараюсь держать себя в руках. Потому что…

Потому что на пороге возникает один из тех, кого я не далее, чем этой ночью, видел в картотеке Гарина.

Высокий блондин с черными бровями, здоровый, как три быка. Такую морду не забудешь. Егор Галльский, насколько я помню. В просторечии — Гора.

Сжимаю пальцами поверхность стола так, что она сейчас, кажется, затрещит под руками. Не веря собственному счастью. Дорогой виски, выпитый на удачу, так быстро действует? Нужно учесть!

— А ты, бля, еще кто такой? — морда звереет и набычивается, аж наливаясь кровью.

— Глеб Шиманский, — сам поражаюсь тому, насколько ровно и холодно звучит мой голос. Покер. Это все покер, я думаю. Научил держать непроницаемый вид.

— И кто же ты, на хер, такой, Глеб Шиманский? И что твоя задница забыла в этом кресле? — он начинает буквально раздуваться.

— Мы с другом недавно выкупили этот клуб, — все так же холодно и спокойно отвечаю я. — Так что у моей задницы есть все права на это кресло. Поскольку всем здесь теперь занимаюсь именно я. А вот ты-то кто такой?

— Дмитрий, — представляется он, немного помолчав и выпустив пар. — Я помощник одного хм… предпринимателя. Сикорский, сука, обещал нам аренду подвала. А сам, блядь, оказывается, слинял, и еще и продал свой клуб! А бабло взять ему не защемило! Вот сука, блядь, своих обязательств исполнять ни хера не собирался!

Не спорю. Сикорский, конечно, сука. Полнейшая. Знал, собака, с кем связывается, стопудово вот знал! И решил и бабок срубить и сам, если что не подставляться. А подставить решил нас, — молодых и глупых покупателей клуба. Блядь, я его сейчас, за его эту сучьность, прямо расцеловать готов!

Сжимаю до боли пальцы на ногах, чтобы сейчас не рассмеяться и не начать танцевать лезгинку! Да хоть возле шеста! Нет, все-таки там, наверху, кто-то ко мне очень благосклонен! Или это Кате такой фарт выпадает за все то, что ей пришлось пережить?

— Присаживайся, — опускаюсь сам обратно в кресло, изо всех сил пытаюсь придать своему лицу выражение дурачка. Пусть думает, что я такой и есть, — богатенький и глупый мажор, который ни хрена не соображает.

Галльский, окинув кабинет звериным взглядом и смачно засадив ногой по стене, все-таки опускает свою задницу на стул напротив. Вот и хорошо. Плохо только, что индивидуальную прослушку мы пока еще на себя не нацепили. Хотя, — вряд ли он расскажет что-то полезное при первой же беседе.

— Сам понимаешь, — хрипло от сдерживаемого гомеровского просто хохота, который приходится в себе давить, начинаю, сцепив пальцы до хруста, — без бабла я ни хрена тебе в аренду не сдам. Спрашивай с того, кому платили.

— Ну да, — медленно, как будто мысли до него дотягиваются через трубочку для коктейля, кивает Галльский. — Понимаю.

— Но сдать в аренду что-то я не против. Тебе что нужно? Весь зал не дам. Половину, может.

— Подвал, — выталкивает он из себя слова, как будто него запор. Аж совсем весь раскраснелся. — И часть зала.

— Подвал я еще не смотрел, — старательно отвожу глаза. — Может, он еще забит, хер его знает.

— Так освободи, — оно уже начинает реветь. Бля, я смотрю, им прямо жопу печет! Это просто прекрасно!

— Это смотря за сколько мертвых американских президентов, — я криво усмехаюсь. — А зал тебе зачем?

— Твое дело, — сдать или нет, — Галльский начинает сбавлять обороты. — Остальное тебя не касается.

— Давай так, Дмитрий, — я киваю, всем видом показывая, что не слишком любопытен. Вот даже совсем ни разу! — Ты мне циферки озвучь, а я уже буду думать. — Или ты таких вопросов не решаешь? Помощник бизнесмена, говоришь?

— Мне надо позвонить, — он смотрит на меня с ненавистью. Ну, да, таких очень цепляет то, что они в чем-то не главные. И когда им этим тычут в морду. Ну, ничего. Это, мой дорогой, только цветочки.

— Да ради Бога! Я-то никуда и не спешу! Разве что еще кто-то сдать что-нибудь в аренду предложит. Как по мне, — так и весь бы клуб сдал, мне же меньше головной боли! А то, бля, вникаю во всю эту хрень, и все меньше начинаю хотеть этот клуб! Думал, знаешь, тут все само вертеться будет. А ни хрена. Самому вертеть нужно.

— Жди, — коротко выдыхает мой улов, снова багровея от понимания, что арендочка и уплыть может. А они же, наверное, уже и мешки со своими сокровищами приготовили… Такой товар долго на каком-нибдь складе или у себя в родном гараже не подержишь… Особенно, если ты красуешься в картотеке и наверняка знаешь, что твоя свобода — только вопрос доказательств!

Я киваю, но на меня уже никто не обращает внимания. Ну и зашибись. Потому что чем меньше ко мне будут присматриваться и воспринимать всерьез, тем ближе мой джек-пот! Главное только сейчас не допустить какой-нибудь мелкой ошибки! Выдыхаю так, что самому страшно становится, медленно опускаясь в кресло, пока Галльский плотно закрывает за собой дверь, выходя из кабинета для разговора. Сейчас только бы никто из парней не вернулся и не ляпнул бы чего-нибудь!

Дверь распахивается уж слишком быстро для разговора. Но, собственно, звонок же только для вида, он уже и так все для себя решил. Медленно подминаю глаза, стараясь достойно доиграть свою роль, и тут же резко вскакиваю.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌

— Катя!? — все это кажется просто каким-то нереальным сном.

Ей-то откуда здесь взяться? 152e1bc

Зависаю, просто пялясь на то, насколько она сейчас незнакомо выглядит. Яркое желтое платье, почти не скрывающее бедер, завитые волосы, блеск на глазах и на губах… Незнакомо, непривычно, и обворожительно. Если бы я не был с ней знаком и сейчас увидел бы впервые, залип бы точно так же.

Стою и пялюсь, судорожно сглатывая и чувствуя, как мне перекрывает кислород.

Может, я слегка поехал крышей?

Или пьянки последнего времени довели меня до белой горячки?

И именно поэтом мне мерещится все то, о чем я думаю?

Состояние невозможности и нереальности окатывает, как ведро воды, вылитое на голову.

Думал о торговцах, — и вот они, на блюдечке, сами появились и чуть ли не протягивают руки, чтобы на них наручники надеть. Думал о Кате, — на тебе, сама заходит в двери…

Даже приходится протереть руками глаза, чтобы убедиться в том, что все это — не галлюцинация.