Глава пятнадцатая. Хитрое комбо
Вика выдавила улыбку. Нельзя волноваться раньше времени, госпожа Жданова – актриса, а они частенько очень нестандартно мыслят.
– У нас представлено много игр для двоих. Есть спокойные и простые, есть посложнее и подинамичнее. Вы уже во что-то играли?
– Не собираюсь ничего у вас покупать, – посетительница брезгливо наморщила носик и смерила Вику надменным взглядом. – Пришла сказать, чтобы вы не лезли в наши игры с Вадимом! Вы ему не чета! Можете хоть вообще без юбки ходить, парой от этого вы ему не станете.
– Ах вот оно что…– ухмыльнулась Вика. Сложила руки в замок и вдохнула поглубже, пытаясь привести себя в чувство. Беспокойство сменилось злостью. Да кто такая эта женщина, чтобы определять, подходит она Вадиму или нет? – Полагаю, господин Олененок вполне дееспособен, чтобы понять, кто ему нужен. А мои юбки и вовсе не вашего ума дело. Мне, например, ваш макияж не нравится, но я держу свое мнение при себе. Потому что хорошо воспитана.
– Воспитана она! – фыркнула актриса. – Дешевая девка, которая лезет в постель к состоятельному мужчине.
Вике захотелось рассмеяться. Надо набираться ума и все-таки попытаться хоть что-то выжать из статуса «спутницы успешного бизнесмена», не одни ж оскорбления получать.
– Дорогая девка не сошла, – подытожила как можно спокойнее. – Часто качество никак не соотносится с ценой, – тоже смерила посетительницу строгим взглядом. – Уходите! Решайте свои проблемы с Вадимом, а не со мной.
– Все-таки поговорю и с вами тоже, – невозмутимо ответила собеседница. – Я беременна от Вадима, думаю, вам стоит знать.
– Поздравляю, – Вика шагнула ближе к Ждановой. Хотелось выпроводить ее до того, как в магазине появятся настоящие покупатели. – Беременность – светлый период в жизни каждой женщины.
Актриса не задумываясь отступила к двери. Вика поспешила приблизиться снова и продолжила:
– За углом есть милое кафе, там можно отпраздновать событие. Позовите Вадима, пусть он разделит вашу радость. А меня оставьте в покое. Я как человек, у которого уже есть ребенок, скажу одно: ваши дети – только ваши сложности!
Вика подошла к женщине так близко, что почувствовала лимонно-цветочный запах ее духов. Жданова, видимо, опасаясь, что соперница начнет распускать руки, ретировалась за дверь «Лабиринта». Хозяйка магазина вздохнула с облегчением. По крайней мере, безобразничать в торговом зале посетительница не стала. Вика постояла около входа, желая убедиться, что актриса ушла, а после развернулась и поспешила спрятаться в подсобке. Не хотелось, чтобы Жданова увидела хоть что-то сквозь витрины, если вернется.
Нырнула в заставленный коробками закуток, оперлась на свободный кусочек стены и спрятала лицо в ладонях. Как же все сложно! Ребенок Вадима от другой женщины смущал несильно, в конце концов, у взрослого человека бывает прошлое, но то, что под предлогом «заботы о покое беременной» ей, Вике, могут помешать приспособить мужчину для ЭКО, заставляло сердце сжиматься в страхе за Лешку. Пусть Вадим идет на все четыре стороны, эту потерю она переживет, но прежде он должен сделать ей второго малыша.
Потерла лицо и вернулась к кассе. Отпила еще теплый кофе и взяла в руки смартфон: надо решать вопрос с клиникой, пока Вадим не передумал.
Записалась на нужное время ближе к четырем. Неожиданно случился наплыв покупателей и пришлось отвлечься от личных дел. Не стала звонить. Сама терпеть не могла, когда ее отвлекают от работы, и старалась не беспокоить других. Отправила сообщение: «Записалась на прием в клинику на Баррикадной в среду на восемь двадцать». Вадим не ответил. И через полчаса тоже.
