Глава 12. Большие планы маленькой компании
- Зря ты меня пугаешь, - грустно сказала я попугаю, убирая веник, - бояться сил нет. Посмотри, что произошло с платьем, я его практически по себе ушила, а сейчас оно болтается, словно на крючке висит. Скоро я болтаться на ветру буду от нервотрепок. Скажи прямо, с чего Йовилю радоваться разрушению кольца?
Попугай почесал крылом пузице, и я заметила на нем многочисленные белые торчащие остья.
- Флера хватанул, - важно сообщил, перехватив мой взгляд. – А так как я и до этого я к тебе замечательно относился, магия просто в здоровье и обновление организма пошла. Так в Мире Холмов определяют по-настоящему влюбленных человеческих девушек. Если спутница сида от флера с годами не стареет, а только хорошеет, значит магия не в обворожение идет и хозяин уверен во влюбленности девушки. А человеческие девушки, не сходящие с ума от постоянного присутствия рядом с фэйри, при Дворе нынче в большой моде, ими хвастаются. Кстати, увидев тебя сейчас, Йовиль может решить, что ты в него втюрилась. От этого ценность возрастает в разы.
- Яа?
Начав заикаться, я вытаращила глаза и захлопала растерянно ресницами. Йовиль, конечно, интересный мужчина, а в истинной ипостаси так вообще редкий красавчик, но я в плане сердечного интереса вообще о нем не думала. Он же фэйри.
- Он фэйри, - повторила я вслух свои мысли, - как бы я могла?
- Да вижу-вижу, - махнул крылом попугай, – и не буду тебе рассказывать, как бы ты могла, чай с сидом уже пообнималась. Помяни мое слово, это в тебе примесь твоя саламандровская хулиганит, дорвалась она до магии и сожрала весь флер. Но Йовилю-то это говорить нельзя. Он же мигом тебя, наивную, к себе пристроит на принеси-подай.
В кладовой я открыла ящик с декорациями, но кроме костюма ведьмы ничего полезного не нашла. Придется переодеваться в мое повседневное коричневое платье, иначе потеряю балахон окончательно, а он единственная моя одежда для работы.
- Не пойду я ни в какие Дворы, - буркнула я, переодеваясь, - меня защитит правительство и семья. С каких это пор людей против их воли за Занавесь утаскивают?
Попугай в это время расхаживал по реквизитным ящикам и примерялся клювом к чучелу аллигатора, валявшегося в кладовке с таких давних времен, что его перестали замечать, как щербину на стене.
Кортес попытался назидательно выглядеть, но ему это плохо удавалось, учитывая постоянные дерганья крыльями и активные почесывания.
- Твоя семья первая же от тебя и отречется, они же из ЛПФ, сама рассказывала. А правительства Мира Людей полукровок или вербует, или в Холмы выкидывает. Хотя может ты и права, человеческая армия получше службы при Дворе. И намного лучше рабства, куда Йовиль с радостью упечет тебя за порчу артефакта.
Раздался звон колокольчика, и мы оба вздрогнули.
- Дэс, ты дверь на задвижку закрывала?
Я замотала отрицательно головой, жалко закусив губу. Осознаю, замоталась, вообще соображать скоро перестану.
Переглянувшись, мы практически одновременно припали к полу и осторожно подползли к приоткрытой двери в коридор. Сначала выглянула я, как старшая, потом рядом со мной за угол заглянул какаду. Его хохолок был плоско прижат, а глаза быстро испуганно мигали.
В коридоре никого не оказалось, а колокольчик продолжал звенеть.
Памятуя, как в прошлый раз, нападающий скорее всего прятался в салоне и напал на меня со спины пока я искала его в холле, пришлось проявлять максимальную осторожность.
Короткими перебежками на четвереньках я добежала до секретарского стола и спряталась под ним. За мной торопливо цокал когтями попугай. Ползти у него не получалось, поэтому он просто вытянул шею и бежал, низко пригнув к полу голову.
Сердце опять начало стучать как сумасшедшее, хорошо хоть кольца не было, а то бы я залила флером всех соседей по первому этажу.
Входная дверь ходила ходуном, и я, наконец, сообразила, что посетитель еще на улице, а в салон по каким-то соображениям войти не может.
- Тьфу, - сказал попугай, облегченно поднимаясь и глядя на мельтешение за цветным стеклом, - это пикси. Они без разрешения в дом зайти не могут.
