Глава 14

Я не сразу поняла, где нахожусь, когда проснулась утром в чужом доме. Первое что я увидела – старый советский шкаф, на котором висел церковный календарь, а метнув взгляд в сторону, заметила стул, где аккуратно была сложена моя вчерашняя одежда.

Сонное состояние медленно покидало меня, и я начала вспоминать, вчерашние события и первое, что пришло в голову – наш поцелуй со Страховым в беседке!

Щеки запылали от стыда, и захотелось провалиться сквозь землю, а потом в груди что-то мучительно заныло.

Вот зачем я это сделала? Я через пару дней уеду домой и мы больше никогда с ним не увидимся, к чему все эти страдания? Очередная бессмысленная интрижка, не более. Поддалась искушению, расслабилась…

Нащупав под подушкой телефон, я немного удивилась, что проснулась в такую рань, но все-равно поднялась, оделась, завязала волосы в пучок и, засунув телефон в карман, тихонько вышла из комнаты, потому что кто-то  еще спал в соседней комнате.

Умывшись в ведре у колодца, я не нашла чем вытереть лицо и в итоге решила, что высохнет так. Мельком взглянув на беседку, мои уши начали гореть, поэтому пришлось отвернуться и попробовать дозвониться до родителей. В итоге мои попытки не увенчались успехом – мама почему-то не отвечала.

Постояв пару минут среди двора, я думала, чем бы мне заняться, раз уж все еще спят, когда услышала за сараем с инвентарем какие-то звуки и не спеша пошла туда, потому что любопытство не порок, а повод для исследования.

Высунувшись из-за сарая, я замерла, потому что там был Саша, и он, размахивая руками, косил траву старой косой. Кроме шорт на нем ничего больше надето не было, а футболка валялась на куче дров рядом с сараем.

Пару минут я исподтишка наблюдала за тем, как на широкой бронзовой спине перекатывались бугры мышц, а потом до боли укусила себя за нижнюю губу и заставила отвести взгляд.

Да когда же он успел мне так в душу запасть, а? Я же никогда ветренностью не отличалась, а здесь, то один, то второй!.. Что за напасть-то такая?

Снова воровато выглянула из-за своего убежища и увидела, как Саша вешает косу на забор, а потом оборачивается, и мы сразу встречаемся с ним взглядами…

Боже мой, какой позор, Дарья! Что он теперь подумает-то?

Я виновато улыбнулась и медленно вышла из-за сарая, направляясь к шатену. Нервно облизнув губы, я сложила руки за спиной и остановилась перед мужчиной, который не сводил с меня насмешливого взгляда.

– Подглядываем, гражданка Арсеньева? – спросил он, щурясь на солнце. – И не стыдно?

Я пожала плечами и отвела взгляд.

Чувствовала себя перед ним провинившейся школьницей!

Вот что в этом типе такого, что я вчера на шею ему бросилась? Он даже не красавец! Огромный, лицо щетиной заросло, взгляд такой дикий и… несмотря на это, я считала его весьма привлекательным…

– Не хотела тебе мешать, – нашлась я и подняла на него глаза. – Ждала, пока ты закончишь.

– Ну, я закончил, – Саша сложил руки на груди. – И что дальше? – и взгляд такой хитрый-хитрый.

А дальше… у меня зазвонил телефон и если честно, я была этому рада.

Виновато улыбнувшись, я достала его из кармана и приняла вызов.

– Мам?

– Милая! Где ты? – услышала я родной голос. – Когда ты вернешься? Мы так волнуемся с папой!

Динамик у меня был достаточно громким, так что стоящий рядом Страхов все хорошо расслышал.

– Не переживайте, Ульяна Анатольевна, я скоро ее привезу.

Тишина.

– Даша, ты с Александром Эдуардовичем? – спросила мама, и я уловила нотки облегчения в ее голосе.

– Да, мам, – ответила и покосилась на мужчину. Понятия не имела до сего момента, какое у него отчество.

