Глава 32. Руслан

Я подъезжаю к дому своего отца. Из больницы его уже выписали, и теперь он выздоравливает здесь, под присмотром докторов. По словам Софии, дома обстановка весьма напряжённая: это непросто, когда рядом лежачий больной. Но они справляются. София временно переехала обратно в дом, чтобы быть опорой для младшеньких. Вообще, это моя обязанность, которую я добровольно взвалил на свои плечи, родившись первым ребёнком в семье. Но сейчас я не могу покинуть Леру. Не могу снова оставить её одну, ведь я ей нужен сейчас как никогда. Я объяснил всё Софии, и она поняла и поддержала. Моя сестрёнка выросла, а я даже и не заметил. Радует, что есть, на кого положиться. Больше двух недель мне понадобилось на то, чтобы решиться приехать сюда. Мне было тяжело оставлять Леру, даже несмотря на то, что обратно я поеду этим же вечером. Одна-только мысль о том, что она сейчас далеко, не даёт мне покоя. Но я должен был приехать. Настало время поговорить с отцом и поставить точку. И надо это сделать перед рождением малыша, чтобы ничто больше не волновало его мамочку. Вхожу в гостиную и вижу моего младшего братишку Тимура. Он сидит на диване, закинув ноги на журнальный столик: отец терпеть не может, когда он так делает. – Руслан! – Тимур замечает меня. – Привет, бандит, – улыбаюсь я, треплю его по голове. – Ну, как дела? – Жизнь – отстой, – заявляет он. Типичный подросток, что тут скажешь. – Не выдумывай, Тим. Как отец? – Ну, вроде лучше, – пожимает плечами. – Но раз ты приехал… А, ладно, ничего. – Что ты хотел сказать? – настаиваю я. – Раз ты приехал, то станет хуже, – вздыхает брат. – Опять ссориться будете. – Не волнуйся, – отвечаю на это я. – У нас не будет больше ссор. Даю слово. Мы с Тимуром перебрасываемся парой фраз о его учёбе, а затем я поднимаюсь на второй этаж. Замираю на мгновение напротив плотно закрытой двери отца. Собираюсь с силами и коротко стучу. – Входите, – раздаётся властный голос отца. Захожу в комнату. Отец лежит на своей широкой кровати. Рядом с кроватью стоит тумбочка, на которую кто-то поставил вазу с полевыми цветами. Должно быть, София. Цветы напоминают мне о Лере. Теперь от неё пахнет точно также: цветочными ароматами и свежестью. Работа флористом подходит ей. Как раз из-за Леры я и здесь. – Не ожидал тебя увидеть, – сообщает мне отец. Он уже выглядит куда здоровее, чем тогда, в больничной палате, но видно, что он всё ещё болен. Если бы не произошедшее, мне стало бы его жаль. – Мы беспокоились за тебя, – отвечаю ему я. – Но не потому, что ты хороший отец. А потому что мы – хорошие дети. Говоря «мы», я имею в виду себя и всех своих братьев и сестёр. – Если ты пришёл ругаться, Руслан, то у меня нет ни сил, ни желания. Я уже сказал отцу Арины, что ты не будешь жениться. Если ты хотел обсудить только это, то можешь уходить. Я никогда не давал ни Арине, ни её семье ложных надежд. Но они не принимали слово «нет» из моих уст. Отец пытался убедить меня, но успехом это не увенчалось. Его упрямство я унаследовал в полной мере. Потом в СМИ просочился слух, будто мы с Ариной собираемся объявить о помолвке, вот почему Лера думала, что мы с ней поженимся. Но то были просто слухи, которые, вполне возможно, были пущены моим отцом, я уже ничему не удивлюсь. – Я сдал анализы, – решаю не ходить вокруг да около. Присаживаюсь на стул рядом с кроватью отца в ожидании ответа. – Что ещё за анализы? – хмурится он. – Не притворяйся, что не понял. Я могу иметь детей. У меня вообще нет никаких проблем по этой части. – Поздравляю. А причём тут я? – Хватит притворяться. Мы оба понимаем, что анализы, которые я сдавал в нашей семейной клинике, – твоих рук дело. Когда я получил анализы две недели назад, сказать, что я был удивлён, значит, ничего не сказать. Я даже сдал их повторно. Но результат был один – у меня всё в порядке со здоровьем. Я могу иметь детей, хороших, здоровых детей. А значит, предыдущий диагноз был неверен. Я ругал себя за то, что не перепроверил. Что даже не допустил мысли, что с диагнозом может быть что-то не то. И уж конечно, не ожидал, что мой отец опустится до такого. Но в той клинике вся наша семья лечится уже много лет. У него есть там связи. Он действительно мог это сделать: заплатить кому-то, чтобы анализы подделали, заменили на плохие. И он знал, что Арину это не остановит, а, значит, его планам женить