О. какое же хорошее известие. Представляю какая радость – свободно летающие создания с весьма вредным характером, склонные к управлению через магию. И совершенно лишенные человеческих моральных принципов. Встав и оправив платье, я подошла к двери и открыла ее на ширину ладони.
Перед моим носом взлетела и дала радостный круг маленькая Файни.
- Да! Да! Ты дома, на! Пусти меня, есть отличное предложение!
- Скажи, что только на пятнадцать минут и с условием, что не навредит, - подсказал сзади попугай. Кортес деловито стоял на мониторе компьютера и держал в одной лапе карандаш. Сама расслабленность и уверенность, словно не он меньше минуты назад дрожал со мной на полу.
Пикси без споров согласилась на все наши условия и вскоре уже нетерпеливо летала по комнатам, изучая обстановку.
- Дэс, хочу тебя обрадовать, - запищала она, едва успокоившись и усевшись на плечо. На другую сторону тут же прилетел и теперь недовольно выглядывал Кортес, - за пару услуг и хорошую еду по требованию у тебя появилась счастливая возможность нанять меня в сопровождение на ближайший месяц. Буду твоими зоркими глазами.
- Ох, Файни, - я развела руками, - мне совершенно не нужен сопровождающий, у меня же Кортик есть, он отлично все видит. Да и с услугами я, пожалуй, завязываю.
Попугай выпятил розовую грудь в зачатках перьев и щелкнул клювом.
- Ладно, - быстро сказала Файни, - тогда ты меня нанимаешь просто так, а я делаю что скажешь.
- Грозятся выслать в Холмы? – понимающе спросил попугай.
Пикси съежилась и показала острые игольчатые зубки.
- Без работодателя малому народцу здесь не место, - объяснил мне попугай, - те, кто теряют покровителей, пытаются хоть как-то зацепиться, но мало у кого получается. Люди их не видят и не слышат, на это магию надо расходовать. А высшие сиды предпочитают опекать ограниченное количество слуг. Вот многие и переходят в ранг нелегалов, разбойничают потихоньку, только бы в Холмы не вернуться.
- Почти свобода, на, - подтвердила Файни. Крылышки ее висели, мордашка в близи выглядела заплаканной и грязной, зато синяка на личике уже не было.
- Подожди, - неуверенно сказала я при виде вяло взлетающей с моего плеча малышки, - может быть Файни поможет нам с наполнением кольца? В нем закончилась магия, а я не хочу нести обязательства перед Йовилем. В этом случая она будет считаться работающей на меня?
И я показала ставшее серым кольцо. Пикси всплеснула руками и, визжа, обняла меня за шею.
- Восстановить артефакт сильной магией можно за денежку, много денежек! А их даст лепрекон, на! Противный Махоуни! Возьми меня на службу, и я тебе помогу!
Я согласно кивнула, довольная, что могу помочь несчастной малышке.
- Считай, принята на службу, будешь мне помогать.
До моей вечерней отработки со следующим фэйри-клубом оставалось не более трех часов.
Ехать к лепрекону, а потом искать кто зарядит кольцо я не успевала, слишком были велики риски, поэтому взяла себя в руки и скомандовала боевому составу:
- Друзья! – пикси упала с плеча и еле спланировала у самого пола. С большим трудом она вернулась на место основной дислокации, абсолютно растерянная и с удивленной мордашкой, - быстро решить вопрос с кольцом мы не успеваем, поэтому выход один.
- Сдаться? – предположила грустно Файни.
- Сбежать! – запрыгал попугай.
- Изобразить иллюзию на один вечер, - сообщила я.
Оба сообщника задумались, но ответа не нашли.
- Это как? – пискнула малышка.
Я объяснила. Кольцо было очень сильное. Никто из сидов, включая Йовиля, меня под иллюзией не видел. Значит, если мы придумаем мне новый образ, я могу делать вид, что создала его с помощью артефакта. Главное, не быть похожей на себя. Только вот косметику придется купить, дешевую какую-нибудь.
- Ага, - сказал Кортес, - волосы красить не придется! Дэс, ты хитра как весенние!
- На, - поддержала Файни, во всяком случае это звучало как поддержка, - я могу делать прически. И косметику принесу. Давно себе приобрела, я же девочка, на.
