Глава 20

Хантер все–таки перезванивает мне поздно вечером, когда я уже валялась в кровати и пялилась перед сном на нашу случайную совместную фотку.

– Алло, – тихо отвечаю я, прижимая телефон к уху. – Привет.

– М–м, ты все–таки жива. Приятно слышать.

Его хриплый расслабленный голос провоцирует улыбку.

Мне отчего–то кажется, что он тоже лежит и смотрит в никуда, представляя мой образ, как я его сейчас.

– Угу, – вожу пальчиком по стене. – Но думаю временно.

– Так тебя спалили?

– Нет. Все хорошо. Спасибо еще раз, что помог.

– Который раз я уже спасаю твою жизнь? Я твой гребанный ангел–хранитель, получается.

Я смеюсь, прикрывая рот ладонью. Хантер тоже смеется. В который раз замечаю, как же нравится мне его смех. Не грубый, открытый, приятный.

– Я нашел.

– Что?

– Сережку.

– А, точно, – я и забыла про нее за разговором. – Слава богу. Она у тебя.

– Да, в моих пальцах. Маленькая. Красивая, - растягивает он слова, словно получает кайф них.

– Ты держишь её прямо сейчас?

– Ага. Любуюсь.

Я дотягиваюсь рукой до тумбочки и достаю из шкатулки точно такую же сережку.

– Она прям как ты, – говорит загадочно Хантер. – Такая же…

– Какая?

– Нежная, аккуратная, драгоценная…

Мое дыхание прерывается. Это он про меня? Или про сережку?

Я не знаю, что сказать. В динамике тоже молчание. Но Хантер все еще на связи, я слышу, как он дышит.

– Я хочу забрать её, – сглотнув, прерываю тишину.

– Приезжай. Забирай, – моментально отвечает он, словно только и ждал этого.

– Завтра. Давай встретимся.

– Завтра? – лениво переспрашивает он, теряя интерес. – Не знаю. Много дел.

Я закатываю глаза. Выпендривается, явно же.

– Я смогу подъехать завтра, – настаиваю. – Время и место выбирай сам.

– Хм… – берет время на раздумье он. – Окей. Тогда… В 12 буду ждать тебя в «Кайфе» на террасе.

– В 12?

– Да.

– Может чуть позже? В это время у меня сольфеджио, я не смогу.

– Ну тогда занимайся. «Кайфа» не будет, – легко отменяет встречу.

Черт. Я готова отменить все планы, лишь бы увидеться. Из–за сережки, естественно.

– Нет, – торопливо меняю решение. – Я подойду.

– А как же занятие?

– Разберусь.

– Как знаешь. Встречаемся в двенадцать, и не опаздывай. Это не свидание, ждать не буду.

Я опять улыбаюсь. К чему эти уточнения? Больше похоже на странный флирт.

– Ты тоже. Иначе… – задумываюсь над наказанием. – Купишь мне любимое мороженное.

– Тогда я сильно постараюсь не опоздать. Не люблю лишние траты.

– Ты еще и жмот.

Хантер смеется. Я поддерживаю. Прекрасно понимаю, ему лишь бы сказать что–нибудь наперекор мне из вредности. Знакомое чувство.

– Кстати, еще важный вопрос, - прочищает горло он, пытаясь быть серьезным.

– Задавай.

– Ты уже в кровати?

– Да. Это и есть твой важный вопрос?

– Нет. Что на тебе надето? Я представляю тебя голой под одеялом…

Выдав смешок, из положения сидя я спускаюсь вниз, ныряя под одеяло с головой. Теперь перед глазами кромешная темнота. Только его дыхание и голос в ухе.

– Ты можешь представлять всё что угодно, - говорю я.

На мне пижама из топика на бретелях и коротких шортиков. Но ему об этом не обязательно знать.

Хантер усмехается на такой ответ.

– Моя фантазия не знает границ, - отвечает он.

А я представляю, как он улыбается и блестят с карей поволокой глаза. Закусываю губу и сдерживаю смешинку, которая щекочет под ребрами.

– Рада за тебя.

– Очень скоро мои мечты станут явью, - предупреждает он. – И для этого мне не нужна будет падающая звезда.

– Увидим… - скромно отвечаю я, чувствуя, как внизу живота сжимается. Соски напрягаются, вспоминая, как их касались мужские губы. Меня не на шутку заводят слова Хантера.

– У меня даже сейчас стоит на тебя. От одной только мысли, что я с тобой сделаю…

Убираю телефон от уха и прижимаю его к возбужденной груди, чтобы перевести дух. Выдохнув, говорю:

- Ты что-то сказал? Связь плохая…

Он посмеивается, понимая, что это лишь афера в неумелом исполнении.

– Ладно, детское время закончилось. Иди спать, – посылает меня Хантер.

– Себе скажи. Я не маленькая уже.

– Ага. Спокойной ночи, малыши, – издевается он. – А то мама заругает.

Я беру паузу чтобы выдохнуть и не вестись на провокации.

– И тебе, малыш, – передразниваю его я и первой завершаю разговор.