Глава 29

Пожалуй, такие эмоции, как сейчас, я испытывал только раз в жизни - когда отправился на рождение Ленки и впервые увидел малую. Неверие, которое было написано на лице Евы, сменилось выражением упрямства. О, я прекрасно знал, что последует за тем, как Лебедева поджала губы и, забрав у меня тесты, бросила их на столик в углу прихожей.

- Этого не может быть. Они лгут, - заявила она, сложив руки на груди.

Я оказывался один на один с такой Евой не раз. И уже понимал - спорить бесполезно.

- Может, так, а может и нет, - чуть пожав плечами, ответил Лебедевой. - В любом случае, время покажет.

На моем лице помимо воли появилась улыбка. Да уж, время, как никто иной, расставит все по своим местам. Ну еще и врач, к которому Ева отправится в обозримом будущем, как только ей станет полегче.

- Тебе весело? - вскинув бровь, потребовала ответа Лебедева.

Ну, точно беременна. Вон какие гормональные перепады в настроении.

- Мне не весело, - мягко заверил я ее. - Мне радостно.

- От того, что два сделанных теста оказались с браком? Пф!

Я проследовал за Лебедевой, которая направилась к себе и, устроившись вновь на постели, отвернулась. По крайней мере, это было всяко лучше, чем висеть на унитазе.

- Крош, послушай… Давай оставим выяснение этого на потом, м? Сейчас тебе не очень хорошо, торопиться с тем, чтобы точно понять, беременна ли ты…

- Я не беременна!

Ева все же повернулась и воззрилась на меня с выражением крайнего недовольства на лице. Я вскинул руки в жесте «Сдаюсь».

- Хорошо, - кивнул ей. - А сейчас я схожу посмотрю, не разнесла ли Маруська полквартиры, а потом мы придем к тебе.

- Исключено! - тут же отреагировала Ева. - Не хочу ее заразить.

Я вздохнул и, сдержавшись, чтобы не сказать, что для Машули состояние ее мамы незаразно как минимум на ближайшие лет пятнадцать, вышел из спальни под мрачное:

- И не смей меня ни в чем переубеждать.

До чего же упрямая… и любимая.

* * *

- Так-так… Значит, два положительных теста, сделанных три дня назад, и уже хочешь встать на учет? Не рановато? - спросила у меня Светлана Ивановна.

Врач был мне незнаком до моего визита в обычную женскую консультацию и, по правде говоря, скорее ошарашивал поведением и фамильярностью, чем располагал к себе.

- Какой учет, Светлана Ивановна? - процедила я. - Тесты врут! Я не могу быть беременна.

На это заявление она закатила глаза и мне показалось, что врач сейчас фыркнет.

- Знаешь, сколько раз я это слышала, сидя в этом кресле? Даже припоминать не буду.

Она стала что-то писать в карточке, но, видимо, почувствовав мое напряжение (а я была сейчас подобна туго сжатой пружине), посмотрела на меня и терпеливо пояснила:

- Я тебя осмотрела. Сделала узи. Мне, я надеюсь, ты веришь больше, чем тестам? У тебя будет ребенок, это я тебе могу пообещать на сто процентов. Ну, если только ты, конечно, не захочешь прервать этот процесс.

Мои глаза сами по себе полезли из орбит. Да знала бы она, что этот самый ребенок для меня значил! Чудо, когда вдруг начинаешь верить в бога, единорогов и волшебника Мерлина скопом. Невозможность осознать, что оно произошло со мной. Что теперь мне не нужны никакие чужие клетки для того, чтобы зачать, даже если это разовая акция.

- Даже не упоминайте подобного в моем присутствии! - велела я врачу, на что она поправила очки, через стекла которых смотрела на меня так пристально, что мне стало не по себе.

- Лебедева, а ты чего у меня такая нервная, а? Ну, про эко ты мне рассказала, что ребеночка выносила только благодаря ему. Но всякое ведь в жизни бывает - я чего только ни повидала, пока врачом работаю.

- Просто мне в клинике поставили однозначный диагноз - бесплодие. Маруська…

Я запнулась, когда заговорила о дочери. Прислушалась к себе. Нет, отношение к моей маленькой принцессе не поменялось, даже когда я знала, что теперь у нас с Андреевым будет ребенок, который станет нам родным целиком и полностью. И была уверена - Маруська навсегда останется для меня тоже самой родной и любимой. Но и не рассказать Светлане Ивановне о том, как она была зачата, я не могла.

- Просто Маруська биологически не моя. Я выкупила эмбрионы в клинике и вот - пока выносила первого из трех.

Врач нахмурилась, постучала ручкой по столу.

- Слушай, Лебедева, я не знаю, что там тебе в твоей клинике за диагнозы наставили. Ты мне на следующий раз все документы свои оттуда принеси. Но, судя по узи, у тебя нет никаких отклонений по-женски. И фолликулов хватит до старости детей рожать.

- Тогда я ничего не понимаю, - едва ли не простонала на то, что сказала Светлана Ивановна.

После чего выдала короткий рассказ о том, что за манипуляции мне проводились, когда я была клиенткой «Мед-корп». И чем больше говорила, тем мрачнее становился вид врача.

- Ну, про эту контору я ничего плохого не слышала, - сказала она, когда я замолчала. - Но если они сотворили такое, когда подделали результаты отцовства… как там твоего мужика зовут?

- Егора.

- Ага, Егора.

Она забыла про записи и теперь сидела, покусывая кончик ручки и глядя куда-то в стену напротив себя. И вдруг выдала, удивив меня настолько, что я чуть не свалилась со стула:

- Тебе нужно сделать тест днк. Вдруг для твоей первой дочери ты являешься настоящей мамой, ну, раз пошла такая пьянка, - указала Светлана Ивановна на мой живот.

Я инстинктивно положила на него руку, а сама же посмотрела на врача так, как будто она сказала сейчас то, что прозвучало на инопланетном языке.

Да уж… К такому меня жизнь не готовила.