Глава 10

Просыпаться в одной постели с мужчиной, которого толком не знаешь и испытываешь к нему смешанные чувства – то еще удовольствие. Я не понимала, как мне быть после случившегося: придвинуться к Демиду и продолжить наслаждаться моментом, или ударить его по наглой спящей физиономии и назвать самовлюбленным негодяем.

В итоге я поднялась, собрала разбросанные по полу вещи и после того как оделась, вышла на улицу подышать воздухом.

На дворе уже был вечер, солнце медленно пряталось за горизонт, украшая небо алым светом. Красиво, не часто увидишь такое, особенно в городе.

Становилось прохладнее и мне пришлось обхватить себя руками, чтобы хоть чуть согреться, потому что заходить обратно в дом не хотелось. Ни с того ни с сего на меня напала своего рода апатия и чувствовала я себя неважно.

Неожиданно зазвонил телефон, и я тут же вытащила его из заднего кармана, рассматривая на дисплее слово «мамочка».

До боли укусив себя за нижнюю губу, я приняла вызов и приложила телефон к уху.

– Привет мам! – отозвалась первой. – Чего ты так поздно?..

– Даша, милая… – голос у нее был взволнованный. – У тебя все хорошо?

По коже пробежала волна дрожи, и я присела на ступени.

– Да, а что такое? – в моем голосе слышалось напряжение. – Мам?..

От ее дыхания в динамик у меня волосы на загривке становились дыбом.

– Мам! – крикнула, не дождавшись ответа, потому что уже начала нервничать.

– Где ты сейчас находишься? – будто не услышав меня, спросила родительница.

– Да объясни мне, наконец, что случилось!

Кажется, я разбудила Демида, потому что он вышел ко мне и встал рядом, рассматривая мое побледневшее лицо с высоты.

– Даша, к нам приходили какие-то люди, приставили к дому охрану. Самый главный, Страхов кажется, сказал, что это для нашей безопасности, потому что кто-то нам может навредить. Что все это значит, дочка? Ты попала в беду? Тебе угрожает Рома?..

Я на мгновение прикрыла глаза и помянула Александра нехорошим словцом.

– Мам, послушай, что я сейчас скажу, – начала я. – Ничего не бойся, папе скажи, чтобы не волновался, потому что я его знаю. История долгая и запутанная, пожалуйста, не заставляй меня сейчас все рассказывать. Со мной все хорошо и я уехала из города…

– Одна?.. – мама шмыгнула носом.

Я опять подняла голову на хмурого брюнета.

– Нет мам, я не одна.

– С мужчиной?

– Да, мам.

– В случае чего он сможет тебя уберечь?..

Пауза, во время которой я продолжала смотреть на Демида.

– Да, мам, он сможет меня уберечь.

После моих слов мужчина отвернулся и зашел обратно в дом, оставляя меня одну.

– Хорошо, – вздохнула мама. – Я прошу тебя, что бы это ни было, береги себя!

– Ладно, вы тоже, – проговорила я. – Люблю вас.

– И мы тебя, дочка! – отозвалась мама, после чего я нажала на «отбой».

Глубоко вздохнув, я почувствовала, что дрожу не от холода, а от напряжения во всем теле. Из-за всей этой неразберихи не только я в опасности, но теперь и мои родители!

Поднявшись на ноги, я развернулась и быстро вошла в дом, желая высказать Демиду все, что думаю о нем.

Я застала его на кухне. Мужчина готовил кофе, когда я вошла.

– Ты мерзавец! – крикнула я, не сводя с него разъяренного взгляда.

 Брюнет на секунду отвлекся от своих дел и мельком посмотрел на меня.

– И что? – спросил он.

– И что? – не выдержала я. – Именно из-за тебя не только моя жизнь, но и жизнь моих родителей в опасности! Вот что! А ты ведешь себя так, будто никому ничего не должен! Ты появился в моей жизни и тут же испортил ее!

