Глава 13
Сминаю в кулаке опустевшую банку энергетика, кидаю из открытого окна в урну на парковке. Улыбаюсь тому что попал в яблочко. Нервно протираю ладонями лицо и снова впиваюсь глазами в многоэтажное здание где находится офис Ильи. На душе тяжело, мысли ещё тяжелее. Пытаюсь понять как действовать. Илья не из тех кто сдаётся на пол пути. Если он преследует Катю, то не отступится. За рёбрами тупым ножом режет злоба. Можно ли расценивать его действия как предательство? Неужели в этом городе не нашлось другой девушки, к которой он мог бы проявить интерес? Почему объектом его нападок стала моя девушка? Моя будущая жена?
Перекидываю взгляд на спортивную сумку, покоившуюся рядом на пассажирском сиденье. Пора. Глушу мотор, выхожу на улицу. Закидываю сумку на плечо. Широкими уверенными шагами направляюсь ко входу. Лифт. 30 этаж.
– Павел, я сообщу Илье Сергеевичу о том что вы здесь,– спешит встретить его проститутка. Из-за стола выпрыгнула. Силиконовая кукла на страже спокойствия своего хозяина. Проношусь мимо, пинаю дверь.
Илья в кабинете, сидит за столом, перебирает документы. Мразь. Поднимает на меня взгляд, вопросительно загибает брови. Не придаёт значение тому как я ворвался, как будто я каждый день вламываюсь.
– Илья Сергеевич, простите, я не успела…– мельтешит Ирка позади.
– Выйди!– рявкаю на неё, слегка склонив подбородок в сторону её голоса.
– Оставь нас,– приказывает дядя.
– Может кофе, или чай?– проститутка вспоминает о своих обязанностях.
Разворачиваюсь, сгребаю ткань ее блузки на спине, тащу к двери, выталкиваю из кабинета. Захлопываю дверь.
Стою напротив Ильи, ноздри раздуваю. Не шевелюсь, чтобы не сорваться.
– Я так понимаю, ты пришёл поговорить о Катерине,– сдержанно двигает в сторону документы. Откидывается на спинку кресла широко расставив ноги. Транслирует непоколебимое спокойствие и уверенность.
– Значит, правда?– рычу сквозь зубы.
– Нажаловалась?– усмехается, словно только что прочитал свежий анекдот.
– По-хорошему прошу, оставь мою девушку в покое! Кругом столько баб, бери любую.
– Баб много, ты прав,– соглашается. Большим пальцем проводит по щетинистому подбородку.– В одном ошибаешься. Катерина – моя. Разговор окончен. Или у тебя ко мне ещё какие-то вопросы?
– Ну ты и мразь!– не сдерживаюсь. Захлебываюсь в злости и ненависти.– Она никогда меня не предаст, понял!
– Ты слишком эмоционируешь. И, романтизируешь реальность. Жизнь не строится на эмоциях. Эмоции только мешают. Жизнь– это шахматная доска, где нужно просчитывать на много ходов вперёд. Я все просчитал. Она немного поупрямится, покажет характер, но в итоге все равно сдастся. Советую не тратить силы на попытки удержать девушку, а найти новую.
– Продумал, значит?– злорадно усмехаюсь. Закусываю уголок нижней губы. Снимаю сумку с плеча, запускаю в неё руку. Нащупав твёрдую рукоять, извлекаю пистолет.– Это, ты тоже продумал?
Небольшое дуло огнестрела смотрит в его голову. Злит, что Илья даже носом не повёл.
– Идиот,– качает головой. Смотрит сочувственно.– Где игрушку взял?
– Не твоё дело.
– Как раз таки мое. Если засветишься с этим стволом, на тебя повесят все что на нем. Ты хоть проверил, чистый ли пистолет?
– Илья, не вынуждай меня! Сейчас только предупреждаю, но если не оставишь Катю, я тебя убью.– Еще немного держу его на прицеле, затем убираю ствол в сумку.
– Тогда, советую поискать ствол без истории.– Серьезным, отстраненным тоном даёт совет.– Я её не оставлю.– Добавляет пронзая холодным непоколебимым взглядом.
Разговора не вышло. Напугать дядю тоже. На нервах вылетаю из офиса, прыгаю в тачку, бью по рулю. А если Катя и правда поведется? Что будет со мной? Переживу? Вряд ли. Ещё ничего не случилось, а меня колотит от мыслей что могу её потерять.
– Сука!– кричу и снова бью по рулю.
К такому, жизнь меня не готовила. Илья не простой пацан с улицы. Тягаться с ним, все равно что биться с собственной тенью. Слишком хорошо его знаю, как и он меня.
Единственная мысль, кажущаяся разумной, бьёт пульсом в висок. Нужно скорее жениться. Чтобы Катюха была моей, полноправно, по закону.
Весёлая музыка из кармана сметает остатки сомнений. Стряхиваю головой выкидывая опасения и страхи, принимаю входящий от мамы.
– Сын, заедь сегодня, мне нужно лампочку в комнате поменять.
– Хорошо,– киваю, как будто она меня видит.
– Ты во сколько приедешь?
– Сейчас заскочу.
Отключаю звонок и набираю Катю. Трубку не берет. Обиделась. Верчу мобилу двумя пальцами. А что я собрался ей говорить? Гложет то что она сразу ничего не рассказала! Плюс стопятьсот ненужных мыслей и сомнений, ворохом обрушиваются на голову. Может ей нравится его внимание? Замаячил вариант получше и решила переметнуться? Аааа, в пизду! Невыносимо пропускать мозги через эту мясорубку. Распишемся и никуда она не денется.
