30. Тимур

Я все еще сидел в полном раздрае, когда в кабинет вошел Антон.

— Вижу, свидание не задалось, — произнес он, садясь напротив.

— Лучше не лезь, — предупредил я его. Когда понял, что Арина уже сбежала, сначала рванул к камерам, чтобы найти девушку. Но к этому моменту она была с Лиховичем у выхода. Можно было бы запретить, удержать, но решил взять паузу. Надо было обдумать как следует ее слова.

Наш ребенок. Неужели она тогда забеременела? Признаться, верилось в это с трудом. Я всегда был довольно щепетилен в вопросах защиты. И наши ночи не были исключением.

Но какой смысл врать?

— А знаешь, она мне нравится. — Поднял взгляд на друга, уже предвкушая продолжение его речи. — И не смотри так на меня. Боевая девочка. С такой не будет скучно, правда?

— Даже не думай к ней подкатывать…

— Что стряслось-то? Она догадалась, что это был ты в прошлый раз?

— Это уже неважно.

— Даже так?

— Обвинила меня в том, что я лишил ее ребенка, — озвучил то, что до сих пор пытался переварить. — Нашего ребенка.

— У вас был ребенок?

— В том-то и дело, что нет.

— Но вы ведь… — Антон многозначительно поиграл бровями.

— Конечно. Пару недель.

— Результативно.

— Не то слово.

— Так что случилось? Ну, с ребенком.

— Понятия не имею.

Лихович поморщился и покачал головой.

— Что за бред, Тимыч?

— Не знаю, Антох. Но узнаю. Обязательно узнаю.

— Мелодрама какая-то, — фыркнул он.

— Арина вбила себе в голову, что я ее использовал.

— А это так?

— Года три назад мы познакомились в клубе накануне поглощения “КомСтроя”. И когда я узнал, что она сестра Мельникова, то подозревал, что это была подстава. Но оказалось, что нет. А едва братец увидел нас рядом, так отправил ее за границу к тетке. Так что нет — я ее не использовал.

— Но собирался? — зачем-то уточнил Антон.

— Да какая разница сейчас!

— Спокойнее! Просто спросил же.

— Да не знаю я. Не собирался вроде. Зацепила она меня чем-то. Думал, еще раз трахну и все — забью. Но только… Чем дольше встречался с ней, тем сложнее было завязать.

Лихович в ответ глумливо усмехнулся.

— Данилов в действии! Вот облом, да?

— Да пошел ты! — вскинулся в ответ, поднимаясь на ноги.

— Погоди ты! — окликнул меня друг. — Не кипятись.

— Поеду домой — бумаги завтра гляну.

— Не торопись, Тим, — донеслось мне в спину, когда был уже у дверей. — Не забывай: у тебя ведь еще Юля есть.

— Причем тут это?

— Если тебя реально повело на эту девочку, то Романовская вряд ли обрадуется.

— У нас свободные отношения, — напомнил я.

— Не будь так уверен. Женщины мыслят иначе…

Но я лишь отмахнулся — с подругой точно проблем не будет. С ней разберусь позже, сначала надо понять, что произошло три года назад и в чем меня обвиняла Арина. Сегодня вроде у нас вряд ли получился бы разговор, так что рассчитывал завтра после голосования нормально поговорить.

Вот только планам моим сбыться не было суждено. И началось все с самого утра. Отец позвонил за полчаса до начала встречи.

— У тебя все под контролем?

— Ты же знаешь, что да.

— В прошлый раз ты тоже был уверен, — напомнил он.

— Чего ты хочешь?

— Как только дело будет сделано, нужно начать готовить бумаги. Времени в обрез — я узнал, что второй этап “Атланты” уже готовится к обсуждению. Так что очень скоро список возможных исполнителей будет составлен. И мы должны быть там не в качестве “КомСтроя”.

— Ясно, я понял.

То, что события стали форсироваться, по-хорошему было даже на руку. Чем быстрее все это закончится, тем будет лучше.

Оставшееся время до начала совета провел в зале. Народ понемногу подтягивался, последней зашла Арина. Я старался понять ее настрой, но она держалась отстраненно и равнодушно. Даже Валера не глумился, как в прошлый раз. И это насторожило меня.

— Итак, давайте сделаем то, ради чего собрались, — заговорил Верховцев. — Полагаю, можно перейти сразу к голосованию, так как все остальные вопросы были обсуждены две недели назад.

Все одобрительно закивали.