– А он женат? – последовал следующий вопрос, и я почувствовала, как в груди все медленно каменеет. А ведь я не знаю этого! Я вчера целовалась с Сашей, не зная его семейного положения! А вдруг Страхов женат, а я повела тебя как дрянь, разрушающая чужую семью?

– Я разведен, – ответил Саша, привлекая мое внимание. – Детей нет, – и взгляд опять хитрый такой.

– Ой, это хорошо! – вдруг сказала родительница, а я почувствовала, как мне становится значительно легче.

– Мама! – возмутилась я. – Тебя ничего не смущает?

– Нет, а что? Мужчина видный, слово свое держит. Я буду рада такому зятю!..

Я опять покосилась на Сашу и отошла от него на пару шагов, чтобы он больше не подслушивал.

– Так, когда ты вернешься? – снова спросила мама, и я услышала какую-то возню. – А то твой папа сказал, что если этот милый молодой человек не вернет тебя домой, он ему руку сломает в четырех местах.

Я усмехнулась и обернулась к Страхову, который стоял на том же месте и смотрел на меня, упираясь руками в бедра.

Как-то снова грустно стало от мысли, что пройдет еще несколько дней, и я уеду домой. И я знала причину этого состояния, прекрасно знала, но боялась признаться в этом самой себе.

– Знаешь, мам, – начала я, улыбнувшись шатену. – Я в ближайшее время не приеду.

Саша явно не ожидал услышать подобное и его брови поползли вверх.

– Как это? – не поняла родительница. – Почему?

Я пожала плечами, хотя и понимала, что мама этого жеста не увидит.

– Да они же без меня не справятся, мам! Как я их брошу?

– Кого «их», Даша? О ком ты говоришь?

– Мам, со мной все будет хорошо, не переживай! Я в отпуске! Звонить буду по мере возможности! Люблю вас! Пока! – и сбросила вызов, не дав родительнице опомниться.

Наверное, я ужасная дочь, раз уж заставляю родителей нервничать и не хочу рассказывать всего, что со мной происходит, и думаю, лучше им это знать вовсе не обязательно. Я же взрослая девочка и в состоянии принимать решения и как раз сейчас я решила остаться здесь и помочь ребятам разобраться с проблемами. Правда, не знаю пока чем…

Нужно было видеть лицо Саши в этот момент. На нем застыли какие-то непонятные эмоции, начиная от удивления и заканчивая раздражением.

Сунув телефон обратно в карман, я медленно вернулась к нему.

– И как это понимать? – тихо и как-то угрожающе спросил мужчина.

Я замерла.

– Что именно? – не поняла.

– Что значит, ты остаешься? С чего ты вообще решила, что я тебе позволю это сделать? – и дикий рассерженный взгляд, направленный на меня.

Почему-то сразу стало обидно и я чувство провинившейся школьницы вернулось снова.

Я смотрела на Страхова и не могла понять, чего он так бесится.

– Я хочу вам помочь, – тихо пробормотала и закусила губу.

Саша как-то обреченно вздохнул, опустил руки и подошел ко мне ближе.

– Даш, ты понимаешь, что это опасно? Ты должна это понимать, черт возьми! – повысил он голос. – Ты испытывала все на себе, а сейчас заявляешь, что хочешь помочь!

– Не кричи на меня, – сказала, опустив глаза. – Если хочешь, я уеду.

Я никак не ожидала такой реакции, мне казалось, что он будет не против еще пары рук.

– Я не хочу, чтобы ты уезжала, – вдруг сказал он и положил ладони на мои плечи. – А еще я не хочу, чтобы ты совалась в это опасное дело.

– Но я уже замешана в нем, – опять облизнула губы и посмотрела на Сашу. – Втроем у нас больше шансов! Я могу пригодиться!..

На лице Страхова заходили желваки, и он сжал в тонкую линию губы, так что они стали абсолютно бескровными. Что бы мужчина ни собирался сейчас сказать, он не сделал этого, а просто выпрямился и убрал от меня руки.

– Потом это обсудим, – проговорил он. – Хорошо?

– Ладно, – согласилась я, но как-то сникла, что не осталось незамеченным.