Мы с Кортиком посмотрели на нее с подозрением, но тему «зачем пикси косметика» развивать не стали.
Через полчаса фиолетовое платье ведьмы из кладовой приобрело живописный вид, какаду обкромсал его и сверху, и снизу, а талию порекомендовал стянуть не только шнуровкой, но и кушаком из шелковой портьерной подвязки. В это время пикси куда-то летала и возвращалась каждый раз с какой-нибудь деталью из косметического набора: то карандашом, то тенями, то кисточкой.
Я же решила приготовить нам обед, мало ли сколько времени зайдет сегодня проверка клуба. И к возвращению уставших соратников из кладовой на столе возвышалась горка блинов. Золотистая, истекающая смесью маслица и сахара.
- Живородящее пузо, на, - пикси протянула вперед руки и полетела медленно, словно к блинам приближался летающий зомби.
- Не больше половины! – заорал вдруг попугай. И Файни вздрогнула, приходя в себя.
Она приземлилась на стол, сгруппировалась, словно терьер, почуявший дичь и вдруг пулей рванула в тарелке.
Воздух вокруг блинов затуманился от мельтешения крошечных крылышек и малопонятных метаний. Через минуту Файни шлепнулась рядом уполовинившейся горкой, с половинкой блина наверху.
Пузико было округленьким и торчащим, но никак не могло вмещать столько еды, поэтому я, не доверяя собственным глазам, переводила взгляд с блюда на пикси.
- А, не бери в голову, на, - малышка лениво качнула ручкой, - выпечки я могу съесть целую гору. Волшебство!
- Ты так любишь блины?
- Да за эти пол тарелки она работала бы на тебя месяц. В Холмах выпечка совсем не получается. А малышня по ней с ума сходит.
Кортес тоже сошел на стол и теперь чиркал клювом о столешницу, по-своему готовясь к обеду.
Я поставила на стол мисочку с морковкой и зернышками для попугая, а я сама начала размышлять, почему мы так мало знаем о народах, живущих за Завесой. И как сильно они от нас отличаются.
Мама рассказывала, что на третий-четвертый год появления фэйри, в интернете начала исчезать информация о волшебном народе. Сначала это не заметили, а потом стало поздно. Известные исследователи, филологи и искусствоведы подписали меморандумы о неразглашении, знаний стало все меньше, а слухов и предположений все больше. Люди столкнулись с тем, что полученные знания сказочным образом испаряются из памяти, от общения с жителями Холмов остается только восторг и жажда увидеть их снова.
После обеда меня начали приводить в порядок. Создание прически у Файн заняла почти час, зато волосы легли волосок к волоску, локоны подпрыгивали как живые пружины. Накраситься она мне тоже не дала, с воодушевлением кружа вокруг моего лица и работая мазками как истинный художник.
В комнате для гаданий висело огромное настенное зеркало, которое прежняя мадам Лавайет предпочитала занавешивать во время прихода посетителей. Я сдернула шелковую накидку и прикрыла ладонью рот, чтобы не закричать от неожиданности.
- Не размажь помаду, хозяйка, - строго сказала Файни, оттаскивая мою руку.
В серебряной поверхности отражалась настоящая кукла. Не просто хорошенький вариант прежней гадалки, а по-настоящему красивая девушка. С огромными испуганными глазами и каскадом роскошных белокурых волос.
Подвело немного тело, более крепкое, чем ожидается при такой мордашке. Тем более кушак подчеркнул некоторые его извилины. Но мое похудание не могло не радовать. Я выглядела…
- Сладко. Мы переборщили, - мрачно резюмировал попугай.
- Зато на Дэс совсем не похоже, - защитила свое творение пикси, - и Йовиль будет в восторге. Идеальное попадание в его вкус, я старалась.
Тут уже застонала я, лихорадочно соображая, как исправить ситуации, но ничего не приходило на ум, кроме как обмотаться платком. Потому что времени совсем не оставалось.
В отчаянии я схватила железные браслеты и надела под рукава, их Кортик оставил удлиненными. Пришлось только чуть-чуть поднять выше, под самые локти, скрывая за кружевом.
- Йовиль будет недоволен, - ахнула пикси.
- У меня должна быть хоть какая-то защита, - возразила я.
