Глава 24

Мы оказались, на удивление, не в лесу. Маленькая деревушка, с десяток покосившихся домов и звонко лающий пёс, выскочивший нам навстречу.

Пока Лар нёс меня на руках, я уткнулась кровоточащим носом в его рубашку. На ней уже расплылось приличное красное пятно. Ну кто ходит на войну в белой рубашке? Чёртовы эльфы.

Голова кружилась, от быстрых шагов меня начало укачивать. Но мы остановились возле первого же дома.

— Эй! — Арик забарабанил в деревянную дверь. — Есть кто живой?

Раздались шаркающие шаги, а потом дверь со скрипом отворилась.

— Батюшки! — шипящим голосом проговорила сгорбленная старуха. — Откуда ж вы такие красавцы явились? Никак с того света!

— Есть у вас лекарь? — Лар шагнул вперёд.

— Ой, что ж с вами приключилось-то! Неси сюда её, касатик. — И она открыла дверь полностью, приглашая войти.

Внутри было чисто, сухо и очень бедно. Деревянные лавки, самотканый половик на полу, стол без скатерти с горящей свечой.

— Сюда клади, золотко. — Старушка, сморщенная и высохшая, но явно не потерявшая хватку, указала на широкую лавку у печки. От неё шло тепло, так что мне сразу же захотелось закрыть глаза и уснуть.

— Не-не, не спать, красавица! — Бабуля засуетилась, выискивая что-то в шкафу. — На-ка, выпей-ка.

Мне к губам поднесли склянку с вонючей жидкостью.

— Что ты ей даёшь? — Эльф схватил хозяйку за руку.

— Что ж ты хулиганишь-то? Сам пришёл за помощью, так теперь доверься. Плохо твоей девчушке, чуть всю душу не отдала этой проклятой магии. — Она выдернула руку у эльфа и всё-таки влила мне зелье. Я закашлялась. — Вот теперь расплачивается. Как же, без души-то? Она и так, поди, настрадалась. Сколько сил! А всё выдержала, всё отдала, даже, вишь, пришлось взаймы брать у самой себя. Что ж ты так не бережёшь-то её?

И она захлопотала возле стола, отвернувшись.

— Дурак, потому что. — Лар провёл рукой по лицу, стирая грязь и пот.

— Вот, дело говоришь. А ты, — старушка повернулась к усевшемуся возле двери Арику, — отнеси-ка мо́лодцам зелья. Вас, поди, тоже потрепало. Да умойтесь хоть, там на заднем дворе бочка есть с водой талой.

Она всучила парню свёрток с лекарствами и выпроводила, похлопывая по спине.

— Да сильно не спешите! У нас тут и без вас дел хватит. Правда, касатик? — Бабуля хитро прищурилась на стоящего возле меня эльфа. От выпитого зелья голова перестала кружиться, но глаза окончательно закрылись, и я уснула.

* * *

— Что сделать надо? Поможешь? — Эльф устало опустился в ногах у тревожно спящей девушки.

— А что тебе за её жизнь не жалко? — Старушка приблизилась к нему и бойко скрестила руки на груди.

— Сколько ты хочешь? Деньги? Камни? Золото? Заплачу!

— Э, нет, красавчик. Она за тебя, считай, жизнь отдать готова была, а ты мне тут про деньги! Тю! Железки себе оставь. — Она отвернулась и стала греметь склянками. — Жизнь с ней связать готов?

— Что? — Эльф опешил. — Ты о ч¸м?

— Сам же знаешь, она тебе богами нареч¸нная.

— Кто ты? Ведьма? — Лорд подскочил и схватился за рукоять меча.

— А коли и так? — Бабуля хитро посмотрела на него, оторвавшись от своих склянок. — Твои целители ей щас не помогут. Тело залечат, так оно и так в порядке. А душу только мы, ведьмы, и можем излечить. Ну что, будем спасать твою красавицу?

Эльф ещ¸ раз взглянул на лежащую девушку. Лицо в крови, руки побелели и бессильно свисают с лавки. На испачканной шее в бешеном ритме бь¸тся вена. Такая хрупкая и беззащитная. А он, дурак, потащил е¸ в самое пекло. И ведь знал, что она не удержится и будет сражаться. Надеялся, что сможет е¸ защитить.

Не смог.

— Давай, старуха. Что делать надо?