– Эй, – мое лицо осторожно приподняли за подбородок. – Я же переживаю за тебя.

– Почему? – спросила. – Ты же не переживал, когда отправлял меня в поездку с Демидом.

Горькая усмешка.

– На самом деле я не хотел этого делать, потому что уже тогда помешался на тебе. Принимая это решение, я думал, что так будет лучше – ты уедешь, и будешь сообщать о планах Орлова, а я отвыкну от тебя, выкину из головы и займусь делами. Но этого не произошло, – вздох. – Я чуть с ума не сошел, когда ты не ответила на мой звонок, а точка на карте не двигалась с места. Честно признаться, последней каплей терпения моего начальства стало как раз то, что я кинулся спасать тебя, проигнорировав приказ, но не жалею об этом. Вернуть можно практически все, кроме жизни.

И тут я почувствовала, как в носу у меня закололо от подступающих слез. Губа предательски дернулась, и первая слезинка скатилась по щеке.

– Ну, ты чего? – мужчина притянул меня к своей груди и крепко обнял. – Все хорошо…

– Нет, Саш, не хорошо! – я уткнулась лбом в его грудь и шмыгнула забитым носом.

– Почему? – как-то даже растерянно поинтересовался шатен.

– Потому что теперь я буду переживать за тебя! – выпалила и сразу услышала тихий мужской смех.

– Ладно, переживай, только не сильно…

Мы стояли так пару минут, пока за спиной не раздался привлекающий внимание кашель.

– И когда свадебка? – услышала я голос Георгия Васильевича и сразу отстранилась от Страхова. – Давайте, не затягивайте! Я хочу погулять на свадьбе внука!

Я смутилась и опустила голову.

– Дед, так ты уже гулял на моей свадьбе!

– Ну и что? Мне та твоя краля сразу не понравилась, но ты все-равно на ней женился, и что из этого вышло? Внимания ей, видите ли, не хватало, и она подала на развод! Тьфу! – кивок в мою сторону. – А Дарья мне нравится! Так что давай, Сашка, не тормози! – он развернулся, чтобы уйти, а потом вдруг опять повернулся и сказал: – Хватит сырость разводить! Пойдемте завтракать! – и быстро засеменил к дому.

Мы с недоумением переглянулись, а потом Саша, молча, забрал с дров футболку и вернулся ко мне.

– Мне нужно освежиться, – сказал он. – Иди, я скоро подойду.

Коротко кивнув, я улыбнулась и пошла следом за дедушкой, а когда решила оглянуться, заметила, как тепло мужчина смотрел мне вслед. От этого взгляда внутри все подскочило, и я не смогла скрыть повторно возникшую на лице улыбку. Мне было просто хорошо и ничто не могло омрачить этот момент.

* * *

Завтрак проходил спокойно, даже Георгий Васильевич не угрожал расправой ложкой своему внуку, который сообщил, что сегодня нужно будет съездить в город за продуктами.

– А Дашку когда домой отвезешь? – вдруг спросил Демид, небрежно развалившись на стуле. – Нужно начинать разрабатывать план действий.

Страхов мельком посмотрел на притихшую меня, а потом отпил чай из своей чашки и просто сказал:

– Она остается.

Брюнет явно не ожидал такого ответа и резко выпрямился.

– То есть как это? Почему?

– Я так решил, – коротко ответил Саша. – Два чудака с девушкой будут привлекать меньше внимания.

Орлов хмыкнул и вернулся в свое прежнее положение.

– О чем ты говоришь? Ты посмотри на нее! Меньше внимания она будет привлекать только в парандже!

Я сейчас не поняла – он меня страшной назвал или слишком красивой? Вторым вариантом я себя никогда не считала, потому что таких как я сотни на улице – невысокая, с плотным телосложением и пепельно-русыми волосами, которые никогда нормально не лежали в укладке.

– Знаешь, – начала я. – Та брюнетка с ногами от ушей куда больше внимания будет привлекать, чем я, поверь.

Тишина, причем гробовая.

