Глава 28. Антон Попов

– Антоша, – ласковый голос Маши ласкает слух. – Прекрати, пожалуйста, – просит протяжно, но вместо того, чтобы отстраниться, льнет ко мне только сильнее.

Я щекочу ее ступни, поднимаюсь выше и достигаю ребер. Девушка в моих руках извивается и заливисто хохочет.

– Антооош, – задорно хихикает и пытается меня тоже защекотать.

Мы начинаем шуточную борьбу, где каждый хочет быть первым. Я пытаюсь не смеяться, но в конечном итоге сдаюсь и заливаюсь вместе с Машей до боли щёк от напряжения.

Мы с Машей сплетаемся в комок, не разобрать где чьи руки и ноги. Есть лишь одни мы на этом свете.

– Машуль, перестань, – прошу пощады, когда она ловко заскакивает на меня и принимается перебирать ребра.

– Ни за что! – заявляет победоносно сверкая глазами.

– Тогда пеняй на себя, – предупреждаю ее.

– Врагу не сдается наш гордый, – произносит задорно и громко. – Ва-а-а-а-ряг! – визжит, когда я резко меняю позицию и укладываю девушку под себя.

Блокирую руки, удерживаю ноги, чтобы не вырвалась. Убедившись в ее полной капитуляции, одной рукой сжимаю запястья, а второй продолжаю щекотку.

Машуля извивается подо мной и смеется во весь голос.

– Антон! – кричит на кураже. Я увлечен делом и не обращаю внимания. – Попов! – продолжает пылать.

Ноль эмоций. Довести Машу до края гораздо важнее.

– Товарищ майор! – выкрикивает и дергает запястья на себя, вырывается, я тут же ее перехватываю.

Между нами снова завязывается шуточная борьба, которая перерастает в нечто гораздо большее, чем развлечение.

Мы с Машей пыхтим, сопим и не хотим подчиняться друг другу. Напротив, каждый желает подчинить себе.

– Прекрати вырываться, – вновь одержав победу рычу ей на ухо.

– А то, что? – ярко сверкая глазами задает вопрос и выдыхает.

От ее близости рвет крышу и темнеет в глазах. Не удержавшись, наклоняюсь вперёд и впиваюсь в желанные губы жадным, глубоким поцелуем.

Эмоции моментально меняются, смех стихает, между нами вновь вспыхивает страсть. Обхватив мою шею, Маша царапает острыми ноготками затылок, тянет ближе к себе стонет мне в рот, распаляя и без того сильное желание.

Просунув руку ей под футболку, поглаживаю плоский живот, поднимаюсь выше и кайфую как девушка прогибается подо мной. Чувственная, нежная, вся такая ладная.

– Хочу тебя, – рычу делая характерное движение бёдрами и показывая силу своего желания.

Маша выгибается сильнее и от удовольствия закатывает глаза. На красивом лице отражается чистое удовольствие. Смотрю на неё и не могу насмотреться.

– Так возьми, – произносит чувственно прикусывая нижнюю губу и закидывает ноги на мою поясницу.

Глаза в глаза.

Вспышка. Взрыв.

Крышу срывает.

Мы снимаем последний рубеж обороны и бросаемся друг к другу, нетерпеливо целуемся, скидываем одежду, отбрасываем все предрассудки прочь. Нам хорошо вместе и это главное, всё остальное будет потом.

– В душ пойдёшь? – спрашиваю у лежащей на моей кровати разреженной девушки.

Покрываю её плечо поцелуями, но не увлекаюсь. Маше нужно отдохнуть хоть немного, у нас ещё вся ночь впереди.

– Только после тебя, – отвечает счастливо сверкая глазами. Ловит траекторию моего взгляда и предусмотрительно натягивает одеяло на грудь. Прячется.

– Думаешь тебя это спасет? – ухмыляясь показываю на прижатую к груди ткань.

Глаза Маши искрятся от счастья. Это так здорово, что я пытаюсь запечатлеть момент в своей памяти навсегда.

– Разве нет? – задорно хихикает и вопросительно выгибает бровь.

