Глава 8

В офисе Северьяна мы пробыли до обеда. Всё это время я продолжала отвечать на звонки. В итоге мне даже понравилось. Боковым зрением ловила на себе его задумчивые взгляды, но делала вид, что ничего не замечаю. Хотя такое пристальное внимание жутко смущало. И не только оно. Вот что ему нужно от меня на самом деле? В то, будто я его веселю, как-то слабовато верилось. Мне показалось, что мужчина даже сам не знал или не понимал, почему прилип ко мне как банный лист. И сейчас пытался это выяснить, привезя к себе в офис. А, может, наоборот, строил дальнейшие планы с участием моей персоны. Ещё бы знать, какие они — эти его дальнейшие планы…

Сестры у него нет, но всегда хотелось? И он увидел её в первой встречной? Так бывает? Хотя, кто их, психов, разберёт… А то, что данный светловолосый субъект нормальным не являлся, доказывали его поступки. Ну, кто в здравом уме стал бы преследовать школьницу? Да ещё так настойчиво добиваться встреч с ней, вплоть до принуждения.

В общем, к часу дня я уже успела себя накрутить и успокоить с десяток раз. А когда хозяин фирмы сообщил, что меня сейчас отвезут домой, внезапно для себя расстроилась. Ну не дура ли? Впрочем, дома делать было нечего, только уроки, а здесь… Здесь мне было хорошо все эти часы. Одновременно с этим у меня возникло желание запрыгать от радости. Вот и пойми саму себя от таких метаний.

Кажется, я тоже ненормальная. Под стать Северьяну. А может у меня этот… как его? Стокгольмский синдром⁈ Когда жертва становится зависима от маньяка. Только в моём случае — не маньяк… Да и на жертву я не тяну. Наверное…

Нет, не буду о таком размышлять. Домой лучше поеду, как и положено нормальной девушке, пусть и очень хотелось задержаться.

— Куда тебя отвезти? — поинтересовался Дима, как только мы выехали за пределы ворот.

И вот вроде собиралась домой, но:

— К подруге.

Сказала и вспомнила, что она теперь единственная, кто со мной продолжала общаться. Вздохнула расстроенно и обняла себя руками, прислонившись лбом к прохладному стеклу. Реальность, отступившая в пределах кабинета блондина, теперь обрушилась на меня, погребая под собой.

Я изгой! И все из-за этого светловолосого бандюги!

И зачем я вообще с ним связалась?

Могла ведь просто состроить из себя обиженную и просидеть весь день в сторонке с учебником в руках. А я с ним общалась, даже дурачилась. Последнее вовсе в собственном сознании не укладывалось.

Точно ненормальная!

До Лизки мы доехали за какие-то пятнадцать минут, которые за своими мыслями я даже не заметила. Дима отлично знал город и легко объезжал все проблемные участки дорог.

— Спасибо! — поблагодарила я его и выбралась из автомобиля.

Подруга ранее прислала сообщение, что уже дома, потому я бодро поднялась на четвёртый этаж и смело нажала на кнопку звонка. То, что меня ждали, не стало открытием, а вот фанатичный блеск в глазах девушки насторожил.

— Ты с ним была, да? С ним?

— С кем?

— С Северьяном, конечно!

— С чего такие мысли?

Даже удивление получилось сыграть искренним.

— Ну, ты же на его машине приехала! — ткнула она в сторону окна.

Ага, значит, специально поджидала меня, чтобы узнать, каким способом я к ней добралась.

— Меня подвёз его охранник — Дима, — постаралась сказать, как можно безразличней.

Вот только стоило подумать о бешеной фантазии подруги.

— Так ты с ним, а не с тем? — опешила Лизка. — Или ты с двумя? Погоди, — выставила руку вперёд в останавливающем жесте, — я запуталась.

— Да ни с кем я! — рявкнула, не сдержавшись. — Откуда у тебя взялись такие мысли? Что за идиотизм вообще? Или мнение толпы — это заразно?

Развернулась, чтобы уйти, но в мой локоть вцепилась рука хозяйка квартиры.

— Прости! Я иногда много лишнего говорю, — покаялась та. — Но ты хоть понимаешь, что со стороны понять иначе данную ситуацию очень сложно? А этот Дима за тобой присматривает по просьбе своего друга, да? — продолжила трещать девушка. — Как это романтично!

А я видимо настолько сильно устала, что и спорить не стала. Молча разулась, разделась и прошла на кухню. Из её окна и правда была видна вся подъездная дорожка.

И как я могла об этом забыть?