Вике хотелось рычать. Впервые с того момента, как пять лет назад застала Олененка целующимся с другой, душа просила крови. Если этот «состоятельный мужчина» нарушит обещание помочь Лешке, то не достанется никому. Ребенок Ждановой родится без отца!
Прибывший к пяти курьер с цветами только растревожил еще больше. И напоминающий о прошлом пинк флоид показался издевательством, и в «принцессе» с открытки было что-то саркастически неприятное. Вика понимала: дело не в букете, но легче от этого не становилось. Подавила желание отправить красоту в мусорку и пристроила цветы в вазе у подоконника так, чтобы видеть их пореже.
Потеряла терпение к восьми. Улучила момент, когда в магазине не было посетителей, и набрала Вадима. Мужчина не ответил. Вика попыталась напомнить себе, что во второй половине дня у Олененка намечалось важное совещание, но эмоции уже взяли верх над разумом. В груди пылал пожар, кровь стучала в висках, а руки тряслись, как у алкоголика со стажем.
Набрала еще раз после закрытия магазина. Вадим не ответил.
Не помнила, как добралась до дома, не замечала ни усталости после рабочего дня, ни холода и ветра на улице, ни толчеи в метро. Раз за разом прокручивала в голове аргументы в пользу ЭКО. Чувствовала себя так, будто Вадим уже отказал им в помощи и ей надо переубедить его во что бы то ни стало. В себя привел Лешка. Он привычным теплым комочком повис на шее, и пришлось снова изображать из себя маму, которой все нипочем.
Вика наскоро поужинала и отправилась читать сыну книгу про дочь сурового разбойника. Мальчишке жутко нравились приключения девочки в летнем лесу. Уже после вечернего чтения, когда они с сыном лежали на его кровати и в полудреме беседовали о прошедшем дне, Викин смартфон звякнул, оповещая о сообщении.
Отвлеклась от сына, дотянулась до аппарата и прочла ответ Вадима в мессенджере:
«Прости, что не брал трубку, не слышал. Было совещание и стояло на бесшумном. Только освободился. Можно подъехать? Или, если хочешь, приезжай ты».
Вика покачала головой и забегала пальцами по сенсору:
«Давай завтра, сегодня уже почти заснула».
«Хорошо, – согласился Олененок. – Сладких снов! Страшно скучаю без вас».
«И тебе», – набрала ответное сообщение Вика, отправила и откинулась головой на подушку. Прикрыла глаза. Все завтра, волноваться сегодня уже не осталось сил.
* * *
К концу четвертого часа совещания Вадиму стало казаться, что они с партнерами ходят по кругу. Сначала резонно решили обсудить предложение Алексея – после одобрения этого проекта рассматривать другие просто не было необходимости, – а потом отступили от первоначального плана и начали разгребать остальные варианты. Дмитрий отчего-то испугался, что, приняв большой проект, они упустят что-то интересное в мелких, и все послушно бросили одно и занялись другим. В итоге к семи не только не приняли никаких решений, но и успели порядком завестись. Прервались на пятнадцать минут выпить кофе и вернулись к проекту Алексея.
Смотреть чужие выкладки, делиться своими и заново выстраивать графики с учетом очередных микроскопических поправок надоело к десяти, и, смирившись с невозможностью договориться полюбовно, участники действа приступили к голосованию. Взглянув на итоговый протокол, Алексей, почти лысый полный мужчина невысокого роста, чайником пропыхтел в усы и развел руками.
– У нас равные голоса по четырем проектам, – потом скривился в ехидной усмешке.
– Предлагаю позвонить кому-нибудь из секретарей и попросить заколотить дверь переговорки снаружи, глядишь, процесс пойдет быстрее, – отозвался Дмитрий, он умудрился как-то незаметно отползти к противоположному краю длинного стола и вещал оттуда.
– Мы ж не папу выбираем, – Лев по-мультяшному почесал подбородок. – У нас вопросы помельче. Жаль, уже всех отпустили, думаю, кофе сдвинул бы процесс.