— Ай, молодец какой! Думала, испугаешься. — Она наконец выставила на стол пузырьки разных размеров и пучок сушёной травы. — Иди, поможешь.

Эльф сморщился от такого обращения, но пошёл. Ему доверили истолочь горько пахнущую траву. А хозяйка дома болтала не переставая.

— Вот смотри, касатик. Она щас часть своей души отдала в уплату магии. Ой, не сегодня это началось, а как только проклятие за неё крепко взялось, так и стало душу потихоньку высасывать. — Сама она в это время смешивала в стакане зелья из разных пузырьков. — А потом, видать, потеряла вообще смысл жить. Ты, небось, расстроил? А? Так вот, коли она жить-то не хочет, сила эта и забралась глубже, прям в душу. Но там всё ж по чуть забирала. Как человеку без души-то? Вот и характер портился, глупости небось делала, за которые в другое время стыдно было б. А тут вот и беда приключилась. От кого бежали-то?

— От некроманта, — буркнул Лар, с остервенением превращающий траву в пыль.

— Да, бродит тут зараза этот. Силён! Так я вот к чему всё это. Когда сила у твоей девицы кончилась, а желание вас спасти было сильнее всего, магия и стала её душу разъедать. В душе знаешь сколько силы-то? Ого-го сколько! Посмотрела б я, что она там учудила. Да стара я для таких приключений. Давай сюда, хорош уже месить.

Старуха забрала у мужчины ступу с порошком и высыпала в стакан. Там забурлило, пошёл пар, и тёмное месиво вдруг стало молочно-белым.

— Ты присядь-ка суды, — она потянула эльфа за рукав на лавку. И достала из кармана передника нож. — Не боись, чистый, серебряный.

Она с гордостью покрутила им перед лицом мага, а потом резким движением резанула по запястью девушки.

— Что… — Лар не успел возмутиться, на удивление сильная рука опустилась ему на плечо и не дала встать.

— Сам же сказал, что готов жизнь с ней связать. А жизнь — это что? Кровь. Давай руку!

Она бесцеремонно схватила мужскую ладонь и сделала ещё один надрез. Потом подняла женскую руку и соединила две раны.

— На-кась, подержи, — сунула нож эльфу, а сама налила прямо поверх соединённых рук своё зелье. — Потерпи, касатик, ей щас похуже твоего.

Рану зажгло огнём. Мужчина терпел боль, глядя на мечущуюся на лавке девушку. Потом резко всё прекратилось.

— Вот и всё, касатик. — Ведьма сунула ему тряпицу, стереть кровь. — Жить будет. Может, даже счастливо, коли беречь будешь.

— Что ты сделала? — спросил севшим голосом Лар.

— Соединила ваши души. Вы и так друг другу предназначены, ничего не поменяется. А коль кто из вас помереть раньше положенного соберётся, так души другого хватит, чтоб его удержать. Только не шутите с этим! Одна душа на двоих — это ой как не просто. Потом, может, и своя оклемается, восстанет из обрывков. Только для того счастье надо, чтоб жить хотелось. Убережёшь девчонку-то?

* * *

В комнате было темно и пусто. Я привстала и огляделась по сторонам. Та же комната, та же деревянная лавка, в печи трещит огонь. Села. На удивление, я чувствовала себя неплохо. Жутко хотелось есть, болела рука, на запястье краснела заживающая царапина. Когда только успела порезаться?

С улицы слышались голоса. Меня немного штормило, но в целом я без приключений добралась до двери, накинув лежащую рядом со мной куртку. Во дворе горел костер и пахло жареным мясом.

— О, живая! — Арик, стоявший ближе всех к дому, заметил меня и улыбнулся. — Я уж думал, придётся снова обзаводиться новым соседом.

Он подхватил меня и закружил.
— Полегче! — раздался рядом знакомый голос. — Навредишь, и это в твою комнату будут искать нового студента.

— Да ладно тебе, я ж аккуратно, — буркнул сосед, но бережно поставил меня на землю и весело поднял руки. — Всё-всё, не трогаю! Ревнивый какой оказался.

Эльф подошёл ко мне и взял за руку. Серьёзный взгляд голубых глаз пронзил насквозь.

— Как ты?

— Вроде нормально, — пожала плечами. Потом уткнулась носом в его грудь и зарыдала. — Я… за вас испугалась.

