Глава 6. Марго

Когда я вышла из кабинета Вадима, меня просто разрывало на части от злости и обиды. Какой же мудак все-таки! И за что он со мной так?

Кого я обманываю? Понятно, за что он так со мной. Он ненавидит меня. Всё еще не простил. И, видимо, прощать не собирается. Хуже всего, что теперь он может использовать служебное положение для своей мести. И одному Богу известно, на сколько при таком раскладе хватит моего терпения.

Не говорить никому о том, что было между нами? Да после такого обращения со мной он не заслуживает даже воспоминаний. Ненавижу!

Сейчас мне больше всего хотелось выцарапать ему глаза. Но деловой этикет такого не предусматривает.

Впервые я подумала о том, что деловой этикет – это полная чушь. Разве можно все грани межличностных отношений вписать в какие-то нормы и правила? Разве можно было представить, что все так повернётся?

Конечно, я не ждала, что он будет рад меня видеть. Но чтобы так унизительно отправить меня на испытательный срок. Это же просто подло! Ненавижу!

Разъяренной фурией влетаю в свой кабинет и закрываюсь там, громко хлопнув дверью. Глядя на падающую от удара штукатурку, я немного успокаиваюсь. Но делу этим не помочь. Нужно просто как-то продержаться здесь ещё год. Что он может мне сделать в конце концов? Уволить? Хотел бы, уже б уволил. А раз не уволил, значит, я ему для чего то нужна. Боже, надеюсь, не для того, чтобы повышать свою самооценку, унижая меня при каждом удобном случае.

Усилием воли прекращаю свой внутренний монолог и возвращаюсь к работе. Нет другого способа отключить мозг от личной жизни, кроме изучения финансовой отчётности. Время пролетает незаметно, час за часом. Я успеваю переделать кучу работы, когда раздаётся стук в двери.

– Войдите, – поднимаю глаза на вошедшего Марка Олеговича. Он приветливо мне улыбается, и я улыбаюсь в ответ. Вот кто относится ко мне по-человечески.

– Может, сходим выпить кофе, – предлагает он с порога. А я думаю о том, что прямо сейчас не отказалась бы от кофе. Особенно, если в приятной компании.

– Не откажусь, – говорю ему, и он довольно улыбается.

– Тут недалеко есть приличное кафе. Вкусный кофе, а пирожные просто улёт. – Предлагает, не понимая, что для меня даже запах этих пирожных сродни пытке. Борьба за стройность никогда не бывает без жертв. И хорошо, если жертвами падут лишние килограммы, а не моя сила воли.

– У меня много работы, – все, что угодно, только бы уйти от соблазна. – Может, сходим в наш офисный кафетерий? Не хочу отлучаться надолго.

– Что, совсем тебя замучил наш директор? – от воспоминания о недавнем разговоре с Вадимом, меня передергивает. Тряхнув головой, отгоняю от себя все непрошенные мысли.

– Не без этого, – отвечаю, закатив глаза, и Марк очень по-доброму смеётся в ответ.

– На самом деле, он не так плох, как кажется. Ты просто плохо его знаешь.

Нет, не так. Я его совсем не знаю. Когда-то давно, я была уверена, что знаю его. Но этого мстительного засранца, которого встретила теперь, я точно не знаю.

– А ты его знаешь, значит? – улыбаюсь лукаво.

– Знаю. И очень хорошо. Мы учились вместе.

Мне трудно представить каким Вадим был в юности. Наверняка, он был заносчивым занудой.

– Не представляю его в юности. – В задумчивости я не замечаю, что произнесла это вслух.

– Если захочешь, расскажу за кофе.

В кафетерии беру себе чёрный американо, сахара одна ложка – даже тут себя ограничиваю. Марк выбирает себе эспрессо. Он сидит напротив меня, поглядывая на меня с улыбкой. Я чувствую, что нравлюсь ему, и что он не против более близкого знакомства. Конечно, я против отношений на работе. И, конечно, эти отношения, если я решусь на них, заранее обречены на провал. Даже, если не брать в расчёт то, что он мой коллега, и я всегда выберу работу, а не его. А такой выбор рано или поздно станет. И мой выбор ещё ни одного мужчину не обрадовал. Но, стоит ему узнать, что у меня есть ребёнок, как я увижу его сверкающие в пробеге пятки. Говорят, что дети – это наша сила. А на деле, никто не хочет брать на себя ответственность за чужого ребёнка.

Нет, я не питаю иллюзий насчёт мужчин. И не жду от них благородства. Просто иногда мне хочется, чтобы меня принимали такой, как есть. А не только любовались тщательно встроенной картинкой. В тот же миг заглушаю в себе незваные эмоции. Выработанный за годы работы на должностях разного уровня цинизм не даёт моим мыслям уплыть на розовое облако фантазий.

Марк, будто невзначай, накрывает мою руку своей. Он приятно гладит мою ладонь большим пальцем, запуская по телу табун мурашек.

Я смотрю на его руку, на красивые длинные пальцы. Потом поднимаю взгляд и натыкаюсь на человека за стеклом кофейни.

Вадим стоит за стеклом и смотрит на нас с Марком. И, наверное, хорошо, что Марк сидит к нему спиной и не видит этот взгляд, в котором столько ненависти и обиды, что я невольно одергиваю руку и отворачиваюсь в сторону.