— Напомню, что голосуем мы за назначение генеральным директором Тимура Николаевича. Кто за? — Руки подняли все, кроме Арины и Филиппова. — Арина Викторовна, вы снова не голосуете?

— Я голосую против, — заявила та.

— И я поддерживаю ее, — вступил Валерий.

Евсей Игоревич перевел на меня растерянный взгляд. Уверен, отец его уже предупредил о том, как все должно пройти.

— Хорошо, у вас есть другая кандидатура? — поинтересовался он у Мельниковой.

— Конечно. Господин Филиппов.

В зале повисла тишина. Участники собрания растерянно переглядывались, а я… Я не знал, что и думать. Ведь у этих двоих вместе был перевес. Смотрел на Арину и не понимал. Почему? Решила отомстить мне? Но зачем так? Ведь Филиппов сожрет ее с потрохами! За ним же стоит Грановский, который совершенно точно не делает ничего просто так.

— Арина Викторовна, — вкрадчиво заговорил Верховцев, — вы уверены в своем решении? Возможно, вам не очень понятны последствия, которые могут возникнуть в связи с вашим выбором…

— Вы мне угрожаете? — спросила она, смело взглянув на того.

— Нет, просто хочу удостовериться, что вы понимаете уровень ответственности, который лежит на ваших плечах. Ведь ваш брат…

— Мой брат сейчас в больнице. Так что не вижу смысла обсуждать, что произошло бы, будь он тут. Я свое решение менять не собираюсь.

Сидевший рядом Колосков удрученно покачал головой. Неудивительно. Мужик-то был уверен, что я займу должность, и он, в конце концов, сможет получить деньги за свои акции. Теперь же… Теперь это оказалось под вопросом.

Арина намеренно избегала встречаться со мной взглядом. Лишь раз я заметил, как она посмотрела в мою сторону. Но лучше бы этого не было — настолько безразличными были ее глаза. Будто не ночь прошла с нашей последней встречи, а годы.

И все же не верил. Ждал, что вот-вот она развернется и заявит, что передумала. Но время шло, все необходимые формальности были соблюдены, а ничего не происходило. Собравшиеся скупо поздравляли Валерия со вступлением в должность, а я все сидел и смотрел на нее, гадая, о чем она думала.

— Поздравляю, — сказала Арина Валерию, когда все стали расходиться. Я уже последовал за ней, как меня снова остановил Верховцев.

— Не сейчас, — отмахнулся от него.

— Тимур, не пори горячку! — осадил тот меня. — Тронешь сейчас девчонку — пожалеешь.

— В каком смысле?

— Тут полно свидетелей!

— Да не собираюсь я ругаться! Мне надо с ней поговорить!

— Тимур! Остановись!

Пока препирались с ним, Арина успела покинуть офис.

— Твой отец будет недоволен, — заметил Верховцев.

— Я сам ему позвоню. — В этот момент в комнату вошла Юля. Она внимательно посмотрела на нас, и ее улыбка быстро исчезла с лица.

— Добрый день, Евсей Игоревич.

— Здравствуй, Юленька, — ответил тот. — Ладно, я пойду. А ты подумай как следует, прежде чем что-то делать, — добавил он для меня.

— Что-то не так, да? — спросила жена.

— Что ты хотела?

— Приехала поздравить любимого мужа… Но, кажется, ты не в настроении. И вчера снова приехал под утро после клуба…

— Это тебя не касается, — отрезал я.

— Тим, что происходит? Ты стал дерганным, взвинченным. Раньше моя помощь тебя не напрягала, но теперь… — она развела руками. — Нет, если я тебе мешаю, только скажи — перееду в свою квартиру. Отцу найду что сказать, не волнуйся.

Вроде бы она говорила логичные вещи, но меня выворачивало от всего этого. Конечно, ее папаша встанет на дыбы, едва узнает про разъезд. Но Юля не производила впечатление бабы, которая пытается удержать мужика шантажом. Да и зачем ей это? Мы давно уже просто хорошие друзья, не более того.

— У меня много дел. И если ты больше ничего не хотела…

Романовская нахмурилась, но ничего не сказала, просто молча покинула кабинет, оставив меня наедине с очередной проблемой. Нужно было позвонить отцу, но прежде я хотел понять, что произошло. Почему Арина все же встала на другую сторону — неужели дело исключительно в мести? Что, если это все было лишь хорошо разыгранной партией, а я, как идиот, все-таки повелся на ее обещание не участвовать в голосовании?