– Давайте побеспокоим Евгения, – подытожил Вадим. В отличие от Алексея, явно заинтересованного в победе своего проекта, он мог предложить пообщаться с пятым собственником, не вызывая подозрений в нечестности. – Я предвидел наши трения и отправил ему файлы сегодня.
Лев недовольно фыркнул. Он за что-то недолюбливал Женю, но за что конкретно, никто не знал. Вадим подозревал, что Евгений отвечает старшему товарищу взаимностью.
– Уговорил, – милостиво согласился Алексей, и Вадим мысленно хихикнул. Когда надо, хитровыделанным умеет быть не только Дмитрий.
Алексей опять пропыхтел что-то невнятное в усы и вывел на большой экран окно мессенджера. Демонстративно отыскал там нужный номер и нажал на зеленую трубку.
Ответили почти мгновенно. На большом экране возник полураздетый молодой мускулистый мужчина в шезлонге с бокалом чего-то очень вкусного в руках. Он был таким же лысым, как Алексей, но не носил усов.
– Опаздываете, – выдал он вместо приветствия. – Второй час сижу жду. Уже хочу под крышу, где кондей.
– Пора работать, фигов дауншифтер, – со смехом заметил Дмитрий.
– Я готов, но недолго, – улыбнулся Евгений. – Только номера, братья, а я скажу «да» или «нет». Бумаги честно пролистал, вычисления проверил. Считать вы умеете. Особенный респект Вадиму, сразу видно, скрупулезный товарищ.
Вадим усмехнулся. Никого из них не обманывал простоватый вид Жени. В его профессионализме никто не сомневался. Партнер страшно любил деньги, превосходно знал и что хочет, и как надо поступить, чтобы достичь целей.
– Второй, – Алексей, как приличный, начал с чужого проекта.
– Нет, – покачал головой Евгений. – Смущает транспортная доступность. Туда ни приехать, ни уехать. В светлое будущее и планы градостроителей я не верю. Кому мы будем сдавать эти офисы? Монахам, отринувшим суету большого города?
– Понял, – отозвался Алексей. – Четвертый.
– Опять нет. Девочковый он какой-то…
Краем глаза Вадим заметил, как Лев покачал головой. Мысленно посмеялся над старшим товарищем: чем бы ни мотивировал свой голос Евгений, он все равно считается.
– Шестой, – сказал Алексей, и Вадим затаил дыхание. Под этим номером шло помещение Викиного магазинчика.
– Нет, – Евгений скорчил гримасу, – мелочь с неясными рисками. Если верить вычислениям Вадима, а он у нас ошибается редко, неизвестно почему Лев вообще решил обратить внимание на этот объект.
– Седьмой, – почти пропел Алексей.
– Да, – выдал Женя, и Вадим мысленно отпраздновал победу. Теперь можно спокойно к Вике под бочок. Поболтать, помиловаться и просто порадоваться, что пшеничка избавилась от лишней суеты.
– Расходимся по пещерам? – довольный Дмитрий подскочил на ноги. – Устал как собака.
– Да, – передразнивая самого себя, заметил Евгений, отсалютовал бокалом и подмигнул. – Всем пока.
Помахал свободной рукой и отключился. Остальные тоже поднялись с мест и не спеша потянулись на выход. Все решения приняты, а рутина займет не один день и вполне подождет до завтра.
Вадим ехал домой с тяжелым сердцем: настораживало и волновало, что Вика отказалась от встречи. Боялся, что утром он был немного обескуражен и не проявил должных эмоций, а сладкая могла надумать лишнего. Сначала собрался заехать без разрешения, а после вспомнил, что пшеничка дома с мамой, и смутился. Конечно, Зоя Семеновна в курсе, что ее дочь – большая девочка, но приезжающий в полночь кавалер – это слишком. Решил потерпеть до завтрашнего вечера, в пятницу от него никто не отвертится. Ни сын, ни женщина, ни будущая теща.
Остаток вечера провел за компьютером. Сначала искал мальчиковую игрушку для Лешки, отчего-то казалось, что Вика без мужчины непременно покупает сыну неправильные подарки, а после засел за выбор безделушки для чернички. Ясное дело, эту вещицу придется посмотреть вживую, но всегда лучше заранее знать, в какую сторону двигаться.