Теперь оставалось только расхлёбывать.

Ну, за что мне всё это?

Простонала и буквально упала на табурет. Положила руки на стол и уткнулась в них лбом.

Что за невезение?

Всего три дня, а ощущение, что прошло гораздо больше времени. Я просто устала. И уже не казалась здравой идея проводить больше времени с Северьяном. И любопытство не терзало, как ещё час назад. А стоило лишь вспомнить об истинной составляющей нашего знакомства и вовсе хотелось себе по голове настучать за свою дурость.

Послышался звук отодвигаемого стула напротив, а после ладонь Лизы легла на моё плечо в жесте поддержки.

— Расскажешь мне, что происходит? — уже серьёзнее спросила она.

Из голоса подруги исчезла вся игривость и веселье. Теперь в нём сквозило столько участия, что я расплакалась. Беззвучно. Просто так и сидела, уткнувшись лицом в свои руки и лишь слегка вздрагивала. По щекам текли слёзы, пропитавшие рукава водолазки.

— Я не знаю, что мне делать, — отозвалась совсем тихо, поднимая голову и глядя на хозяйку квартиры. — Я с ним познакомилась всего три дня назад. Он… Он у моей матери лечился, — придумывала на ходу правдоподобное объяснение происходящему. — И подвозил тогда именно поэтому. Просил маме благодарность передать. Коньяк и коробку конфет подарил. А потом ему наша географичка скандал закатила по этому поводу, так как сплетни поползли. Пообещал помочь, чтобы меня больше не цепляли в школе. А сегодня я прогуляла уроки. Гуляла в парке, где и встретилась с ним. Он меня к себе в офис привёз, чтобы по улице не шастала несколько часов. Обратно уже Дима отвозил. Всё. Больше ничего нет, Лиз! — заверила подругу.

— Осталось это дело до народа донести, — вздохнула та, принимая озвученную версию нашего общения с Северьяном.

Я даже вздохнула с облегчением. Всё-таки неприятно обманывать близкого человека, но и правды рассказать не могла.

— Три дня, Лиз, всего три дня! А я так устала, — призналась шёпотом.

— Ну ладно тебе. Ты же сама говоришь, что нет в его интересе ничего такого. Так чего переживаешь? Тем более что он же сам пообещал всё уладить, — мягким голосом стала успокаивать меня девушка.

— Да, ты права, — согласилась с ней, вяло улыбаясь.

— Чай будешь?

— Спасибо, — кивнула я на её предложение.

Пока подруга накрывала на стол, я сходила в ванную, умыться. Посмотрела на себя в зеркало и скривилась. Глаза опухли и покраснели, как и нос. Даже холодная вода не помогла избавить лицо от последствий моей слабости.

— Красотка! — сыронизировала, продолжая хмуро себя разглядывать.

Волосы растрепались, и теперь я была как никогда похожа на ведьму. Намочила ладони ещё раз и стала их пальцами расчёсывать.

И вот чем Северьяну не нравятся рыжие?

Вполне себе обычный цвет. И не такой уж он у меня и яркий. Даже, скорее, тёмный. И чего я вообще об этом подумала⁈

— Точно ненормальная, — буркнула себе под нос.

Остервенело принялась приглаживать свои непослушные локоны. В итоге психанула и оставила как есть. А вернувшись на кухню, застала Лизу наливающей чай в две чашки.

— Ты вовремя, — улыбнулась она мне. — Садись. Я, кстати, у Костика вашего сегодня домашку тебе переписала, — подмигнула и уселась напротив, ставя напитки на середину стола.

— Да ладно? Ты моя спасительница! — пискнула счастливо и кинулась обнимать подругу. — Чтобы я без тебя делала!

— Что, что, — усмехнулась девушка, — страницы в дневнике вырывала.

Да, помнится, был у нас такой период в своё время. Когда получали плохую оценку, выдирали из дневника страницу и заполняли его вновь. Оценки нет — ругать некому. Конечно, по итогу родители об этом узнали и устроили нам разбор полётов. Не то чтобы меня это проняло, но в итоге скрывать оценки перестала.

Раз уж родители и так могли узнать, смысл их прятать?

— А может чего покрепче? — вырвало из воспоминаний предложение Лизы.

Признаться честно, даже не сразу поняла, о чём она. Только когда подруга достала бутылку коньяка из буфета, до меня дошёл смысл её слов.

— Не уверена, что это хорошая идея, — осторожно ответила, следя за действиями той.

Девушка уже достала и бутылку, и рюмки, и теперь споро разливала алкогольный продукт. После чего протянула одну рюмку мне, вторую сама подняла.

