Глава 10

В себя я пришла под ледяными струями воды, удерживаемая Северьяном. Голым Северьяном! Ну, ладно, не совсем голым, трусы на нем присутствовали. Но всё равно! Ткань белья прекрасно подчеркнула всю выступающую часть.

— А-а! Извращенец! Ты что творишь⁈ — завопила тут же, шарахаясь от него в сторону, прикрываясь руками.

Воображение сразу нарисовало последствия такого душа и стало совсем страшно.

— Да успокойся ты, дура пьяная, — осадил меня блондин. — Сто лет сдалась мне. Ты вся в шоколаде. Мне тебя грязную надо было уложить спать? Ну, если только на улицу. В моем доме ты в таком виде ночевать не будешь.

— Да? А это тогда что? — ткнула в его пах, где все было очень даже не спокойно, как он меня уверял.

— Не поверишь, у мужчин такое бывает от холода, — скривился Северьян. — Сказал же уже, не интересуешь ты меня. И раз уж пришла в себя, то сама дальше и домоешься. На двери синее полотенце. Оно чистое. Можешь использовать.

Не дожидаясь ответа, нажал кнопку на стене, выбрался из кабины и скрылся в недрах виднеющейся впереди спальни. Ледяной поток сменился теплым, на что я мало обратила внимания, больше поглощенная тем, что смотрела в спину ушедшему мужчине. Похоже, моя реакция его оскорбила.

Тоже мне неженка какой, вы посмотрите! То есть раздеть меня и мыть ему совесть позволила, а при намеке на то, что он из-за этого возбудился, — вдруг пробудилась?

— Пф!

Облокотившись спиной о перегородку кабины для устойчивости, стала смывать с себя шоколад. Попутно и волосы помыла мужским шампунем. Теперь пахла совсем как хозяин дома. То, что я находилась у него, не оставляло никаких сомнений. Отчасти это было даже хорошо. В любом случае я маме позвонила ещё до клуба и предупредила, что останусь ночевать у Лизки. Волноваться обо мне никто не будет. Но вот о подруге стоило расспросить.

— Она спит в комнате для гостей на первом этаже. Дима позвонил её родителям и сказал им от имени твоего отца, что вы на вечернем сеансе кино и останетесь ночевать у тебя, — пояснил блондин, как только я показалась в комнате и задала волнующий меня вопрос.

— Спасибо, — выдохнула с облегчением.

Честно говоря, хотелось прилечь уже. Голова кружилась и стояла я из последних сил. Плохая была идея напиться и куда-то отправиться в таком состоянии.

— Моя футболка в твоём распоряжении, — кивнул Северьян на кровать, где на белом одеяле для меня был заготовлено обозначенное. — Сама наденешь или помочь?

Посмотрела на него как на сумасшедшего. Он приподнял брови и усмехнулся, после чего вышел из комнаты. И вот пойми мужика… То его оскорбляют мои намёки на интим со мной, то веселят…

А смущаюсь в итоге всё равно я!

У-у, гад!

Вытерлась полотенцем и раза с третьего всё-таки надела на себя футболку, после чего нырнула под одеяло, облегчённо выдохнув. Сил не осталось совершенно, только желание уснуть, что я и постаралась поскорее сделать. Вот только через пять минут поняла тщетность этого действия. А всё потому, что как только я закрывала глаза, возникало ощущение кружения. Ко всему прочему к горлу подступила тошнота. Промаявшись так ещё несколько минут, не выдержала и поднялась с кровати, чтобы тут же сорваться в сторону ванной комнаты на общение с белым другом. По пути сшибла всё, что можно и нельзя, попутно собрав все косяки и наставив себе множество синяков.

На шум прибежал Северьян. Оглядел мою композицию с унитазом в обнимку и устало вздохнул.

— Горе ты, а не ребёнок, — выдал, прежде чем уйти.

А мог бы предложить помощь в виде таблеточки или ещё чего-нибудь такого! Чурбан бесчувственный!

Вернулся мужчина минут пятнадцать спустя, когда меня перестало тошнить. Я как раз умылась и улеглась обратно в постель. Молча протянул мне бокал тёплого чая.

— Это для желудка, — пояснил, когда я дрожащими руками пыталась забрать принесённое.

