Глава 49

Глеб никогда особенно не задумывался, как живет. Единственный сын интеллигентных родителей. Его семья всегда считалась состоятельной, и рос он, ни в чем не нуждаясь. Очень любил своих родителей, как и они его. Старался во всем походить на отца, но пока был маленький. Когда подрос, Глеб понял, что он и отец совершенно разные. Любить его меньше не стал, но дальше уже строил свою жизнь как считал нужным.

Мама… Она всегда была такой. Немного сумасбродной, без причины вспыльчивой. Но она всегда быстро отходила, и Глеб с отцом ей всё прощали, как и не обижались. Главное, что Глеб никогда не сомневался в любви родителей друг к другу.

Не только с родителями Глебу повезло, но и с работой. Отучившись, получив отличное образование, он как-то с нуля поднял серьезный бизнес. И не потому что был самым умным, а потому что четко знал, что и как нужно делать. Ну а со стартовым капиталом ему помогли родители. У них была заначка, от которой Глеб не отказался. Уже давно он всё отдал родителям с большими процентами. И если раньше они заботились о нем, то сейчас, когда мама с папой вышли на заслуженный отдых, заботой их уже окружил Глеб.8c847c

Дожив до двадцати восьми лет, Глеб мог с уверенностью считать себя искушенным мужчиной. По части женщин и отношений с ними… Он никогда не был женат, как и особо не задумывался об этом. Но и недостатка в женщинах у него не было – дамы его любили, и он им отвечал взаимностью.

Встретив однажды на маленьком острове Лизу, он отреагировал на нее как на чужую милую, женщину, которая уже занята. И тогда он не отдавал себе отчета, что в душе его проклюнулись ростки чего-то большого и вечного, что долго дремали в его недрах.

Лиза ему понравилась с первого взгляда, но даже в мечтах он не представлял себя рядом с ней. Подспудно искал с ней встреч, как понял уже гораздо позже. Никогда не отказывался от приглашений на вечера, где должны были присутствовать Костя с женой. Он искал возможность увидеть Лизу, сам того не осознавая.

Неизменно, каждый раз, когда они встречались, Лиза воспринимала Глеба в штыки. И его это до такой степени злило, что со временем и он привык отпускать в ее адрес колкости. Порой даже он говорил ей вопиющие вещи, не достойные мужчины…

Сейчас, сидя за столом в кругу ее родни, отчего-то на него нахлынули воспоминания. И стало вдруг так стыдно. Кому? Ну кому он говорил гадости? С кем вел себя как последний идиот? С женщиной, которую уже давно любит всем сердцем. А если бы с самого начала все пошло иначе? Что, если бы тогда, на выездном корпоративе, он не смирился с тем, что Лиза чужая жена, а захотел бы завоевать ее всеми правдами и неправдами? Нет… Ничего бы из этого не вышло – тогда бы он потерял возможность завоевать ее годы спустя. Он бы просто оттолкнул ее от себя навсегда.

Но им суждено было оказаться вместе, и сейчас Глеб это понимал как никогда.

– Я так люблю тебя! – склонился он к Лизе и прошептал ей на самое ухо.

Ушко… Нежное, розовое, аккуратное и самое красивое! Которое Глебу до ужаса захотелось поцеловать прямо сейчас. Как и ее щечку, вспыхнувшую румянцем смущения. А еще губы, что так трогательно дрогнули в улыбке…

«И я тебя люблю!» – ответила ему Лиза взглядом. Да-да, с недавних пор он научился читать по ее глазам. Они у нее были удивительные и очень честные.

– Глеб, а расскажите нам о себе, – попросила мама Лизы.

Эта женщина ему сразу приглянулась – она источала дружелюбие, которое Лиза точно унаследовала от нее. А вот внешне она была больше похожа на отца – про таких говорят, что родились счастливыми. Но ведь именно такой ее и хотел сделать Глеб – подарить ей все счастье мира.

– Да особо-то и нечего рассказывать. Мои родители… – и как-то незаметно для себя Глеб выболтал о своей семье все, что только пришло на ум. Даже о стремлении мамы женить его на дочери Максаковых.

– Ох уж эти матримониальные традиции!.. – заявил, кажется, дядя Лизы.

И завязалась живая беседа на эту тему. Кто-то выступал за стремление мам, бабушек… устроить судьбу своих отпрысков как можно лучше. Другие с ними спорили. Но что больше всего понравилось Глебу, так это то, как запросто тут спорили и отстаивали свою точку зрения. Не ругались, а именно «глаголили истину», хоть у каждого она и была своя. И никому из родственников Лизы даже не пришло в голову осуждать его маму. Теперь понятно стало, почему она уродилась такой – в этой семье просто не мог появиться на свет другой ребенок. И стало очень приятно, что и он скоро сможет считать себя ее членом.

Тут в разгар спора кто-то снова вспомнил о Глебе. И сразу же все забыли о предыдущей теме.

– Глеб, а кем вы работаете? – поинтересовался папа Лизы. – И могу я уже не выкать, раз ты мне в сыновья годишься? – сам себе и позволил тут же.

– У меня своя логистическая компания, – с улыбкой сообщил Глеб.

– Бизнесмен, значит, – уважительно закивал двоюродный брат Лизы. – Уважуха…

– У Глеба не просто логистическая компания, а ведущая в городе, – не без гордости дополнила Лиза. И Глеб не сомневался, что нужны ей не обороты его компании, что она просто гордится им как умеет.

– О! Так ты, наверное, и зарабатываешь хорошо? Состоятельного парня отхватила моя дочь, – подбоченился отец Лизы.

И снова он сказал это так, что будь на месте Глеба простой столяр, к примеру, его в этом доме приняли бы не менее радушно.

А когда Лиза рассказала всем про его пентхаус, то за столом снова завязался живой спор на тему, так ли нам важны материальные блага, или запросто можно обойтись без них.

Семья эта с каждой минутой нравилась Глебу все больше. Все без исключения были очень натуральными, настоящими какими-то. А ведь он давно уже привык общаться с совершенно другими людьми, как и презирать многих в глубине души. Что ж, придется Лизе сделать и его добрее.

Время уже близилось к ночи, когда Глеб, наконец-то, выбрал момент, чтобы заговорить о главном. Ведь приехали они сюда не только чтобы познакомиться с родственниками Лизы.

– Тут такое дело… – отчего-то сильно смутился он, встав из-за стола и заговорив во в миг повисшей тишине. – В общем, дорогие родители Лизы, – обратился он к ним так, потому что от волнения из головы вылетели все имена, – я официально прошу у вас руки вашей дочери!.. – и замолчал.

И растерялся, не зная, что можно еще сказать.

– Тю… – протянул ее отец и басисто рассмеялся. – Так считай, что ее рука уже у тебя в кармане, иначе повезла бы она тебя в такую даль. Ну а мы с матерью… ну а что мы? Нам важно, чтобы Лизонька наша была счастлива. Счастлива ты с ним, доча? – обратился он к ней.

– Еще как! – с улыбкой посмотрела она на Глеба. – Как никогда!