— Ну, за то, чтобы всё было хорошо, — сказала и выпила махом.

Проследила за ней с интересом, но подруга либо хорошо скрыла своё состояние, либо не в первый раз так выпивала. Я не знала. Да и какая разница? Не долго думая, повторила её манёвр. Прохладная жидкость обожгла горло, вынудив закашляться и потянуться к чаю в стремлении избавиться от неприятного послевкусия.

— Гадость, — призналась честно.

Лиза весело рассмеялась.

— Ещё? — предложила.

Молча протянула ей свою рюмку.

От новой порции внутри принялось растекаться тепло, а ещё через пару рюмок в голове появился дурман. Захотелось смеяться и сотворить какую-нибудь глупость. Стала в уме перебирать, как можно повеселиться. Дома сидеть не хотелось. Уроки делать — и подавно.

— Слушай, Лиз, а давай в клуб сходим?

Идея возникла внезапно и захотела быть озвученной. Подруга вздохнула и… разлила ещё нам по рюмке.

— Без допинга я на такую авантюру не решусь точно, — пояснила она свои действия.

Так и получилось, что к девяти вечера мы обе, не переставая хихикать, вышли из подъезда на улицу, где нас поджидало заказанное ранее такси.

— В клуб! — сходу заявили, усевшись на пассажирские места.

— И в какой вас клуб, девушки, везти? — уточнил, хмурясь, водитель.

А мы призадумались. Посмотрели друг на друга и глупо захихикали. Голова у меня кружилась от выпитого, и впервые в жизни я поняла, почему взрослые пьют. Да чтобы поймать вот это чувство куража, когда все проблемы становятся неважными, и остаётся лишь единственное желание — кутить дальше.

— А я не знаю, в какой нам надо, — пробормотала сквозь смех Лизка.

— Щаз всё устроим, — успокоила я её, доставая из кармана куртки мобильный и карточку с номером телефона Северьяна.

Визитку я ещё утром отыскала на полу и сунула в карман куртки. Зато сейчас вот пригодилось. После нескольких длинных гудков раздался голос вызываемого абонента.

— Эт я, — начала без предисловий.

На том конце связи воцарилась тишина. Говорящая такая. И, наверное, будь я трезвой, испугалась этого, но пьяной мне оказалось всё равно. Как говорится, пьяному и море по колено. Я даже не подумала, что человек мог меня и не узнать, или и вовсе был занят, или на свидании.

В общем, не стала размениваться на предисловия.

— Короче, мы едем в клуб. Нам нужно название, — выдала, путаясь в словах.

— Не напомнишь, где вы? — спокойным голосом уточнил Северьян.

А я что? Мне не жалко признаться!

— В такси, — честно ответила.

— А не передашь таксисту трубочку? Я ему адрес продиктую, — вкрадчиво продолжил мужчина.

Я нахмурилась.

Вот он меня за кого принимает? За дурочку, что ли?

— Не-е, — протянула недовольно. — Ты ему сейчас прикажешь нас к себе везти!

— Я? Да зачем ты мне нужна в моём доме в таком состоянии? Тем более что я не один, — насмешливо возразил он.

Последнее мне совсем не понравилось.

— И с кем ты? — нахмурилась.

— Свет, езжай домой, а? Ты где вообще так напилась?

Тут я уже приуныла.

— Там больше не наливают, — вздохнула грустно.

Послышался шумный выдох и тихий мат.

— Тебе плохо? — посочувствовала блондину.

— Клуб «Наутилус», — сдался тот.

В трубке послышались короткие гудки. Отняла телефон от уха и уставилась на него с негодованием.

— Да чтоб у тебя не встал! — выругалась на Северьяна.

Водитель закашлялся, Лизка расхохоталась.

— Бедный мужик! — выдавила она сквозь смех.

— Нашла, кого жалеть! — обиделась на неё.

Подруга промолчала, лишь послала мне весёлый взгляд и отвернулась к окну. Я не стала как-либо комментировать это действие, последовав её примеру.

Ну, что, Северьян Олегович? Настала моя пора вам нервы трепать!

Если я хоть немного правильно поняла его реакцию, то мужчина разозлился на моё состояние, а, значит, не заставит себя ждать! Особенно учитывая его гиперответственность за меня! Не всё же мне из-за него психовать и нервничать? Пусть побудет на моём месте!

Намёки сознания на совершаемую глупость отогнала тут же прочь. Нечего мне портить вечер такими глупостями! Да здравствуют танцы!