Когда мы открыли дверь на трезвон входного колокольчика и вышли навстречу Бейту, брату Файни, маленькая пикси вдруг зажмурилась и обсыпала меня с ног до головы блестками.
Кортес, сделавший себе повязку на голову из черного кружева, оторванного от подола платья, сплюнул:
- Гламур. Теперь ты, Дэс, выглядишь на наркотик для любого сида. Зря ты взяла девчонку под опеку, чует мое сердце, добром это не закончится.
Повязка прятала его узнаваемый какадушный хохолок и впервые попугай открыто и гордо сидел на моем плече.
А вот Файни внезапно расплакалась:
- Я стараюсь, на, изо всех сил для тебя, Дэс, а он только бурчит и бурчит, ругает меня постоянно.
- Вы чего мою сестру обижаете? – Бейт добавил огня в раздувающийся прямо у моей двери скандал.
Я только открыла рот, чтобы всех успокоить, как серая здоровенная кошка взвилась в воздух, норовя скинуть с меня Кортика.
И мы впервые увидели, что значит разозленные пикси.
- На! – закричала Файни, тыкая в кошку откуда ни возьмись взявшейся длинной булавкой.
- На! – подхватил Бейт, полосуя серые уши половинкой лезвия для бритья.
- Помогите! – завизжала кошка, сбитая в прыжке, мельтеша лапами перед окровавленной мордой, пытаясь сбить летунов. Но скорость пикси оказалась намного выше возможностей серого хищника, и напоследок зашипев, кошка развернулась и скрылась в деловито двигающейся толпе людей.
- Ннничего себе, - с трудом выговорил какаду, - это кто?
- А кто его знает, на? – равнодушно заметил Бейт, пряча лезвие и поправляя безобидную зубочистку, которую он носил на поясе. – Вроде местная кошка. Человеческие звери все себе на уме, никогда не знаешь, чего от них ждать.
Он сделал круг вокруг меня, так и стоявшей с открытым ртом:
- Ух, как у Дэс личины получаются. Слышь, подруга, а ты ничего, на. И сеструха вон какая довольная, гламура много дает. Значит, ты ее хорошо кормишь.
- Блинами, на, - жмурясь, сообщила малышка.
И Бейт врезался в прохожего.
- Тебя кормят блинами, а обижают только на словах? – попытался резюмировать Бейт, выровняв полет.
- Щипанный меня критикует, - сдала Кортеса Файни, - а хозяйка добрая, дружит со мной, на.
- При блинах и официальном статусе ты жалуешься на мелкие придирки конкурента, с которым вы делите внимание хозяйки? – тоненький голос парня приобрел жужжащий злой оттенок. – Я тебя, разбаловал, сестра, на. Ты ненадежная. Полетела к другому сиду и разочаровала Йовильруха.
Файни зарыдала в голос, у этой девочки слезные железы были всегда в какой-то пугающей готовности.
Я цапнула в воздухе ее трепещущее тельце и закинула на плечо.
- Файни, перестань жаловаться, а то я тоже начну тебя критиковать. А ты, Бейт, лучше объясни мне, почему твою сестру не захотел больше нанимать Йовиль.
Кортес захекал. Бейт взвился вверх и на некоторое время исчез из вида. Так как я понятия не имела куда идем, пришлось остановиться и завертеть головой.
- Ты сейчас поймала пикси рукой, - сдавлено сказал попугай. – Обычно они интуитивно уворачиваются, опасливы как зайцы летом. Они уже поняли, что ты добрая, но теперь пикси окончательно занесут тебя в список безобидных.
- Это значит я от тебя, Дэс, вообще опасности не ощущаю, - зачастила малышка, - ты не волнуйся, я тебе использовать не сильно буду, на. Мне с тобой хорошо. А с Йовильрухом я сама виновата была. Хозяин рядом стоял, а флеру Шиэла поддалась. Показала, что он больше нравится или намного сильнее хозяина. Но Шиэл такой красивый, такой мудрый, я не специально.
- Эта дурища влюблена, на, - рыкнул, как оказывается, внимательно нас слушающий сверху ее брат, - а, следовательно, ее хозяин уязвим. И не говори потом, что тебя не предупреждали! Мы пришли, моя работа выполнена, на. Это ресторан «Поющие Леса». Принадлежит летним. Хозяин внутри.
И он с разгона впечатался сомкнутыми ногами в дверной звонок.