Глава 16. Богдан

Разговор прошел на удивление спокойно. Мы обговорили место встречи, сумму, которую он должен мне выплатить. Я уже еле сдерживался, чтобы просто не наорать на него, как он заговорил сам.

– И видео с Аней. Оно должно быть стерто из сети, иначе я буду тебя искать. И так как ты лелеял мысль, что отомстишь мне, я буду лелеять мысль о том, что с таким красавчиком сделают в тюрьме.

Он ведь мог просто промолчать, просто принести деньги и навсегда исчезнуть из моей памяти, но ему потребовалось угрожать. Угрожать какой-то мелочью вроде поцелуя в машине. Словно это самое аморальное, что могло произойти с его принцессой. Но он еще не знает, на что она способна.

– Сегодня встречи не будет, – говорю почти по слогам и сразу вижу, как Костя с Димой грозно мне жестикулируют, но я теперь я хочу, чтобы этот урод не только заплатил деньгами, но и понял, что значит ставить условия в столь безвыходной ситуации. Я сниму видео с Аней, новое, не столь невинное, и конечно не выставлю в сеть, зато пошлю папочке, как он и просит.

– Что? Ты совсем охуел щенок? – орет Самсонов в трубку, но в момент успокаивается, судя по всему под чьим – то влиянием. – А когда ты хочешь встретиться, Богдан?

– Ну так мне нужны сутки, чтобы подготовить видео… – новое видео. – К удалению. А то ведь я так боюсь будущих сокамерников.

– Ты надо мной издеваешься?

– Ты дочь живой увидеть хочешь? Хочешь. Все договоренности остаются прежними, но с одной поправкой. Встреча пройдет не сегодня, а завтра. Сможешь еще денек насладится своей красивой женой. Я кстати долго думал, кого из них соблазнить. Жену или дочь. Или обеих. Представляешь себе эту картину? Наверняка фантазировал. Рыжие, стройные. Кайф.

– Богдан, – цедит Самсонов сквозь зубы. – Ты рулишь ситуацией, пока можешь себе это позволить, но поверь, так будет не всегда. И потом ты будешь жалеть о каждом слове, которые сказал, ты будешь жалеть, когда поймешь, что в твоих действиях нет правды.

– А ты жалел о том времени, когда насиловал Мелиссу?

– Что?

– Да, я про это тоже знаю. А вот дочка твоя не знает. Как думаешь, понравится ей правда?

Я отключаюсь, чтобы больше не провоцировать старичка и смотрю на готовившихся на меня орать парней.

– Ты что устроил?

– Тебе нахуя это нужно? Ты трахнуть ее захотел? На камеру? Ты больной?

– Да ничего я не сделаю! Просто решил немного его промурыжить, чтобы перестал думать, что он король мира. Днем раньше, днем позже, ничего не изменится.

Наверное, будь я умнее, я бы уже тогда понял, как глубоко заблуждался. Порой один день может изменить все. Один взмах крыльев бабочки способен вызвать тайфун на другой стороне земли. Или в моей гнилой душе.

* * *

Дима молчал, пока мы ехали в наше убежище. Он и Костя обматерили меня с ног до головы, не раз повторив, что сегодня бы все закончилось и я бы уже ехал строить свою империю в любую страну мира. Но моя месть затмила мне глаза и были правы. Мне хотелось сделать этому ублюдку так же больно, как сделал он мне, когда зарезал моего отца как свинью.

По дороге мы заехали в магазин, где я взял молочный шоколад с цельным фундуком, бутылку шампанского и вишневый сок. Покупая все это я думал про Аня, про то, как пузырики шампанского будут щипать ее горло, как шоколад таять на языке, какой она будет податливой и послушной, когда опьянеет. И конечно запись с нашим сексом я отправлю ее папаше, но копию оставлю себе, чтобы вспоминать как это было.

– Добром это не кончится, – подает голос Диман, когда мы подъезжаем. – Нужно было закончить все сегодня.

– Не нуди. Получишь ты свою долю.

– Дело не в деньгах, Лом. Я умирать не хочу, Этот Самсонов, он такой же, как ты. Не умеет вовремя остановится.

– Не сравнивай меня с этим уродом!

– Да я не…

– Я знаю, когда остановится, завтра разберемся с этим и будешь поучать кого – нибудь другого.

– Зря ты так. Я тебе не враг, Лом. Просто знаю тебя хорошо и вижу, что…

– Ты мне не враг, но сильно раздражаешь. Захлопнись и следи за тем, чтобы это место продолжало оставаться невидимым.