– Пусть будет так, – отступаю немного. Не хочу слишком сильно давить на девушку, ещё ненароком спугну.

Ухожу в душ, привожу в порядок своё тело и мысли, а после отправляюсь на вниз. Растапливаю камин.

Парни сегодня ещё не вернутся, дороги будут разгребать несколько дней и я планирую использовать это время по-полной.

– Как вкусно пахнет, – мечтательно произносит Маша спускаясь на первый этаж после душа. – Ты растопил камин? – смотрит на меня горящими от восторга глазами.

– Как видишь, – пожимаю плечами, словно это само собой разумеющееся. – Будешь? – киваю в сторону стоящей на столе бутылки красного вина.

– Если только немного, – сомневается поглядывая на наполняемый мною бокал. – Хватит! – останавливает, едва я наливаю половину.

– Уверена? – хмыкаю. Там напитка всего ничего. – Может побольше?

– Ты собираешься меня споить? – хитро щурится.

Машка вся такая правильная, ладная. Прям так и хочется потискать!

– Предупреждаю, когда я пьяненькая, то творю всякие глупости, – заявляет делая глоток из бокала. – Вкусно! – удивленно приподнимает брови и тянется к бутылке, желая посмотреть этикетку.

Убираю в сторону, ловлю на себе вопросительный взгляд.

– Словно ты трезвая их не творишь, – хмыкаю.

Маша щурится, отставляет в сторону бокал.

– Хочешь сказать, что я не прав? – намеренно провоцирую.

– Ты… Ты… – заходится от возмущения.

Предупредительно освободив руки, стремительно сокращаю расстояние между нами и ловко заключаю Машу в ловушку между собой и столешницей. Так и хочется ее подхватить под бедра, усадить и подарить нам сказочное наслаждение, но я все-таки решаю сильно не торопить события.

Все будет. Обязательно.

Предвкушение предстоящей близости заводит не хуже мощного афродизиака, а точное понимание, что она будет, позволяют спокойно до этого момента дожить.

– Кто я? – требую ответ прожигая девушку чувственным взглядом, от которого у нее к щекам приливает кровь. – Сильный, смелый и невероятно харизматичный мужчина? – спрашиваю сдерживая рвущийся из груди смех.

Маша фыркает, но довольно быстро берет себя в руки и начинает подыгрывать. Между нами снова появляется сильнейшее притяжение, от которого ни скрыться, ни убежать.

– Однозначно. Такой и есть, – заверяет кивая. Подается вперед и кладет руку на мое плечо. Чуть толкает. – Давай я приготовлю поесть, скоро наши вернутся. Выпустишь?

– Неа, – довольный качаю головой. – Ты теперь моя пленница, – шутя заявляю.

Подыгрывая Маша делает испуганное лицо, прикладывает ладони к щекам и мы словно по щелчку заливаемся смехом. Машулька аж складывается пополам.

– Большой и страшные серый волк, – выдает между приступами смеха.

Похватываю ее под бедра, приподнимаю, закидываю на плечо. Машка визжит, что есть мочи, но не вырывается и на том хорошо.

По пути беру оставленные ранее на столешнице бутылку вина и бокалы, переношу их на журнальный столик около дивана.

– Антош, поставь меня на ноги, – Маша принимается молить меня о пощаде.

Вместо этого опускаю ее на диван.

– Ни за что! – выдаю с самым серьезным видом, на какой только способен. – Не отпущу!

– Никогда-никогда? – шепчет хлопая своими длинными пушистыми ресницами.

Происходящая между нами химия выходит на новый уровень, в глазах Маши читается гораздо больше, чем она хочет сказать. Ее эмоции обескураживают. Снимают броню, оставляю сердце обнаженным.

Еще ни у одной девушки не удавалось так глубоко подобраться к нему. Моя Елкина же влегкую обошла выстроенные преграды, сломала барьеры и поселилась там.

– Никогда-никогда, – без тени улыбки заверяю. Наклоняюсь и целую ее сгорая изнутри от яркого пламени. Опять.