Еду к матери. С порога слышу женские голоса из кухни. Запах готовой еды будоражит аппетит. Но есть не хочется, совсем. Катюха охуенно готовит. Люблю когда моя девушка готовит для меня. Невыносимо от мыслей, что она может делать завтрак кому-то другому.
Ловлю себя на мысли что схожу с ума. Ревность убивает, расщепляет здравый рассудок.
– Паша приехал!– громко и радостно сообщает мама из прихожей гостям на кухне.– Проходи скорее, у нас гости!
Иду за ней, осматриваю отсутствующим взглядом мамину подругу Женю и её дочь Василису. Мы с Васькой с детства знакомы. Вынуждены были общаться во время того как наши мамы устраивали себе девичьи посиделки с вином под песни Пропаганды.
– Паша, привет! Ух как вымахал! Ну чисто жених, скажи, Василис!– звонкой раздражающей трелью трезвонит Женя.
– Привет,– подмигивает Васька.
Подхожу к кухонному гарнитуру, выдвигаю ящик со всяким рабочим барахлом, беру лампочку, иду в комнату.
Мама извиняется перед гостями, торопится следом.
– Что ты делаешь?– шипит, чтобы гости не услышали.
– Лампочку меняю. Ты ведь для этого меня звала?– вопросительно прижимаю ее тяжелым взглядом.
– Да, но…– немного мнется подбирая слова.
Щелкаю выключателем на стене, смотрю на люстру под потолком. Все лампочки горят.
– Паш, ну ты хоть присмотрись к Ваське. Такая девушка хорошая! А главное, здоровая!
Нерв на щеке дёрнулся. Опустив голову утыкаюсь взглядом в ковёр под ногами. Напрасно я тогда поделился с мамой переживаниями о Катином заболевании. Когда моей девушке поставили диагноз, я нажрался в сопли. Не мог вынести это самостоятельно, мне нужен был человек который выслушает, поддержит. Вывалил все на маму, ревел как детсадовец, слюни по лицу размазывал. Не мог простить себе то что с ней случилось. Не думал, что мои откровения обернутся против меня.
– Я с Лидой вчера разговаривала, она сказала, что вы планируете свадьбу… Сынок, подумай, я прошу тебя. Катя неплохая девушка, но дети– единственное, ради чего стоит жить. Я внуков хочу понянчить!
– Если понадобится, возьмём из детского дома.– Резко подаю голос. – Катюху я не брошу. Никогда! Тебе придётся смириться.
Мы с Катей столько лет вместе, она прочно вплелась в мое настоящее и планы на будущее. Расстаться– вырвать с корнями душу и стереть саму жизнь. Идея познакомить родителей, не привела ни к чему хорошему. Наши мамы общаются, созваниваются по телефону и даже некоторые праздники отмечают вместе. Вроде, ничего плохого. Но они вдвоём слишком много планов строят, на наши с Катей жизни.
– О, Господи…– голос мамы обрывается траурным шоком. Она хватает пульт от телевизора и прибавляет громкость. Бледнеет на глазах, трясется. Взглядом прилипает к голубому экрану, на котором транслируется выпуск новостей.
Пытаюсь понять, что её так впечатлило.
– Сегодня утром рыбаками было обнаружено тело бывшего заключенного Зубова Александра. Мужчина был застрелен, после чего тело скинули в реку. Подробности убийства устанавливаются, ведется расследование.– Ведущая новостей монотонно озвучивает информацию. На экране мелькают кадры с места событий.
Пальцы холодеют. Кровь в венах замедляется. Я знаю кто это. Несколько лет назад стало дико интересно кто мой отец. Вместе с друзьями нарыли информацию. Оказалось, что он сидит за изнасилование мамы. Мне потребовалось много времени, чтобы смириться с тем что я плод насилия. Ненавидел себя. Мерзко было, до тошноты. Если бы не Катюха, я бы спился.
– Туда ему дорога,– плююсь словами. Вырываю у мамы пульт, выключаю телек.
– Как ты можешь?– плачет мама. Ей стало совершенно плевать на гостей. Безвольно опускается на кровать, закрывает руками лицо, трясется в рыданиях.– Ты даже не знаешь, кто это!
– Гандон, который тебя изнасиловал. Мой биологический отец.
Убирает руки от лица. Сквозь слезы застывшие в глазах, блестит изумление.
– Илья тебе сказал? Он, да? Сын, не верь ему! Мы с твоим отцом любили друг друга, мы хотели семью. Но твой дядя возомнил себя вершителем судеб! Это Илья виноват в том что ты рос без отца! Это он его посадил!
Отшатываюсь назад. Я столько времени мирился с тем кто я есть, пытался не думать о своём происхождении. Чертов гандон! Я ведь доверял ему! Дядя был для меня примером, самым главным мужчиной, авторитетом.
– Это он его убил! Я точно тебе говорю, это Илья! – мама все больше впадает в истерику.
– Он мразь, конечно, но не убийца.– Почему-то пытаюсь его защитить. Наверное, потому что всегда так было. Мама ненавидела Илью, а я всегда был на его стороне.
– Да на его руках столько крови, что тебе и не снилось!
Это все слишком. Бах! В голову бьет мысль о том что я мог иметь родного отца, если бы не дядя. Бах! Илья– жестокий, хладнокровный убийца. Бах! Бах! Оглушающие мысли наносят удары от которых невозможно уйти.
Покидаю квартиру матери, сажусь за руль, завожу мотор. Еду не разбирая дороги, не важно куда, только бы подальше от этого состояния.
Глухой удар о капот, визг тормозов. Выпрыгиваю на улицу, замираю как статуя глядя на девушку распластавшуюся на дороге. Бросаю взгляд на обувь. Слышал, о том что если обувь слетела, значит насмерть. Зимние сапоги на месте. Это нихрена не успокаивает. Черт возьми, я сбил человека!