Северьян с несколько мгновений следил за тем, как я пытаюсь трясущимися руками выпить принесённое. А после уселся рядом со мной и стал придерживать стакан снизу, чтобы я не уронила его или не пролила жидкость на кровать.

Чай оказался не в меру сладким. После нескольких глотков почувствовала, как к горлу вновь подступила тошнота. Пришлось в срочном порядке бежать обратно в ванную. Вот только блондин не сдался, пока я не выпила всё до последней капли. Как ни странно под конец даже полегчало.

— Спасибо, — пробормотала еле слышно, падая на подушку.

Сил не осталось никаких. Но надо отдать должное мужчине. Он, казалось, прочитал мои мысли. Аккуратно укрыл одеялом и провёл рукой по всё ещё влажным волосам.

— Всё, теперь должна уснуть. Доброй ночи, куколка.

Всё это я уже слышала сквозь сон. Даже не была уверена, что мне это не показалось.

Двое мужчин находились на террасе дома Холодовых. Северьян уселся боком на перила, облокотившись спиной о столб и свесив одну ногу. Дима сидел на ступенях в сад и курил.

— Уверен в том, что делаешь? — поинтересовался последний, затягиваясь табачным дымом.

— А что я делаю? — усмехнулся Северьян. — Или, считаешь, нужно было бросить их в том гадюшнике, чтобы они вляпались куда-нибудь на свои нижние девяносто.

Да и какая теперь разница? Дело сделано. Смысл обсуждать? Но так считал только он, не друг.

— Они не настолько маленькие, чтобы не понимать последствия своих решений, — пожал плечами Дима.

И не сказать, что не прав. Вот только стоило только представить, что смешную девчонку с необычным именем Светозара кто-нибудь обидит, хотел убивать самым жестоким образом. Вот будь на её месте та же подружка, он бы даже не подумал что-то делать и как-то вмешиваться, но Светозара… Эта мелкая рыжая бестия будила в нём что-то первобытное, давно позабытое и настолько сильное, что игнорировать не получалось, как бы ни убеждал себя в обратном. Северьян ведь не задумался, когда сорвался с места после её звонка, подняв по тревоге всех парней, что были доступны и свободны этим вечером. И лучше не представлять, что те теперь о нём думают. Когда он и сам считал себя тем ещё психом.

— А я тебе говорил, чтобы ты оставил девчонку в покое, — опять завёл старую пластинку Дмитрий, вызывая в блондине глухое раздражение.

— Да я и собирался! Так кто же знал, что она может учудить подобное? — разозлился хозяин дома.

Но опять же, не на кого-то, на себя злился. Что даже сейчас, зная, что девушка в безопасности и нет смысла о ней беспокоиться, всё равно мучился желанием пойти и проверить, как она там. И кто сказал, что иметь младших сестёр — это счастье? Да и по правде говоря, младшую сестру он в ней видел постольку-поскольку. Сестре бы он не позволил подобного поведения. Давно ремня раздал.

— Действительно, — съязвил, не скрывая веселья, Дима, за что получил в ответ мрачный взгляд. — Хорошо, что наши наткнулись на твою подопечную, а не кто-то ещё, — поспешил сгладить ситуацию.

— Да уж…

Повезло, так повезло. Хотя и правда бы по шеям обеим надавать, да только смысла в этом не было никакого. Захотят, всё равно ещё раз повторят сегодняшний загул. Да и он им не отец, не брат и не нянька, чтобы предъявы кидать по данному поводу. Достаточно того, что и так помог. И всё-таки друг прав. Пора заканчивать с этим балаганом.

— Закруглять наше общение с ней завтра будем, — вздохнул устало Северьян.

— И как будешь закруглять?

— Раз уж она с Андрюхой подружилась, пусть он при ней пока и остаётся. У них там как раз поход в ресторан намечается, вот и пусть отведёт подозрения от меня, — пожал он плечами.

— А если реально сойдутся по итогу? — продолжал докапываться брюнет.

Северьян поджал губы в недовольстве.

— Не сойдутся. Андрей предупреждён, что в её сторону даже смотреть не стоит. Никому.

— Ну-ну, — с сомнением протянул Дима.

Но так тихо, чтобы его эмоциональный друг не услышал. Не хватало ещё распрей внутри их группы из-за одной рыжей девчонки, которая сейчас спала крепким сном и совершенно не подозревала, что стала настоящим камнем преткновения в жизни одного блондина.