Эпилог
Дни летели с космической скоростью — дел было предостаточно. Сначала вернули “КомСтрой”, что называется, в строй. Акции Грановского таинственным образом оказались в руках Лиховича, и тот был всеми руками за то, чтобы компания взяла продолжение “Антланты” себе.
Отец поначалу был не особенно доволен, поворчал, но спорить не стал. В конце концов, он признал ошибку и вину. Правда, с Ариной отношения у них не сложились. Она, конечно, не говорила в открытую, но всячески держалась подальше от моих родителей.
Особенно после того, как мы узнали о ее положении… Совершенно случайно — во время одной из проверок в компании, Арине стало плохо. Я так перепугался, что тут же отвез ее в клинику. И, когда меня снова отчитала врач, что я, дескать, не очень внимательный муж, раз беременную жену не берегу, я едва не расплакался от радости.
Сама Ариша была в шоке не меньше моего. И после этого ей пришлось уже согласиться на мое предложение узаконить отношения.
С Юлей мы разошлись мирно. Почти. Когда я приехал в квартиру к себе через пару дней после того, как Арину спасли, Романовская оказалась там. Как ни в чем ни бывало сидела на кухне и щелкала пультом.
— Что-то ты забылся в своих делах, — надменно произнесла она, едва взглянув на меня.
— Собирай вещи и выметайся, — холодно произнес я.
— Даже так? Передумал становиться папашей?
— Я все знаю, Юля. Можешь больше не притворяться. — Она удивленно вскинула брови. — Отец мне все рассказал.
— Тим, ты не так понял, — занервничала она. — Я ведь правда думала, что у меня… — Но я прервал ее блеяние.
— Хватит! Я доверял тебе, а ты…
— Что я? Я все для тебя делала! — вскинулась Романовская. — Кто был рядом с тобой, пока ты жил работой? Кто тебе готовил и помогал?
— Ты посмела влезть в наши отношения с Ариной.
— С этой соплячкой? — скривилась она. — Не смеши меня! Она тебе на один зубок. Сколько ты с ней протянешь? Неделю? Две?
В тот момент я окончательно потерял контроль — в два шага оказался рядом с ней и схватил за горло.
— Если ты хотя бы посмотришь в ее сторону, я тебя в порошок сотру! Ясно?
— Твой отец никогда не примет это, — прохрипела она.
— Уже принял. А ты — пошла вон! — рявкнул, отбрасывая девушку.
Она отскочила, потирая шею.
— Я любила тебя, идиот! Только тебя!
— Поэтому трахалась направо и налево? Поэтому свалила?
— Я ждала, что ты остановишь меня! — обвиняющим тоном заявила Юля.
— Зря ждала. А теперь уходи. И лучше бы тебе больше не попадаться мне на пути.
Через два дня я заехал проверить — вещей Юли больше не было. На развод подал через адвоката. Арина ничего не говорила, но я знал, что мои встречи с Юлей ее напрягали.
Квартиру свою я продал довольно быстро, а взамен купил большой дом за городом, в котором вовсю обустраивал детскую. Порой Риша ругалась на меня, что я скупал кучу игрушек, до которых малышу еще нужно будет дорасти. Но я не мог остановиться.
Жерар оказался нормальным мужиком и с пониманием отнесся к тому, что ловить ему тут нечего. Однако все же предложил Арине дальнейшее сотрудничество. Она решила не посвящать себя делам “КомСтроя”, полностью доверив это дело мне. А сама занималась новой коллекцией одежды. Софи приехала на нашу формальную свадьбу — уже с мужем. Прекрасная женщина, с которой мы быстро нашли общий язык. Ей так и не рассказали о том, как Костя на самом деле умер. Арина решила не бередить сердце любимой тети.
Филиппов после задержания своего покровителя довольно быстро подал в отставку, поняв, что ему ничего не светит.
— Тим, ты не занят? — в кабинет заглянула жена, и я тут же расплылся в улыбке. Сейчас она округлилась и выглядела очень забавно. Постоянно стеснялась своих размеров, но как по мне, так она выглядела отлично.
— Нет, конечно, проходи.
— Слушай, Рита звонила, уточняла, приедем ли мы завтра.
— У них же в одиннадцать роспись?
— Ну да, просто…. Не знаю, у меня предчувствие какое-то, и я…
После случая с Грановским Арина стала куда осторожнее, а уж когда узнала, что беременна, то даже чересчур подозрительна. И я ее понимал.
— Все будет хорошо. Хочешь, не поедем?
— Нет, ты что! Они с Ренатом будут нас ждать… — вдруг она побледнела и ойкнула.
— Что такое? — подбежал я к ней. — Где болит?
— Кажется, я рожаю, — растерянно пробормотала Риша. — Тимур! Я рожаю!
В тот момент меня вновь накрыла паника, как в тот день, когда я осознал, что мог запросто потерять Арину.
— Спокойно. Поехали в роддом.
— Черт! Как больно! — сжалась моя девочка и так беспомощно посмотрела на меня, что я едва не завыл. Мне было больно за нее, но я ничего не мог сделать.
Ждать скорую не стали — поехали на машине. А уже через пять часов мне дали на руки моего сына. Арина лежала бледная, измученная, но такая счастливая. Я смотрел на нее и не мог поверить, что вот оно — мое счастье. Она и сын. Моя семья. Моя любовь.
— Спасибо тебе, — прошептал ей на ухо. — Спасибо за сына.
— Я люблю тебя… — услышал в ответ. — Люблю…