Мужчина сделал глоток из чашки и равнодушно посмотрел на меня.

– Я уже сказал, что виноват твой длинный язык, дорогуша. Помнишь? Ты сама навела на себя подозрения в том, что ты моя подружка. К тому же, как я понял, вы со Страховым спелись. Ты не добровольно приняла мое решение ехать со мной, а он тебя заставил. Я прав?

Я молчала, потому что мне нечего было сказать в свое оправдание.

– Так я и думал, – Демид отвернулся от меня. – Пять баллов, – а затем развернулся и лениво вышел вон.

Некоторое время я стояла посреди кухни и смотрела в одну точку, а потом выпрямилась и сорвалась с места. Вбежав в одну из комнат, я поспешно стала собирать свои немногочисленные вещи в рюкзак, решив покончить со всем раз и навсегда, потому что я больше не хотела быть девушкой на побегушках у двух дядь! Я чувствовала себя жертвой непредвиденных обстоятельств и никак иначе! У Демида на лбу не было написано «со мной поведешься – проблем наберешься», так что ко мне претензий быть вообще никаких не должно!..

– Ты куда это собралась? – брюнет остановился в дверном проеме и сложил на груди руки.

– От тебя подальше! – огрызнулась. – Мы друг другу ничего не должны, так что счастливо оставаться! – я попыталась обойти мужчину и выйти из комнаты, но он не позволил.

Схватив меня за плечи, Демид встряхнул меня и зло посмотрел в лицо.

– Ты никуда не пойдешь.

– Ты мне смеешь мной командовать! – заорала в ответ я и стала вырываться. – Я хочу уйти! Не надо меня держать!

Брюнет тихо ругнулся, поднял меня как тряпичную куклу, сделал пару шагов, а потом бросил на кровать.

– Пока нам обоим угрожает опасность, мы будем держаться вместе, – глухо проговорил Демид, нависая надо мной. – Я ясно выразился?

– Яснее некуда, – прошипела я сквозь сжатые зубы. – Раз уж ты тут ставишь условия, то будь добр объяснить мне, почему люди этого Фомы гонятся за тобой? И почему Страхов считает, что ты убил его брата?

На красивом лице брюнета мелькнула недовольная гримаса, и он отвернулся от меня.

– Мы со Стасом работали под прикрытием почти полгода. Я уже говорил, что Фома, он же Руслан Фомин приглашает молодых девушек на пробные занятия в модельное агентство, а потом под предлогом поездки в турне  увозит их за границу, – Демид подошел и сел рядом, опустив голову. – Нашей задачей было взять Фомина с поличным, гаденыш много раз выходил сухим из воды, – вздох. – Стаса раскрыли, завязалась перестрелка, в которой его убили из моего оружия…

– Но как вышло, что именно из твоего? – не поняла я.

Плечи мужчины напряглись.

– Когда я боролся с Фомой, у меня в руке был пистолет. Этот гад оказался проворнее, отвел мою руку в сторону и нажал на курок, как раз в тот момент, когда Стас спешил мне на помощь. Он убил моего лучшего друга моими руками.

От услышанного рассказа  у меня по спине побежали мурашки.

– Мне жаль, – тихо проговорила.

Брюнет выпрямился, но на меня не посмотрел.

– Я стал охотиться за Фоминым. Помешался. Плевал на приказы начальства. Тем временем тело Стаса обследовали специалисты, извлекли пулю, а потом в ящике моего рабочего стола нашли пистолет, который я потерял тогда, потому что кинулся к Стасу, не замечая ничего вокруг. Как все гладко сложилось, – Демид горько усмехнулся. – Я «слетел с катушек», а мне в это же время подкинули пистолет, после чего все решили, что это именно я убил своего напарника, потому что перешел на сторону Фомина. Конечно, прямых доказательств не было, но, тем не менее, меня отстранили от работы до выяснения обстоятельств и запретили покидать страну. Я же просто переехал в другой город и слежку за Фоминым не оставил.

