Глава 34

Подхватив у машины пьяную Ксению, которая оступилась на каблуках, когда он резко развернул ее к себе лицом, Саша открыл пассажирскую дверь и подтолкнул девушку внутрь.

– Эй! – закричала возмущенная блондинка, ударяя его по руке, которой сжимал тонкое запястье. – Мне же больно, идиот!

Саша отпустил ее, и эта рука тут же решила приложиться к его лицу. Саша перехватил ладонь, замечая, как следом за ней в него летит другая. Ксения ухнула, похожая сейчас на разъяренную кошку. И чтобы эта кошка не смогла выцарапать ему глаза, Саша развернул ее, прижимая лицом к машине.

– Хватит, – рыкнул он на ухо, вжимаясь в Ксению. – Успокойся.

Девушка замерла, упираясь в крышу его Мазды и делая частые вдохи. Ну хоть пару минут тишины ему удалось уловить, за которые он может успокоиться и сам. Полдня на взводе сказывались на нем не лучшим образом. Ведь Ксения ему так и не позвонила, как и не отвечала на звонки – как его, так и Дениса. И что он мог подумать? Но, даже узнав, что с ней все в порядке и она зажигает с друзьями в клубе, ему легче не стало. Он переживал за эту несносную девчонку, и он знал, что только с ним она будет в безопасности, когда насильник где-то ходит, и совершенно безнаказанный. Саша как раз сегодня хотел с ней поговорить о нем и, возможно, у него это еще получится.

Пьяные женщина – это сущая катастрофа, особенно если эта женщина – Ксения. И эту катастрофу нужно было поскорее доставить домой, пока она не нарвалась на очередные глупости. Хотя – «Ксения» и «глупости» – это было почти одно и то же.

Саша уперся лбом в ее затылок, зарываясь носом в кудри. Еще один ровный вдох и выдох, пока пальцы сжимаются на тонкой талии. И совсем не ее поведение и безопасность его сейчас волновали, черт возьми! Сашу волновали и злили его собственные чувства, когда он увидел Ксению рядом с другим, когда смотрел, как ее губы скользят по чужим губам. Черт возьми! Он не верил в то, что сумел сдержаться и не разнести там всех и вся. А от натянутых нервов и не выплеснутых эмоций его колотило словно в лихорадке, словно бы он был болен… болезнью под именем «Ксения». Эта ненормальная девчонка с ним явно что-то сделала. Разве для него было обычным делом так терять голову и отпускать с цепи свою сдержанность, прекрасно зная, что с ней это все неизбежно. Именно рядом с Ксенией. И все равно упорно бросаться в этот омут. Он не мог иначе и, кажется – иначе уже не хотел.

Саша отошел от нее на шаг и сказал:

– Садись в машину.

Ксения развернулась лицом, но перед его взглядом виновато опустила глаза. Ей за что-то стыдно? Хорошо! Значит, еще не все потеряно.

– Саш, – начала она. – Прости.

Саша горько усмехнулся. И сколько же раз ему еще придется слышать это слово из ее уст?

– Садись в машину, – повторил он, снова делая шаг назад и шире открывая для нее дверь. – Поговорим по дороге.

Наконец, упрямая блондинка его послушала и залезла на сиденье. Саша закрыл за ней дверь, сел на свое место и повез их к ее дому.

– Пристегнись, – сказал он, и на удивление не услышал никаких звуков протеста за ту минуту, которая ей понадобилась, чтобы накинуть на себя ремень безопасности.

Но ее покорность длилась недолго.

– Саш, я же попросила прощение! – почти крикнула на него Ксения. – Чего ты молчишь?

– За что именно я долен тебя простить?

– За то, что не отвечала на звонок и… за Сэма.

От нового напоминания об этом парне Саша сильнее сжал руль – как же ему хотелось его ударить, и хотелось еще с того злосчастного, или в чем-то счастливого, пари.