– Я не понял, – Саша отставил чашку с чаем в сторону и посмотрел на брюнета. – О какой брюнетке сейчас идет речь?

Орлов бросил на меня какой-то раздраженный взгляд, но ничего не сказал по этому поводу.

– Ты что, встречался с моей сестрой? – прошипел Страхов, и мне показалось, что он стал еще шире в плечах.

Я замерла, наблюдая за развитием событий.

– Катя приносила мне материалы по делу, – пожал плечами Орлов. – У меня с ней давно ничего нет.

Я удивленно вскинула брови и посмотрела на спокойно пьющего чай Георгия Васильевича. Он будто вообще ничего не слышал.

– Ну ладно, – недовольно проговорил Саша. – С сестренкой я сам позже поговорю.

Несколько минут мы сидели молча, а потом Страхов поднялся и обратился ко мне:

– Поедешь со мной?

Не раздумывая, кивнула и тоже поднялась.

– А ты посуду помой, – бросил он Демиду.

– Ага, – кивнул тот. – Сигарет мне купи.

– Нет, Дёма, курение является причиной развития рака легких, – спокойно ответил Саша, опираясь руками о спинку стула. – А ты мне живым еще нужен. Лучше докопай землю в парниках, – и после этих слов выпрямился,  обнял меня за плечи и вывел из дома.

Мы, молча, сели в тот самый внедорожник, на котором все вместе сюда приехали, а потом не торопясь поехали по дороге, минуя поселок.

– Можно кое-что спросить? – не выдержала я тишины.

Саша мельком посмотрел на меня и вернулся к дороге.

– Я слушаю.

– Вы с Демидом друзья?

Около минуты Страхов, молча, вел машину, но я видела, что он подбирал слова, и я не торопила его с ответом.

– Он скорее был другом Стаса, а не моим, – начал рассказывать мужчина. – Наши семьи тесно дружили, а когда родителей Демида убили, то моя семья приютила его и вырастила. Ему было пятнадцать лет. Они ровесники со Стасом и оба увлекались мотоциклами. Мне же на тот момент было двадцать, и я учился в универе, так что я особо не интересовался делами этих двоих, – Страхов плавно повернул направо. – Позже я ушел служить, а потом меня забрали в секретное учреждение, а через несколько лет ко мне присоединились эти два молодца. Так что Дёма что-то вроде еще одного брата.

– А сестра?

– А Катя позже тоже к нам присоединилась. Отец у нас военный, а мама юрист, так что выбор будущей профессии у нее был невелик.

Я, молча, кивнула, мол, мое любопытство удовлетворено и отвернулась к окну. Посидела немного, перемотала в голове все сказанное мужчиной и опять обернулась.

– А сколько тебе лет? – вылетело у меня, и я тут же поняла, что вопрос слегка каверзных, хотя в моей голове звучал куда безобиднее.

Саша усмехнулся.

– Много, Даша, много, – ответил, не отводя глаз с дороги.

– На сколько «много»? – не унималась я.

– На много «много» – продолжал издеваться он. – Зачем тебе эта информация?

Я пожала плечами.

– Ты же все обо мне знаешь, не так ли? У тебя работа такая. А вот я о тебе ничего не знаю.

– Может оно и к лучшему, что ничего не знаешь?

– Да прекрати! – возмутилась. – Ответь на элементарный вопрос! Выглядишь ты совсем не старым и… – я не договорила, потому, что на меня был направлен чуть обалдевший взгляд карих глаз.

– Мне уже страшно, что ты хотела сказать после «и», – хохотнул Страхов и вернулся взглядом на дорогу. – Мне тридцать четыре, Даша. Я старый трухлявый пень! – и едва заметная усмешка на губах.

Я вспомнила его «трухлявое» телосложение и у меня началось обильное слюноотделение.

– Ну да, – решила я поддержать шутку. – И песок из тебя сыпется! – а сама подумала о том, что елки-палки, у нас с ним разница в возрасте целых одиннадцать лет! Ладно, ничего страшного, к этой мысли вполне можно привыкнуть. Саша не старый дед, в конце концов, и станет им еще не скоро.