Перед самым сном отыскал в дальней папке давнее видео с Викиным участием и без лишних колебаний удалил его навсегда. То, что самое важное в жизни можно потерять за секунды, помнил и без ролика, а больше там не было ничего примечательного. Незачем смотреть на Викино лицо перед оргазмом в записи, когда достаточно открыть глаза в постели и полюбоваться своей женщиной вживую.
Засыпал с твердой уверенностью, что завтра все непременно будет хорошо и никакие обстоятельства не смогут им помешать.
* * *
В ночь с четверга на пятницу выпал снег. Тонкой шалью улегся на давно замерзший асфальт и, кажется, отнял у улиц все звуки. Лешка спал, мама тоже. Вика сварила себе кофе, выключила на кухне свет, обняла ладонями чашку, втянула носом приятный аромат и встала у окна. Посмотрела вниз.
Во дворе царила полутьма. Уличные фонари тускло освещали тротуар, припорошенные детские площадки и забитую легковушками стоянку. Нетронутый снег блестел, как в сказке. Людей не было. Вика поставила чашку на подоконник и потянулась к смартфону проверить время. Показалось странным, что никто из автолюбителей не бегает вокруг машины деятельным кроликом.
Нет, все в порядке, половина восьмого. Просто все жители окрестных домов в эту пятницу решили прогулять работу. Повертела смартфон в руках и открыла список контактов, отчего-то захотелось позвонить Вадиму и поделиться наблюдениями. Торопливо отложила аппарат и снова взялась за чашку. Она не Жданова и не станет названивать в бешеном нетерпении по утрам. Ей, Вике, нужен только ребенок, а не все свободное жизненное пространство кавалера.
Усмехнулась и сделала большой глоток горькой обжигающей жидкости. Жданова, в отличие от нее, беременна, как знать, может, не стоит задирать нос и следует воспользоваться тактикой актрисы? Судя по результату, от нее есть толк. Махнула рукой. На крайние меры успеет пойти и позже. А пока надо смотреть на ситуацию с рациональной точки зрения.
Собиралась на работу с зимней неспешностью. Вышла чуть раньше обычного, зато умудрилась никого не разбудить. Не взяла смартфон. Серьезных свершений не намечалось, а душа просила спокойного созерцания и времени на раздумья. Чужие звонки могли помешать. Мама и Геля знают, как с ней связаться, остальные – подождут.
Пожалела о решении ближе к обеду. Хотя бы услышать Вадима хотелось до холода в пальцах. Обнять хотелось еще больше, но, чтобы унять тоску, хватило бы и голоса. Не помнила номер! Иначе бы выпросила у сотрудницы смартфон на один звонок. Выпила кофе, обозвала себя недолюбленной дурындой и попыталась вернуться к работе. Сегодня следовало определить, какие игры вывезти в дальний склад. В среду внезапно нарисовалась та самая предновогодняя доставка, и вопрос встал ребром.
Мысли о Вадиме отступать не желали, а магазин, как назло, был одним большим поводом для воспоминаний. Спокойно находиться можно было разве что у выхода на улицу, и то там ощутимо сладко пахло подаренными вчера розами. Все остальные места они с любовником успели испытать на прочность. Вика разбиралась с коробками, программой учета и упаковками, но разумом была с мужчиной. То обсуждала с ним планы, то наблюдала, как он общается с Лешкой, то просто обнимала и наслаждалась его близостью.
Сорвалась домой в полдевятого, оставив «Лабиринт» на попечение сотрудницы. Собранные коробки уже лежали кучкой в подсобке, покупательский поток схлынул, магазин вполне мог обойтись одним сотрудником, а Вике как воздух требовалось хоть как-то отвлечься. Надеялась, что дома внимание переключится на Лешку и Вадим растает далекой дымкой. Пять лет назад, после их расставания, механизм работал именно так. Стоило переключиться на ребенка, и мужчина отходил на третий, а то и пятый план.