– Ты свободная девушка, и тебе не нужно просить прощения у меня за тех, с кем ты предпочитаешь проводить время.

Саша не хотел быть таким резким… или хотел? Черт! Он не знал, как ему нужно себя сейчас вести, на что и как реагировать. Здравый смысл терялся в чувствах.

А пока хрупкая рука пихнула его в плечо:

– Если бы ты был не таким твердолобым, то догадался бы, с кем и как я хочу проводить свое время!

– Ксюш, насколько я понял, твои предпочтения могут меняться в течение дня. К тому же, разве не ты мне четко сказала, что я для тебя лишь «левая связь»?

– Ты идиот, Александр! А еще ужасно… – она не договорила, заполняя недосказанность гневным рыком.

Вдруг отстегнув ремень безопасности, она прильнула к нему, вжимаясь упругой грудью в плечо и почти ударяясь носом в щеку. И томным шепотом продолжила:

– …ужасно притягательный, когда злишься.

У Саши сбилось дыхание, когда от ее прикосновений и голоса по телу прокатился жар, сжимая горло и оседая в паху.

– Прости, – прошептала она, целуя в щеку влажным поцелуем. – Я знаю, что я плохая девчонка. Знаю, что в чем-то, возможно, и виновата. Но разве я нравилась бы тебе другой?

Еще поцелуй, у карая губ. Остановка на светофоре, и Саша подался им на встречу, сжимая рукой ее затылок и стараясь не думать, что делали эти губы несколько минут назад. Яростно стирая с них чужой поцелуй, он буквально наказывал за эту измену, сильно, почти болезненно, почти кусая. Но гудок клаксона позади напомнил о том, где они находятся. Резко отстранившись от Ксении, Саша попытался и ее удержать на расстоянии, чтобы можно было вести машину. Потому что она совсем не была намерена прекращать то, что начала.

– Ксюш, мы на дороге, – попытался напомнить он и ей.

– А мне все равно, – прошептала блондинка, продолжая напирать, снова целуя в щеку и накрывая рукой нарастающий пах. – Можешь следить за своей дорогой, а я найду, чем заняться.

Проворные пальцы без труда вытащили хлястик ремня из бляшки. Ох, черт! От ее намека Саша и вовсе перестал дышать.

– Ксюша, – предостерегающе произнес он, стараясь перехватить блудливую руку и при этом удержать саму девушку, когда еще нужно было переключать скорость и смотреть за обстановкой на дороге.

Ему срочно надо было остановиться. Но сделать это на крайнем левом ряду четырех полосной оживленной дороги это было не так просто, особенно, если ему еще так нагло и соблазнительно мешали. Он поймал ее запястье, стараясь удержать, но Ксения вскрикнула и вцепилась в его руку зубами, ощутимо больно кусая за пальцы.

– Ксюш, да перестань ты, – попросил он, разжимая руку и хватаясь на рычаг переключения скоростей, потому что машина стала терять обороты.

Воспользовавшись этим, Ксения повторила пытку, уже расстегивая ремень и дергая за молнию. И при этом еще кусая его в щеку с улыбкой на губах.

– Расслабься, милый, тебе понравится. Просто следи за дорогой, а я пока начну просить прощение так, чтобы ты понял, о чем я говорю.

И Ксения наклонилась к его паху, вытаскивая наружу уже болезненно напряженный орган, который и без того предательски к ней рвался. И влажный язычок прошелся по чувствительной головке.

– Твою… – только и вырвалось у него, пока ощущения не накрыли с головой, когда Ксения вобрала его целиком.

Это было нереально остро и возбуждающе, когда адреналин забурлил в крови, сметая привычные ощущения. И Саша поддался им, радуясь, что у него тонированные стекла, и что на улице уже хозяйничали сумерки. Но он продолжал упорно съезжать к обочине, пока Ксения водила губами по его плоти, то заглатывая, то выпуская на свободу томиться в ожидании новых ласк. Ее язычок плясал на самых чувствительных местах, прекрасно зная, что и как нужно делать, чтобы мужчина обо все забыл и желал умереть только за то, чтобы она продолжала.