Меня обняли так, что чуть кости не затрещали.

— Глупая моя, — Лар чмокнул меня куда-то в макушку. — Это я должен был спасать тебя, а не наоборот. Ты когда-нибудь перестанешь лезть в драку?

Замотала головой. Нет. По крайней мере, пока моим близким угрожает опасность.

— Ты чего-то хочешь?

— Есть. За кусок мяса душу продам. — Эльф дёрнулся, но из объятий не выпустил. — И воды.

— Сейчас, присаживайся.

Нашлась старая деревянная лавочка, куда меня и усадили. Оказалось, пока я отсыпалась, наш отряд пробежался по деревне и выменял продуктов. Овощи, мясо, молоко — всё, что нашлось у разбуженных крестьян, с удовольствием уплетали мужчины. Правда, количество их поредело, с плато Толаньо вернулись не все.

Хозяйка, оказавшаяся Тамиллой, с удовольствием слушала незваных гостей да хлопотала, накрывая на стол. Бойкая старушка хохотала над историями Арика и лишь изредка косилась на нас с Ларом.

Когда я наелась (кажется, вкуснее в жизни ничего не ела!), решила всё-таки спросить эльфа:

— А почему мы тут? Могли бы, наверное, переместиться уже.

— Тебе надо было дать отдохнуть. — Он обнял меня за плечи, согревая.

— Подумаешь! Дома отоспалась бы. — Я фыркнула и прижалась к нему поближе.

— Нет. Ты слишком много сил потратила, ещё пару переходов неизвестно куда могла бы и не выдержать.

— Да ладно. — Появившиеся силы смазали воспоминания. Всё уже казалось не таким и страшным. — Я помню только, как мне влили какую-то гадость, а потом я вырубилась. Тамилла — травница?

— Можно и так сказать. Ведьма. — Старушка, будто услышавшая наш разговор, улыбнулась мне с другой стороны костра.

— Серьёзно?

— Нам крупно повезло. Она дала тебе восстанавливающее зелье.

Я вновь прислушалась к себе. Магия дремала, но была на месте. Силы тоже были, хоть и опять клонило в сон.

— Сколько эльфов не вернулось? — шёпотом задала ещё один волновавший меня вопрос.

— Пятнадцать.

— Мне жаль. — А что ещё сказать? Это не первые потери и, к сожалению, не последние.

— Мне тоже. Но они погибли с честью. В бою.

Мы просидели ещё с полчаса, а потом я устала зевать, и меня отправили спать.

Утро не радовало. Хмурое, затянутое тучами небо, редкие снежинки и стук с улицы. Кому там не спится? Я выглянула в маленькое окошко. Открывшаяся мне картина поражала своей абсурдностью. Эльфы, раздевшиеся до рубах, кололи дрова! А хозяйка двора ходила вокруг да нахваливала их.

— Мне стоит начинать ревновать к своим же воинам? — Я получила поцелуй в шею от Лара. Он вышел из соседней комнаты, которую я вчера даже не заметила.

— Нет, что ты. Просто такого я ещё не видела. Как она их заставила? — я кивнула на окно.

— Никак. Они слушают только меня. Но старуха отказалась брать деньги за помощь, пришлось хоть так её отблагодарить. Зима долгая, а у неё и дров толком нет.

— Я уже говорила, какой ты молодец? — с улыбкой повернулась к нему. — И как я тебя такого нашла?

— Ты нашла? — Он поцеловал кончик моего носа. — Кажется, это мне приходилось тебя постоянно искать. Любишь ты притягивать неприятности.

— Они сами меня находят. Когда будем возвращаться? Там, наверное, с ума сходят, что мы пропали.

Когда эльфы закончили работу, а заодно поправили старушке забор, мы перекусили свежим молоком с булочками и решили двигать дальше. В академию. Я собрала свои вещи, которых было немного, и подошла к Тамилле, чтобы поблагодарить.

— Ой, не благодари, деточка! — Она тронула меня за рукав, отводя в сторонку. — Ты лучше послушай старуху да береги себя. Тяжёлая у тебя ноша, ох тяжёлая. Но только тебе и под силу, коль за других душа болит больше, чем за себя. И эльфа своего береги, хороший он мужик. Хоть и остроухий.