Дома поджидал сюрприз. В коридоре стояли знакомые ботинки, на вешалке красовалось мужское пальто, а Лешка, вместо того чтобы бежать к ней навстречу, смеялся как ненормальный в большой комнате. Оттуда слышались звуки выстрелов и назойливое электронное пиканье. Вика прищурилась. Вадим что, приволок какую-нибудь приставку, не спросив ее? А потом возмущение сменилось любопытством: захотелось незаметно пробраться к двери и посмотреть на этих двоих за игрой.
– Ты сегодня раньше… – отвлекла от мыслей подоспевшая мама. – Мой руки и ужинай, пока ребенок занят. Твой «голый дядя» принес радиоуправляемые танки, и сражения затихнут, видимо, только когда у кого-нибудь сядет аккумулятор.
– Голый дядя? – удивилась Вика.
– Лешка так называет Вадима, – развела руками женщина. – Тот от смущения покрывается красными пятнами, но твой сын напрочь отказывается запоминать его имя.
Вика хихикнула. Рыцарь уже раз пять рассказал о встрече с Вадимом, и ей не верилось, что Лешка не запомнил имя нового знакомого. Похоже, сыну просто нравилось наблюдать за его реакцией.
– Зачем ты пустила его? – поинтересовалась у матери серьезно. – Мне не кажется это правильным.
Зоя Семеновна пожала плечами. Прошила дочь внимательным взглядом и ухмыльнулась:
– Если мужчина хочет видеться со своим ребенком, никто не должен ему мешать… Вадим настроен благожелательно, Лешке он нравится, я рядом, почему нет?
Вике показалось, сердце выскочит из груди. Никогда не думала, что мама отличается такой проницательностью.
– С чего ты взяла? – выдавила еле слышно. – Что Вадик – Лешкин отец?
– Ну, – рассмеялась женщина, – я видела его лицо, когда он узнал возраст рыцаря, одного этого уже было достаточно. А еще у них одинаковые большие пальцы на руках, форма кисти, глаза и носы. А если брать в расчет, что Вадим представился старым знакомым, все становится на свои места. Знаешь, он мне нравится. По крайней мере, наследственность у ребенка неплохая.
– Мама!
– Не мамкай! Мой руки и иди ешь. Все уже поужинали.
– Я лучше к ним. Поем потом, – сообщила Вика и направилась в ванную.
Вымыла руки и почти на цыпочках поспешила в нужную комнату.
Осторожничала зря! Ее прихода даже не заметили. Вика остановилась в дверях и улыбнулась. Лешка и Вадим сидели на полу в разных концах комнаты и увлеченно терзали пульты. Рыцарь от старания даже язык высунул. Между отцом и сыном ездили пластмассовые танки: коричневый и зеленый, и, вращая башни в сторону друг друга, стреляли с жутким грохотом. Иногда, вероятно, когда в него попадал соперник, какой-то из танков издавал жалобный звук, мигал красной лампочкой и затихал на несколько секунд. Но после снова бодро шел в бой.
Вадим сидел ближе к двери и заметил Вику первым. Отвлекся от игры, поднялся на ноги и шагнул в сторону вновь прибывшей. Вика залюбовалась. В пятничном варианте в свитере и джинсах он нравился ей гораздо больше, чем в костюме. Нет, ему шло и то, и другое, но в неделовом виде он казался родным, теплым и домашним.
Ухо уловило звук вибровызова. Вика посмотрела на место, где сидел Вадим, и увидела его смартфон. Аппарат светился и катался по полу как в припадке. Похоже, умудрился выпасть из заднего кармана джинсов. Даже со своего места Вика прекрасно разглядела, кто звонит, буквы на экране явно предназначались людям с проблемами зрения. Сжала кулаки и отступила на шаг, не давая мужчине обнять. Вот еще! Одной из многих она не будет, даже если Вадим останется последним мужчиной на земле. И вообще, общаться с госпожой Ждановой Олененку придется за пределами ее, Вики, квартиры.