Глава 38

— Почему? — произносит тихо, не отрывая взгляда от моих губ, словно нацеливаясь.

И снова пытается поцеловать, сжимая в руках все крепче и крепче.

— Ты был вчера с девушками?

Этот вопрос выбивает его из колеи, он резко оставляет свои попытки и отводит взгляд, не желая сознаваться.

Неужели ощущает вину?

— Причем тут это… — ведёт он плечами, быстро придав лицу невозмутимый вид.

Я закипаю. Без стеснения хватаю его за подбородок. Жестко сжимаю.

Не позволю играть со мной.

— Смотри в глаза, — приказываю ему строго. — Я хочу знать правду, потому что сначала, ты хочешь быть со мной, а потом… — сглатываю, подбирая слова. — А потом не можешь удержаться при виде первой короткой юбки.

— Ну, был, — кривится он, словно ему неприятна эта ситуация. А у меня сердце падает вниз. Я и без это все знала, но услышать подтверждение своим догадкам неприятно. Словно иголкой прямо в сердце. — Но это ничего для меня не означает. Я все так же за то, чтобы мы попробовали быть вместе. От своих слов не отказываюсь.

Какова цена его слов? Ответ один — она ничтожна. Но так хочется поверить, поддаться, попробовать.

Он не поменяется ради тебя, Рязанова, пойми уже это, наконец, и перестань смотреть на него, как на самого желанного парня на всей Земле. Перестань возвышать его до небес. Перестань постоянно думать о нем…

— Все понятно, — воспользовавшись тем, что он ослабил хватку, делаю два шага назад, собираю аптечку и выкидываю использованную вату.

Главное не подавать вида, что мне есть до него дело. Главное держать лицо. Как раз в этот момент мне на телефон громко приходит сообщение. Достаю его из кармана и читаю пожелание с добрым утром от Волкова. Уже привычная традиция.

— Что тебе понятно? — останавливает меня Макс, когда я решаю выйти из кухни и позвонить Косте, чтобы отвлечься. — Марин, не смей вот так уходить.

Он даже голос на меня повышает! Обнаглел окончательно и бесповоротно.

— Понятно, что ты не собираешься меняться, — говорю вполне спокойно, не теряя контроль.

Внутри все леденеет. То, что было ночью, медленно, но верно растворяется в том, как он себя ведёт, когда меня нет рядом.

Как я могу быть в нем уверена? Правильно. Никак. А я не из тех, кто будет терпеть измены.

Приходит ещё одно настойчивое сообщение.

— Кто тебе все пишет? — раздражается Макс, пытаясь вырвать телефон из моей руки. — Костя, да? Видимо мало он…

Не успевает договорить — в кухню решительно заходит Рита, словно поймав непослушных детей на драке, смотрит пронзительно и гневно, но больше на Котова, чем на меня.

— Ребят… Все нормально?

— Просто супер, — выдаёт грубо Макс, отпуская меня, но становится так, чтобы мне не хватило места улизнуть из комнаты.

— Ты же отвезёшь нас в аэропорт?

Я замечаю, что Котов начинает заводиться. Его бесит то, что ему помешали продолжать разборки. Бесит то, что мне кто-то пишет, а сам шляться он не брезгует.

— Буду готов через пятнадцать минут.

Рита снова уходит, оставляя меня с этим разгневанным придурком.

Просто замечательно.

— Дай пройти, — прищуриваюсь, в ожидании, когда он меня пропустит.

Ещё немного и я буду на него кричать — мое терпение тоже нежелезное.

— Если ты думаешь, что снова получится меня игнорировать, то боюсь, мне придется тебя огорчить, — его губы растягиваются в непривычной, злобной ухмылке. — Наплевательское отношение к себе я не позволю.

Он делает шаг в сторону, давая пройти, но когда я прохожу мимо него, то уверенно смотрю прямо в глаза, сжимаю руки в кулаки.

— Как и я, Максим. У меня тоже есть гордость.