5. Глава

Но это была не облава. В пылу боя сорвался плед с клетки, и стало ясно, что на них напала небольшая группа ходячих. Шона впервые увидела их настолько близко. Нет, бывали моменты, когда ходячие забредали на территорию при монастыре в лесу, и она с ними дралась, но магией — на расстоянии. Эти охотники дрались на мечах отважно и бесстрашно.

К горлу подкатывало, когда она разглядела мертвецов: зелено-серая кожа с язвами таких размеров, что были видны гниющие ткани. Слипшиеся волосы, тёмные рты с жёлтыми зубами и невероятно противный запах. Глаза, в которых побелели и зрачки, и радужки, ясно видели, где жертва, а мёртвые тела бодро двигались.

Тяжелее всех пришлось самому молодому и тощему парню. Он явно был неопытен и то ли не справился с эмоциями, то ли впервые попал в такую передрягу. Его укусили за руку, и, когда последний мертвец пал, настала оглушающая тишина. Охотники замерли, ветер прекратился, снег хлопьями медленно опускался.

— Может, всё обойдётся? — Слеза скатилась с румяной от мороза щеки. — Может, я не заболею?

— Мне жаль, Джимми. Тебе не следовало с нами идти, я тебе говорил.

— Нет, нет! Нет! У меня есть пара часов! Я успею хотя бы попрощаться с братьями!

— Джимми, прожить последние минуты, думая о смерти, и умереть на глазах родных — не самая лучшая идея. Прости, малыш.

Острое лезвие со свистом рассекло воздух и вошло в заражённое тело Джимми. Алая кровь окропила белоснежный снег. Этот момент навеки останется перед глазами девушек. Один укус — и жизнь закончена. Бородач в чём-то прав, точнее, он прав, но Джимми было жалко.

— Всё из-за вас! — Плюнул лысый в сторону клетки, но ни в кого не попал.

— Они здесь ни при чём! — выкрикнул кто-то из толпы охотников.

— Если бы не маги! Если бы магии и вовсе не было! Ай, кому я объясняю! Вперёд, до поместья час ходу.

Шона понимала злость людей и понимала ненависть к магам. Одним усложнили жизнь, вторых сделали изгоями этого мира. Открыли охоту… Люди не понимают, к чему всё это может привести, потому что, если маги объединятся и выступят… Нападут… Это будет совсем другая война.

На горизонте появились хозяйственные постройки. Охрана патрулировала территорию вдоль массивного кованого забора. Нервы натянулись, как струна, и девушка не знала, чего ждать. Ник, наверное, наврал, а может быть, у него совсем другой план? Может, облава будет на поместье?

Поместье вот оно — высокое здание в пять этажей, три крыла. Много людей: прислуга повыскакивала на улицу. Шона заметила хозяев дома в широком окне. Лысоватый, низкий мужчина с вздёрнутым носом и маленькими поросячьими глазками. Высокая седовласая женщина, один только её вид говорил о мерзком характере. Юноша — стройный, светловолосый, думающий, что он знает, как жить, ведь всё у его ног, ведь он единственный наследник.

Охотник поднял глаза на хозяина, тот кивнул. Кто-то из прислуги передал три увесистых мешочка с серебром, и наконец клетку открыли. К девушкам подбежала пухлая женщина и укутала каждую старыми пледами, которых не успели догрызть мыши.

Дальше Шона поняла, что пора включать хитрость и смекалку… Девушек отвели в подвальное помещение. Пухлая дама всё охала и ахала над тем, какие девушки хилые и худые. Она всё боялась, что их замучают до смерти, и это пугало. Их приковали цепями к стене.

В углу лежала избитая женщина лет тридцати. Грязные тряпки на ней прилипли к телу из-за кровоподтёков. Сама комната была похожа на пыточную и, видимо, служила жилищем для таких узников, как они. Возле каждой девушки на полу лежал матрац и пустая миска.

— Лайла, умоляю, молчи. Говорить буду только я, — сказала Шона, как только пышная женщина ушла.

— Хорошо.

— У меня есть план.

— Я в твоём плане есть?

— Конечно, Мики! У нас только один выход — продержаться до облавы!

В коридоре послышались шаги: к ним направлялась уцелевшая толпа из пяти человек.