Глава 3. Дом, где не ждут

Дверь в маленькую двушку, где жила её семья, всегда скрипела так, будто упрекала: «Снова пришла без радости и без подарков» .

Яна вошла тихо, надеясь проскользнуть в свою комнату, но запах жареного и звонкий мамин голос встретили её на пороге кухни.

— Яночка! — мать сияла, хлопоча у плиты. — Ты только представь, Маринка открывает стартап! По модельному искусству, представляешь? Умничка какая, девочка моя золотая!

Яна замерла.

Сестра сидела за столом, перебирая на планшете глянцевые фото с моделями. Длинные волосы уложены, ногти сияют — всё внимание мира сосредоточено на ней.

— Стартап? — голос Яны прозвучал осторожно, но внутри уже зарождалось тревожное «как?». — А деньги?

Мама всплеснула руками:

— Ну что ты сразу о деньгах! Помогут, есть люди, которые верят в нашу Маринку. Она у нас талант!

Яна сжала губы. В груди нарастала злость, перемешанная с болью. Для неё никогда не находились ни «помощники», ни «инвесторы». Для неё были только слова: «Яна сама справится» .

Она отвернулась, не желая, чтобы сестра заметила её взгляд. Плюнув на всё, пошла в комнату, переоделась в чёрную юбку и рубашку, привычную форму официантки. Схватила сумку.

— Я на работу, — бросила через плечо.

Никто не ответил. Только Маринка рассмеялась чему-то в планшете.

Гриль-бар «Red Flame» был шумным, душным и всегда переполненным. Запах жареного мяса, крики бармена и звон бокалов стали для Яны таким же привычным фоном, как для других — тишина дома.

Она юрко лавировала между столами, ставила подносы с пивом и крылышками. Часы тянулись медленно, ноги ныли, но внутри было проще: здесь от неё что-то зависело, здесь её хотя бы замечали.

Яна уже несла заказ на дальний стол, когда почувствовала: на неё смотрят. Этот взгляд невозможно было спутать. Она подняла глаза — и сердце ухнуло вниз.

У окна, в тени неоновой вывески, сидел он. Павел Волков. Белая рубашка, строгий пиджак — и атмосфера гриль-бара словно сама отпрянула от него. Он выглядел здесь чужим, как инквизитор, случайно оказавшийся на шумном шабаше.

Это сравнение заставило Яну усмехнуться про себя. Но улыбка быстро погасла — он продолжал смотреть. Не сводил глаз.

До конца смены он не сделал ни одного заказа, только пил кофе и наблюдал. Не вмешивался. Не говорил. Просто был.

И именно это напрягало сильнее всего.