Глава 43

Таир

Как быстро можно вляпаться в проблемы, которые затронут сразу несколько областей жизни?

Просто заведи роман с той, с которой мутить нельзя.

Просто перейди дорогу ее говнистому папаше.

Просто держись за видимость отношений, которые давным-давно изжили себя и никогда на хуй были не нужны…

Просто как раз-два-три, а потом придется танцевать на раскаленных углях…

Я умудрился запутаться по уши. И некого в этом винить: все сам-сам…

Своими руками, действиями, но сильнее всего в такие моменты вредит бездействие… Нельзя было пускать на самотек определенные нюансы собственной жизни. Вот и растеклось дерьмо… Далеко-далеко, не собрать руками.

Пока я понял, в чем дело…

Пока метнулся за Сафией.

Она снова умчалась в неизвестном направлении!

Опять мне пришлось хватать только воздух, глотая пыль…

Разозлился.

Эта девчонка занозой засела в моих мыслях и не дает мне покоя. Мысли горят о ней…

Совсем скоро горели не только мои мысли, полные фантазиями о ней.

У меня начала гореть земля под ногами.

В прямом смысле этого слова.

Я рано расслабился, решив, что если папаша Сафии уехал жить за границу, то он отступил и решил прекратить бессмысленное противостояние со мной.

Он лишь создал видимость, что отступил, на самом же деле он затаился и выжидал удобного момента. Более того, держал руку на пульсе, и когда Сафия несдержанно высказалась на странице Мадины, считавшейся моей женой, он мигом это подсек.

Воспользовался имеющимися связями, оформил донос, как должностное лицо мутит роман с подозреваемыми.

И ведь мрази было не важно, что это может задеть и его дочь. Не может, а задело, блядь!

Главное для него было опрокинуть меня, помешать, пошатнуть… Нанести подлый удар исподтишка и ждать, что свалюсь. Сам-то, пидар, окопался за границей, пребывая в уверенности, что до него не дотянутся руки…

***

Сафия

Спустя время

— Проходи.

Я едва держусь на ногах, голова кругом. Столько часов в дороге…

Даже нет сил, чтобы просто приветствовать Олесю и поблагодарить за то, что она согласилась встретиться и принять меня у себя.

С момента, как я написала жене Таира, прошло почти трое суток.

Я была так напугана, когда услышала, что ко мне кто-то пришел. Даже решила, что Таир быстро примчался, но это оказалась соседка сверху, хотела предупредить, что завтра они будут делать работы по стояку холодной воды…

Потом я быстро-быстро собралась и просто сбежала! Объясняться с теми, кого я подвела, буду потом. Все потом… Главное было уехать как можно дальше!

Бывшая подруга обнимает меня, я цепенею на несколько мгновений.

Сердце недоверчиво замирает, колени дрожат.

— Наверное, от меня пахнет. Я столько времени в дороге провела.

Вокзальные туалеты — не самое удобное место, чтобы приводить себя в порядок. Но я бежала прочь так, словно неслась прочь от пожара.

— Да, пожалуй, тебе стоит принять душ…

Олеся тоже смотрит на мои волосы.

— Не жалко было краситься и менять прическу? Ты теперь темненькая стала, и на сестру смахиваешь больше, чем раньше.

Я устало валюсь на пуф возле двери и стаскиваю с ног кроссовки. Недоверчиво шевелю пальцами без обуви, закрываю глаза.

Признание вырывается из меня со слезами.

— Я хотела… Хотела, чтобы ничего не осталось… От прежней меня… Но, оказывается, это невыполнимо! Куда убежать от этого?! Куда?!

Я словно в бреду, мне так плохо… Скручивает рыданиями и спазмами.

Прихожу в себя несколько раз.

Сначала в душе.

Сквозь пелену слез и воды мелькают испуганные глаза Олеси.

Потом в темноте… Жарко… Красный огонек мелькает вдалеке, как будто зрачок монстра, наблюдающего за мной из темноты.

Или прицел…

Мысли одна другой ужаснее!

Я подскакиваю, шарю слепо ладонью, сбиваю рукой что-то на пол.

Грохот. Плеск…

Капли воды!

Свет ослепляет.

— Ты как?

Падаю на диван, подтянув к груди сползающее одеяло.

— Мне показалось… Даже не знаю… Что-то показалось… Плохое.

— Ты очень плохо выглядишь, — прямо говорит Олеся. — Жара нет. Я проверяла. Но ты как будто в бреду. Может быть, нервное истощение? Давай врачу покажешься? — поглаживает меня по плечу. — Пропишет тебе что-нибудь… Не знаю… Прогулки, йогу и антидепрессанты.

— Мне нельзя. Я… беременна. Срок большой. Я уехала подальше… У него семья, работа. Он и виду не подал, что я ему нужна, а потом примчался. И мне стало страшно. Зачем он за мной приехал? Вдруг разнюхал что-то… Внебрачные дети таким, как он не нужны…

— Беременна?! — ахает Олеся. — Почему ты сразу не сказала?! Ты решила оставить малыша?

— Да. Считаешь, что я дура?

— Нет, — качает головой. — Просто с беременностью все намного сложнее, и нервничать ни к чему. Тебе стоит показаться в больнице, осесть на месте… Почему ты не с семьей?

— Долгая история.

— Я никуда не спешу. Сделать кофе? То есть чай, конечно же.

— Давай. Извини, что я свалилась к тебе как снег на голову. Я ужасная подруга. Бывшая подруга…

— Наоборот, — серьезнеет Олеся. — Было больно и неприятно, когда мы разорвали дружбу. Но зато ты была искренней. Было бы гораздо хуже, если бы ты улыбнулась мне в лицо и за спиной сделала какую-нибудь гадость, отомстила или что-нибудь в таком духе.

— Я осудила тебя, а сама…

Мне все никак не согреться под одеялом.

Страх накатывает…

Страх перед неизвестностью — какое будущее ждет меня и малыша?

Что я за мамаша такая, за душой — совсем ничего. Ни собственного угла, ни серьезных накоплений…

Маленький, кажется, твоя душа выбрала самую непутевую в мире девушку на роль своей мамы.

— Ты говорила ему, что беременна? — интересуется Олеся.

— Нет! И не скажу!

— Отцу? Семье?

— Нет. Тем более… Отцу… Тем более не скажу. Он ненавидит Таира, знал, что он женат и молчал! — смотрю на Олесю выразительно. — Он своего ребенка не пожалел, неужели пожалел бы внука?

— У тебя будет мальчик? Уже знаешь?

— Нет, еще не знаю, но… Думаю, что так… Не знаю. Просто все мысли такие… как будто там сынишка…

И, к моему большому сожалению, его появлению никто-никто в мире не будет рад.

Кроме меня…