Ладно, ситуация более-менее разъяснилась, но все же мне кое-что не ясно.

– Но если нет прямых доказательств, почему Александр гоняется за тобой и хочет засадить за решетку?

– Потому что он уверен в том, что это сделал я.

– И почему он так уверен?

Мужчина пожал плечами.

– Потому что я никогда не отличался хорошим поведением. Да и со Стасом мы частенько ругались, хотя дружбу это не портило. Я главный подозреваемый, как ни крути.

– А Фома? Что ему от тебя нужно?

Неожиданно на лице Демида мелькнула дьявольски довольная улыбка, и он достал из-под ворота футболки флешку на цепочке.

– Ему нужна запись. Я откопал то, что сможет развязать мне руки и добраться до всех его грязных дел без препятствий.

– Почему ты не отдал ее Александру к примеру?

– Как же много «почему», – пробормотал брюнет и засунул флешку обратно. – Потому что крысой может быть кто угодно. Я не могу сейчас рисковать. Нам нужно попасть к одному человеку, он сможет нам помочь.

Я чуть нахмурилась.

– Что за человек?

Демид обернулся ко мне.

– А это уже секретная информация, дорогуша…

* * *

Несмотря на красивый закат, ночью началась сильная гроза, из-за которой я никак не могла уснуть, и дело было не в том, что мне мешала непогода – я банально ее боялась. Я ничего не могла с собой поделать, потому что боязнь грозы преследовала меня с самого детства.

Уснуть я смогла только, когда все стало затихать, а через каких-то два с половиной часа меня разбудил Демид и сообщил, что нам пора в дорогу.

Кое-как разлепив глаза, я умылась и, подхватив с вечера собранный рюкзак, вышла из дома следом за брюнетом.

После ливня на асфальте остались лужи, а в воздухе витала прохлада, поэтому мне пришлось притормозить и натянуть поверх майки худи с мордой енота.

– Ну и что дальше, мистер тайный агент? – проворчала я, завязывая волосы в пучок. – Фургон мы оставили вообще-то в другой стороне…

– Мы на нем не поедем, – тихо ответил мужчина, рассматривая припаркованные у дороги автомобили, а потом неожиданно двинулся к старенькой зеленой «Ниве», по пути доставая что-то из кармана штанов.

Не успела я и рта открыть, как он взломал и открыл водительскую дверь.

– Залезай, – коротко сказал Демид, садясь за руль. – Нужно ехать.

Оглянувшись по сторонам, я нахмурилась, но в машину все-таки села. Не прошло и минуты, как брюнет завел транспортное средство с помощью каких-то проводов и мы двинулись в путь.

– Ты угнал машину, – осуждающе проговорила я, разглядывая профиль мужчины. – Может у ее владельца, кроме нее, нет ничего! Ты подумал об этом?

Демид фыркнул.

– А на чем, по-твоему, мы должны добираться до места? Пешком?

– Да хоть как! Но ты отнял у незнакомого человека его собственность, какой бы та не была!

– Мне начинать переживать об этом? – равнодушно отозвался брюнет. – Прости, у меня своих проблем куча, мне некогда переживать за владельца какой-то рухляди, – он мельком взглянул на меня. – А будешь умничать, и пытаться достучаться до моей совести – запру в багажнике.

Аргумент был хороший, поэтому я решила больше не продолжать эту тему, хотя владельца нивы было все еще жалко. Вот он на работу соберется ехать, а машины-то на месте нет…

– Так куда все-таки мы едем? – спросила после недолгой паузы.

– К моему старому знакомому. Он даст нам временное пристанище и поможет добраться до Фомина.

Я скривилась.

– Ты уверен, что твоему «старому знакомому» можно доверять? – почему-то решила уточнить я.

– Уверен, – ответил брюнет. – Других вариантов я пока не вижу.