– Как скажешь босс, – горько усмехается Димас и выходит из тачки. А я хочу остановить его, сказать, что просто сейчас не в духе, но не делаю этого. Мне нужно остыть, ему нужно понять, что не надо меня тыкать в мои косяки. Каждый из нас делает свою задачу, и я если я решил, что сделка будет завтра, значит так и будет.

Из багажника я забираю пакет с презентом для пленницы и иду в дом. Сам не знаю почему, но сыкую вниз спускаться. Скорее всего в меня что – то прилетит, а если она себя порезала? Нет, это чушь, Аня из тех, кто будет бороться за жизнь в самых патовых ситуациях. Так что я спокойно достаю ключ и открываю дверь. Сначала тишина и темнота немного пугают, по телу бегут мурашки. Но тут я чувствую опасность и напрягаюсь всем телом. Она вылетает из темноты с чем – то весьма тяжелым и нападает, пытаясь ударить меня по голове. Я тут же ставлю блок, и книга летит в стену, а Аня на кровать.

Она вскакивает, а я врубаю свет. Оказывается, она где – то отыскала мои шмотки и напялила их. Футболка доходит ей до середины бедра.

– Так сильно обиделась?

– Да пошел ты! Ты договорился?! Сегодня отец меня заберет?

– А как же наше незаконченное дело?

– Да я лучше умру, чем дам к себе притронуться, – достает она откуда не возьмись лезвие от бритвы. Но не на меня наставляет, а к горлу подставляет.

– Боже, Аня, тебе в театре играть. Ты забыла, что я тебе знаю, как облупленную, ты никогда себя не порежешь, – усмехаюсь и иду к импровизированному столу, достаю шампанское, фрукты, шоколад и сок.

Она стоит еще немного и садится на кровать.

– Обмена не будет, – вру я, даже не краснея, смотря ей прямо в глаза.

– Не поняла. Ты же хотел денег, – вот теперь крошка испугалась. – Отец даст тебе сколько нужно. И я… Я никогда ему не скажу о том, что было.

Конечно не скажешь.

– Он не ответил на звонок. Вообще его нет в городе.

– Это вранье!

– А зачем мне врать! Я денег хочу, а не долбанную истеричку.

Мне тут же в лицо прилетает подушка. Довольно метко. Я кидаю ее обратно со словами.

– На, будет куда плакать.

– Но… – кладет она ее на колени, разглаживает и больше глаз не поднимает. – Но что же теперь делать? Звони еще!

– Весь день долбил по всем номерам. Полный игнор.

– А писал?

– Ну конечно, мне хочется поскорее от тебя избавится.

Она кусает дрожащую губу. Да, папаше не нужна, мне тоже. Нормальный такой стресс для девчонки ее возраста.

– Он объявится. Вот увидишь, он объявится. Он просто ищет меня и не может взять трубку.

– Разумеется. Завтра позвоним ему снова. Но если и завтра ничего…

– Тогда что? – она застывает, кожа на лице бледнее, делая ее похожей на невероятные красоты, приведение. – Отпустишь меня?

– Нет.

– А какой смысл меня держать здесь, если моему отцу на меня насрать?! Ведь тогда мести не получится.

– Ну, если не подойдешь ты, можно украсть Серегу.

– Серегу? Брата? Ты с ума сошел?

– На войне все средства хороши, понимаешь. Тем более Серега и сам со мной пойдет.

– Куда он пойдет с тобой?! Он тебя не знает, он кстати тоже умеет неплохо драться.

– А зачем ему драться с лучшим другом?

– Ну что за чушь! Я знаю всех его друзей, они часто приходят к нам в гости и тебя среди них не было!

– Верно. Но еще бывают лучшие друзья по сети. Знаешь, что он играет в Доту?*

– Ты ублюдок! Какой лапши ты ему навешал?

– Я? Я о себе почти ничего не говорил, а вот он снабжал меня информацией из первых рук полтора года.

– Не смей его трогать! Никогда! Он еще мальчишка!

– Такой же, каким был я, когда убили моего отца.

– Богдан, но ты пойми, твой отец, он был не таким, каким ты его помнишь.

– Да? Ну очень интересно, расскажи же, каким в твоем больном представлении был мой отец, а потом я расскажу каким был твой.

* * *

Богдан заврался, в том числе самому себе, а Аня сдает позиции…

Дота* – компьютерная игра