Но из-за таких ласк почти невозможно было вести машину. Саша лишь поправил ее волосы, чтобы случайно не дернуть за них, пока будет добираться до рычага и переключать скорость. Еще один ряд, и он съехал на обочину, нажимая на тормоза. А заодно и отпуская все ощущения, от которых можно было задохнуться, потому что ее губ ему было безумно много и мало. Хотелось ее всю, целиком, хотелось оказаться в плену не ее влажного и скользкого ротика, а хотелось оказаться во влажности ее бедер. Саша запустил пальцы в светлые кудри, сжал их на затылке и слега потянул на себя. Но Ксения не намерена была поддаваться. Она сильнее сжала на нем свои губы и ускорилась, помогая себе рукой. И так ловко подводила его к краю фееричного безрассудства… Он только успел произнести ее имя, прежде чем взорваться в горячий ротик, который с удовольствием глотал и облизывал явное доказательство восторга всех ее действий.

Господи, это не девчонка – это одна большая мужская слабость.

Ксения подняла голову, с хитрыми чертиками в глазах и с довольной улыбкой на припухших губах, которые кокетливо облизнул язычок.

– Тебе понравилось?

– Ты ненормальная, Ксения, – хрипло произнес он вместо ответа.

– Я знаю…

И только она это сказала, как Саша впился в ее бесстыжий, горячий ротик, притягивая к себе за шею. Ее невозможно было игнорировать, не прощать… не любить. А все, что она давала, воспринималось телом как естественный наркотик, который хотелось еще и чаще, который хотелось познать со всех сторон, со всеми красками. Саша уже понял, что окончательно влюбился в эту взбалмошную и сумасшедшую девчонку, потому что его чувства уже стали гораздо шире, чем обычное желание обладать ее телом. Он хотел просыпаться рядом с ней и так же целовать эти губы, хотел засыпать с этим поцелуем. Он был готов к любым ее выходкам, и хотел заботиться об этой блондинке, чтобы ее выходки заканчивались лишь самыми сладкими для нее последствиями. Он был почти уверен, что способен удержать ее рядом с собой – и только с собой. Слишком велико было это желание, чтобы он смог отдать ее еще кому-то.

Повинуясь своему телу и следуя за ее, Саша отодвинул свое сиденье. Он подхватил Ксению и посадил на себя, задирая узкую юбку, и смял мягкие ягодицы, не выпуская губы из своего рта… Но, резко прервав поцелуй, Ксюша шарахнулась от него, случайно нажимая спиной на губок, который прокатился по салону.

– Нет, – выпалила она, нервно поправляя волосы. – Я не хочу.

Саша сделал глубокий вдох, ругая себя за чрезмерную активность. Похоже, сейчас Ксения предпочитала, чтобы инициатива была в ее руках. И ему не стоило напирать. Ну, точно – идиот! Он потянулся к ней, желая обнять, но девушка и тут оттолкнула его и выпалила:

– Не трогай меня!

После чего быстро переползла на свое место, подтянула к себе колени и спрятала лицо за растрепанными волосами.

Пять минут тишины, которые дали всем немного успокоиться. Саша застегнулся, вернул на место сиденье и повернулся к Ксении, неуверенно дотрагиваясь до ее руки.

– Ксюш, что не так? Что я могу сейчас сделать?

– Ничего. Просто… отвези меня домой.

Смена ее настроения начинала его пугать, хоть и была вполне сейчас объяснима. Саша попытался убрать волосы с лица, но Ксения грубо оттолкнула его руку со словами:

– Я же попросила не трогать меня. Так ты отвезешь домой или мне Сэму позвонить?

Ах да, Сэм… Если не он сам, то у нее всегда есть Сэм. Разве стоит об этом забывать? Саша отстранился, выдохнул и завел машину.