Ну ладно, ему виднее.

Мы ехали уже около часа: спина у меня затекла, попа тоже, но Демид не хотел останавливаться, а очень зря, потому что буквально через три километра на обочине мы заметили одинокую машину гаи. В этот момент я  была более чем уверена, что нас обязательно остановят, документов не увидят, вследствие чего мы отправимся за решетку до выяснения всех обстоятельств, где станет ясно, что Демид предполагаемый преступник и угонщик, а я… а я просто мимо проходила.

– Самое время продемонстрировать свое актерское мастерство, – нервно проговорил брюнет, не сводя сосредоточенного на дороге взгляда.

– Что? – не поняла я. – О чем ты? Разворачивайся и ищи другой путь!

Демид сжал зубы, оглянулся на заднее сидение, тут же протянул руку, и сразу кинул мне на колени старый мотоциклетный шлем. Бог знает, как он оказался в угнанной нами «Ниве».

– Суй его под кофту и притворись, что у тебя начались схватки. Кричи, стони, делай что хочешь, но нас должны сразу отпустить без предъявления документов! – заявил мужчина, вцепившись в руль руками.

Да он издевается надо мной!

Поминая мужчину бранными словами, я тут же сделала все так, как он сказал, и обхватила «живот» руками, чтобы шлем случайно не выпал и наша ложь не раскрылась.

Не теряя ни минуты, я выдавила на лице гримасу боли, начиная быстро-быстро дышать. На схватки, наверное, походило мало, скорее всего, было похоже, на приступ внезапной диареи…

Нас остановили как раз в тот момент, когда я вошла в роль, неся какую-то чушь, спонтанно приходящую мне в голову.

Мужчина в форме медленно обошел капот машины, настороженно рассматривая нас, а потом приблизился к водительской двери и склонился к окну, зажимая свой полосатый жезл под подмышкой. Интересно, за что его сослали сюда одного в такую рань?

– Младший лейтенант Соколов, ваши… – он не договорил, потому что я опять закричала, потом захныкала, закатывая глаза так, будто в меня бес вселился.

– Младший лейтенант, я тут рожаю! – закричала я, срываясь на визг. – Вы умеете принимать роды? О-о-о, как же больно!..

Парень побледнел и, кажется, пошатнулся, не сводя с меня увеличивающихся в размерах глаз.

– Гражданочка, спокойно, я…

– А-а-а! – опять закричала я. – Милый! Я больше не могу! Вези меня скорее в больницу!

Демид, тоже вошедший в роль, обернулся к пареньку.

– Друг, давай в другой раз, ведь правда прямо сейчас родит!

Младший лейтенант судорожно закивал.

– Счастливого п-пути! – заикаясь, проговорил он , а потом выпрямился и  отошел подальше от машины.

Решив не медлить, брюнет сорвался с места и поехал вперед, расплываясь в довольной улыбке.

Я же тем временем села ровно и убрала со лба волосы.

– Молодец, Дашка, – похвалил он. – Талантище!..

Я хмыкнула, достала из-под кофты каску и кинула туда, где она была ранее.

– Что бы ты делал без меня… – наигранно вздохнула.

– Убил и скинул в канаву, – пожал он плечами, игнорируя мой ошалевший взгляд. – Ну, а что? Увы, выбор не большой.

Закатив глаза, я отвернулась к окну, припоминая события пятиминутной давности, а потом не выдержала и засмеялась. Да уж, нужно было видеть лицо младшего лейтенанта в тот момент, когда я заявила ему о принятии родов!

– Даш, смех без причины – признак дурачины. Знаешь об этом?

Утирая появившиеся от смеха слезы, я обернулась к Демиду.

– Да ты вспомни его лицо! Младший лейтенант явно не ожидал такого поворота!

Брюнет тоже засмеялся.

– Да, весело получилось. Но ты зря каску-то откинула, она еще может нас не раз выручить…