меня ничего не угрожает. Ему просто надо было убрать Леру – и у него это получилось. – Рад за тебя, – холодно отвечает отец. – Как ты мог поступить так? – спрашиваю спокойно. Когда я только понял, что к чему, то злился, рвал и метал. А сейчас уже успокоился. Нет никакого смысла скандалить с ним сейчас, когда он болен, и когда я уже всё для себя решил. – А что, я должен был позволить тебе сделать ребёнка этой девке с улицы? Ты сошел с ума, а я должен был спокойно наблюдать, как ты позоришь нашу семью? Как рушишь свою жизнь? Ты бы женился на этой девчонке, если бы я не вмешался! – Как ты вообще узнал об этом? – качаю головой я. – Это было только между мной и Лерой. – Как ты вообще мог подумать, что тебе удастся это от меня скрыть? – задаёт встречный вопрос он. – Я знаю всё о своих детях. Только так я могу позаботиться о вас. Однажды ты станешь отцом, вот тогда-то ты меня и поймёшь. – Нет, – отвечаю я на это. – Я не пойму, как можно вот так распоряжаться чужими жизнями. Из-за тех анализов я поступил скверно. Я разбил сердце женщине, которую люблю. – Какая любовь? Эта девка просто тебя использует, Руслан! – Тебя это больше не касается. Я ухожу. – Мог бы и вовсе не приходить, – бросает мне отец. – Ты не понял. Я ухожу из фирмы. Больше я не буду на тебя работать. – Глупый щенок. Ну и чем же ты собрался заниматься? – Это больше не твоё дело. Это наш с тобой последний разговор, отец. – Что?… – не понимает он. – Ты порвёшь связи со своей семьёй?… Из-за своей глупой подружки? – Я не рву связи с семьёй, – качаю головой. – Только с тобой. – Если ждёшь извинений, то ты их не дождёшься. Поступай, как знаешь, – отец отворачивается. Я понимаю, что делаю ему больно. И хоть он и изображает равнодушие, на самом деле, ему не всё равно. Но по-другому нельзя. – Нет, я не жду извинений. Знаешь, чего я жду? Что ты не поступишь также с ними, – я киваю на дверь, имея в виду своих братьев и сестёр. – Иначе ты и их потеряешь. Надеюсь, что случай со мной научит тебя хоть чему-то. С этими словами я поднимаюсь со стула и иду к двери. В глубине души я хочу, чтобы отец окликнул меня. Хочу, чтобы он попросил прощения, и тогда я смог бы найти в себе силы, чтобы простить. Не изменить решение, нет, но хотя бы простить его. Но отец молчит, и я просто ухожу. Встречаю Софию в коридоре. – Руслан! Ты в порядке?! – беспокоится сестра. – Да, в полном. – Но ты грустный… – Просто решил сменить место работы. И место проживания заодно. – Чего? – не понимает София. – Я переезжаю поближе к Лере. Я ей нужен, а она нужна мне. – Ну а мы? – она спрашивает так, будто мы жили все вместе одной большой семьёй. Но это не так: и я, и София уже давно живём отдельно, а она так вообще скоро выйдет замуж. – Сонь, между нами с тобой ничего не изменится. Я навсегда твой старший брат, – протягиваю к ней руки. – Иди сюда. Мы крепко обнимаемся. – Ладно, мне уже пора возвращаться, – говорю я Соне. – Я приехал только поговорить с отцом и забрать кое-какие вещи. У Леры роды уже через две недели, и я должен быть рядом с ней. – Отец же ты, да? – с улыбкой уточняет София. – О, Боже! Я стану тётей! – Это неизвестно. Лера не говорит, кто отец. – Да брось, – она легко толкает меня в плечо. – Готова поспорить на всё, что угодно, что отец ты! Я смеюсь. – Мне бы… мне бы очень хотелось быть отцом этого ребёнка, – признаюсь я с улыбкой. – Но я наломал кучу дров, неудивительно, что Лера молчит. – Вот именно! Будь он не твой, она бы сразу сказала. А так… она просто хочет убедиться, что ты больше не оставишь её, – объясняет София. – Поверь, нам, девушкам, это важно. Ладно, давай, поспеши к своей Лере! Мы с Сашей обязательно приедем к вам после родов. – Договорились. В этот момент у меня звонит телефон. Достаю его и смотрю на экран: «Звёздочка». – Лера звонит, – говорю я Софии. – Перезвоню в машине. Я сбрасываю вызов, потом спускаюсь по лестнице. Захожу к бабушке поцеловать её и пообещать всегда отвечать на её сообщения с открытками в мессенджерах. Когда я сажусь в машину и проверяю телефон, на экране уже четыре пропущенных от Леры. Начинаю волноваться: а вдруг что-то случилось? Торопливо перезваниваю. – Алло, Лера? Что ты… – Руслан! – перебивает она меня, её голос полон отчаянья. – Руслан, кажется, началось! – Что началось? – у меня сердце падает в пятки. – Роды, Руслан! Кажется, начинаются роды!