И она развернулась и ушла, а я так и осталась стоять, смущённая её странной речью.

В этот раз портал сработал как надо, и мы перебрались всей толпой на площадь в академии. Сегодня нас никто не встречал.

Арик убежал к подруге, а я хотела пойти с Ларом к директору, но дорогу нам преградил один из эльфов. Кажется, тот самый, что первым оказался со мной в центре вихря на поле.

— Лорд Ларуиндуил, вы позволите обратиться к вашей спутнице? — Он склонил голову в знак уважения. Кажется, озадачился даже Лар.

— Говори, — холодный голос не предвещал смельчаку ничего хорошего.

— Леди, — он вновь склонился. — От лица нашего народа я хотел поблагодарить вас за спасение нашего лорда. — Парень прижал правую руку к сердцу.

Я смутилась. Так официально со мной никто не разговаривал, даже директор. Да и какая из меня леди?

— Ну не бросать же вас всех там? — Я робко улыбнулась.

— Вы нас не оставили. Мы обязаны вам жизнью. — Он снова склонился. — И отдадим этот долг, когда потребуется.

На этих словах он ушёл обратно в строй, а я ошарашенно взглянула на идущего рядом Лара.

— Что это сейчас было?

— Ты заслужила уважение моего личного отряда. И они отдадут свою жизнь за тебя. — Он был задумчив, не ожидал такого от своих воинов.

— Разве я их спасала, чтобы они потом мне должны были? Глупости.

— Для них нет, Милена. Мы — эльфы. И пусть наша жизнь длиннее человеческой, мы умеем быть благодарными и ценим дар жизни. Очень мало людей, которые удостоились такой чести.

Мне на ум сразу пришёл директор, который когда-то его спас. Дар жизни? Так вот почему Лар так к нему привязался.

Крассвил был на месте. Сегодня он весь обложился бумагами, которые при нашем появлении отложил на край стола.

— Живы? — Он встал с кресла нам навстречу.

— Как видишь, — усмехнулся эльф и упал в своё кресло.

Дальше мы докладывали о своей вылазке. Не очень удачной, если подумать. Часть отряда мы потеряли, были и раненые, наскоро залеченные ведьмой и Ариком. Узнали, что количество нежити растёт, точную цифру даже не представляю. А мои силы, как я и думала, не безграничны. Их хватает, чтобы поставить на место Ванессу или уничтожить небольшую группу умертвий, но в таких масштабах я не сильно отличаюсь от обычных магов. Потрепать могу, а потом вот меня приходится отпаивать зельями.

— Сонтан ещё не ответил? — Лар кивнул на стопку документов.

— Только что, — директор взъерошил свои волосы. — Орки дали согласие на союз. Но готовы выделить не так много воинов, как мы рассчитывали. Пять сотен.

— Всего? Это же совсем ни о чём. Отряд, на который мы напали, состоял из трёх сотен упырей. И нас хорошо потрепали, несмотря ни на что. — Эльф бросил на меня озабоченный взгляд. — А сколько их там ещё?

— Сбор объявлен на завтра. Маги переместятся порталами, надеюсь, удастся их настроить на нужное место. Гномы и друиды уже там. Люди на подходе. Эльфы?

— Завтра. Сегодня проверю готовность, но к моему возвращению все должны быть в сборе. Я открою стационарный портал, заряда хватит, чтобы пропустить несколько тысяч конных воинов и лучников.

— Всё случится завтра? — Мой голос прозвучал слишком робко. Как бы я ни готовилась, новой встречи с некромантом и его армией я боялась.

— Да. Милена, ты уверена, что хочешь участвовать?

Такого вопроса я не ожидала. С момента, как я узнала о своей связи с Веркутом, я понимала, что именно мне придётся с ним сразиться. Потому что кому же ещё?

— Ты же не думаешь, что я останусь в стороне?

— Нет. Но я бы с удовольствием запер тебя у себя в замке, в безопасности. — Он откинулся в кресле и прикрыл глаза. И даже сквозь маску непроницаемости я разглядела усталость на таком родном лице.

— Лар, я не могу так. Там будут гибнуть мои друзья, пока я буду прятаться. Я тоже очень устала. Но иначе это никогда не закончится. Моё проклятие привело его в этот мир, мне и расхлёбывать.

— Нам. Закончить это придётся нам, Милена. Вместе.