Эпилог 1. В чертогах тетушки

Серая кошачья тень легко мчалась по ступеням из темного мерцающего камня. Лапы не оставляли следов, словно парили, не касаясь поверхностей. Многочисленные стражи внимательно провожали животное взглядом, но не издавали не звука.

Тихо открылась и закрылась дверь.

- Облачко? Ты быстро.

- У вааших ног, хозяйка.

Белокурая женщина, в созданном из черных перьев платье, со змеиной грацией поднялась с тахты, обитой серебристой парчой, и подошла к стрельчатому узкому окну. Тонкие пальцы выбили дробь по дереву подоконника. С ее плеч слетели несколько черных воронов, покружив и опять нырнув в платье, превращаясь в ткань.

- Она знает?

- Только про вашшу племянницу Зойиии. Но памяти у девчонки совсем нет, она по сутти человек с магией.

- Может и зря я каждое столетие посылала Руку к младенцам, - нежный голос звучал задумчиво, - хотя… заклинание скорее всего испортилось именно со временем. Хорошо. А попугай жив?

- Она с ним не расстается. Но он тупой, просто птицца. Навелся на знакомую магию и всее.

- Девочка нашла заклинание Вагнера?

- Откудда?

- Это ты у меня спрашиваешь?

Женщина повернула голову и ее томное, немного сонное лицо, осветилось недоумением.

Кошка сжалась, прижавшись всем телом к полу, униженно распластавшись и замерев.

- Милостти, королева Мэбб.

- Я всегда к тебе милостива, Облачко. Но твои услуги пока не нужны.

Кошка задрожала всем телом, но не сдвинулась с места. Королева прошла маленькими шажками через комнату к своей посланнице. Выразительные удлиненные к вискам черные глаза смотрели нежно. Она присела и погладила Облачко по туманной серой шерстке.

И с каждым поглаживанием животное расслаблялось. Через несколько мгновений на полу осталась лежать лишь изящная статуэтка кошки.

Королева взяла ее двумя пальцами и отнесла на длинную настенную полочку. На ней неровной, естественной линией выстроились мастерски сделанные фигурки. Проработанные до мельчайших деталей. Почти живые, но - из драгоценных камней, различных пород дерева, кости и даже металла.

Мэб поставила кошку между изображением рыбы из полупрозрачного хризолита и выкрашенной в красное фигурой могучего обнаженного мужчины с искаженным гневом лицом и вздыбленным мужским естеством.

Мэб полюбовалась на коллекцию, потянулась и довольно засмеялась, встряхивая с платья тут же взлетающих и гомонящих птиц. Ее лицо помолодело, волосы, которые при внимательном рассмотрении оказались все же не белокурыми, а седыми, начали стремительно темнеть.

- Хватит печалиться, - звонко произнесла королева, - на этом траур по бедному Вагнеру завершен. В конце концов, его смерть стала отличным решением. Как говорят люди – концы в воду.

Она подняла голову к кружащим над ней воронам.

- Приготовьте мне новые платья, я отправляюсь в Мир Людей. Кажется, я опять готова к новым, чудесным отношениям.