Глава 52

Вика

— Почему ты так смотришь?

Надуваю губы, когда снова получаю непроницаемый взгляд.

— Нет. Так нельзя. Либо ты мне говоришь, что именно не так, либо я обижусь.

Ну вот, снова этот невинный взгляд, который я готова простить.

Ириска негромко тявкает, а я только в улыбке расплываюсь. Хорошо, что она теперь со мной. Я и не думала, что так по ней скучать буду.

— Иди сюда, моя маленькая подружка.

Наклоняюсь к ней и стискиваю ее мордочку в своих руках. Как обычно, ее глаза начинают светиться, а хвост — весело покачиваться из стороны в сторону.

— Опять эти собачьи сопли, — фыркает за спиной брат.

— Тебя не учили стучаться?

— Вообще-то у тебя дверь была открыта, но… — он демонстративно поднимает руку и ударят целых три раза по деревянному полотну. — Ради тебя, систер, готов на все.

Глаза закатываю. Ну вот в кого он? Иногда мне кажется, что его в родильном доме подменили. Интересно, а такое может быть? Вроде бы случае уже были.

— Куда ты идешь?

Макар бесцеремонно проходит в комнату, присаживаясь на диван напротив меня.

— А ты решил мне в телохранители набиться?

Поправляю оборку платья, даже не смотрю в его сторону. Как бы он ни старался, ему не удастся испортить мне настроение.

— Не стоит так драматизировать, малышка. У меня есть связи. Тем более папа просил за тобой присматривать, а он вечером точно спросит о тебе.

Ах, вот куда он клонит. Что же, эту партию я могу покрыть сразу козырем.

— Вот и расскажи ему все. И не забудь упомянуть о его лэптопе.

Вижу, как глаза брата становятся больше. Надо признать, что я впервые собой довольна. Чувство непривычное, но мне это нравится. Наверное, Эмин в чем-то прав. Я слишком много думаю о других вместо того, чтобы думать о себе.

— Погуляешь с Ириской? — подкрашивая губу, спрашиваю.

— А надо?

— Ну-у-у-у, — начинаю тянуть. — Даже не знаю, Макар. Все зависит от того, насколько ты боишься гнева отца. Он, кажется, говорил, что на жестком диске хранит какой-то важный документ, а теперь диск отформатирован.

Макар смотрит на меня странно. Впервые замечаю его растерянность. И это даже веселит меня.

Беру сумочку и из дома выхожу. Знаю, что еще рано, и Эмин не звонил, но я словно воспарить хочу. Сейчас мне все кажется новым и неизведанным. И как мне объяснить это чувство. Это странное ощущение. Я будто стала за одну ночь свободной.

Толкаю подъездную дверь, но сталкиваюсь с черными, как самая настоящая бездна, глазами. От одного только гипнотизирующего взгляда дыхание перехватывает. Воспоминания в голове возникают. Тело моментально ломить начинает, словно он касается и сжимает меня без рук.

— Привет, — произносит с улыбкой, протягивая мне букет белых роз.

Я даже рот открываю. Мне, конечно, дарили цветы, но не такие красивые и не в таком количестве.

— Это тебе. Такие чистые и невинные, как и ты сама.

Понимаю, что снова краснею. А раньше мне казалось, что эта стадия уже прошла, но, видимо, нет. С этим мне еще предстоит бороться.

— Спасибо, — принимаю букет, который едва могу удержать. Эмину даже приходится его попридержать.

— Видимо, в следующий раз нужно будет выбрать букет меньше.

Смущенно киваю, вдыхая этот божественный аромат. Я еще никогда не чувствовала такого запаха.

— Спасибо тебе за Ириску. Это ведь ты ее привез из ветклиники?

— Вообще-то, там есть такие услуги, — почесывая затылок, отвечает. — Идем, веснушка, световое шоу ждать не будет.

В дороге я продолжаю вдыхать аромат цветов. Внутри меня самая настоящая эйфория. Как там говорят, бабочки в животе? Вот, кажется, это они самые.

Мы выходим на набережную. Звук, свет, Эмин все время держит меня за руку. От его прикосновений внутри меня точно разряды тока пускают. Я никак не могу привыкнуть к такому. Это ведь не может быть из-за того, что он стал моим первым мужчиной.

После шоу мы еще идем по набережной. Болтаем обо всем. Я и не знала, что он настолько разносторонний.

— Футбол? Ты серьезно?

— А что тебя так удивляет?

— Гонки, футбол, бизнес, маркетинг. Что насчет оперы?

Эмин начинает громко смеяться, а затем резко меня к себе прижимает.

— Хочешь узнать?

Сердце замирает, а потом вновь разгоняется на немыслимой скорости. Кажется, скоро ребра пробьет.

Я прикусываю нижнюю губу, а потом смелею. Рискую заглянуть ему в глаза, которые сейчас стали как самая настоящая тьма. Он смотрит так, словно хочет внутрь меня заглянуть. Словно ждет чего-то. Выжидает. Сейчас он все такой хищник, как и при первой нашей встрече, только, кажется, стал еще опаснее. Или же это я так попалась?

Смелею настолько, что провожу рукой по его широкуй груди. Он вновь не двигается. Дает мне право управлять им. Прикасаться к нему. К самому настоящему дикому зверю.

Чуть вперед подаюсь, сама удивляясь откуда взялась эта смелость. Привстаю на цыпочки и слегка касаюсь его горячих губ. Широкая ладонь фиксирует мой затылок. Прижимает к себе теснее. От этого низ живота моментально скручивает.

Он языком толкается мне в губы. Жестко. Дерзко. Не давая права на вдох. На передышку.

— Что скажешь, веснушка. Хочешь узнать?

В его глаза, наполненные бешеной страстью и похотью, смотрю. Голова от подобного кругом идет. Но сейчас мне важны мои чувства. Мои желания. И я хочу узнать его. И сейчас мне все равно, что обо мне подумают люди.

Нерешительно киваю, и он вновь набрасывается на меня с поцелуем.