Глава 1

На экране ноутбука появилось сообщение, отвлекающее Бонни от выбора одежды.

BlackKnight: «Привет. Как твои дела, фея? Был очень занят на работе, поэтому не писал. Ты же не обиделась?»

Девушка недовольно хмыкнула, однако ее лицо невольно растянулось в улыбке.

— Я ждала твоего сообщения. Теперь и ты подождёшь меня! — гордо вскинув подбородок, она принялась снова перебирать одежду:

— Нужно что-то менее строгое, — бормотала она в задумчивости, делая вид, будто ее вовсе не беспокоит зависшее на мониторе сообщение, — все-таки это не какой-нибудь офис…

Не выдержала. Кинулась к ноутбуку и принялась резво стучать по клавишам. Она писала долго, тщательно подбирая слова и нервно поглядывая на часы:

— Чертово собеседование, — бубнила она недовольно, — я не могу опоздать.

Остановилась. Оценила напечатанный текст:

— Выглядит так, будто я только того и ждала, что он мне напишет, — в ее голосе прослеживалась досада, однако она безжалостно нажала backspace, и недовольно нахмурила курносый носик, — только зря время потратила.

Теперь она набрала холодное: «Я тороплюсь на собеседование. Мне некогда» — и нажала enter.

— Так-то лучше, — довольно потёрла ладони и схватила первое попавшееся платье. Ведь теперь думать о том, во что нарядиться совсем не осталось времени. Да и мысли теперь были далеки от предстоящей встречи.

Она снова услышала сигнал сообщения и сжала кулаки:

— Ну уж нет! Я не такая легкая добыча, мистер! Прочту, когда вернусь домой, — и поспешила в коридор, пока ее решимость не рухнула от звуков всё прибывающих сообщений, — все правильно. Мне нужен боевой настрой. А если я расскажу ему всё, он смягчит мою злость. Как всегда, — говорила она с зеркалом, приводя в порядок копну светлых волос, — однажды поделюсь с ним и этой стороной своей жизни… Но сначала мне нужно подсыпать клопов в малину одному мерзавцу, — коснулась губ помадой винного оттенка и уже через пару минут выбежала за дверь, хваля себя за стойкость перед обаятельным незнакомцем, так и не взглянув на экран.

BlackKnight: «Ты не рассказала, куда идёшь на собеседование?»

Девушка на высоких шпильках, уверенно сбежала по ступенькам. Подол лёгкого персикового платья того и гляди пытался подхватить летний ветерок.

«С каких пор я стала с таким нетерпением ждать его сообщений? Мы знакомы уже много лет, но я так ни разу и не видела его. Может это вообще какой-нибудь отец семейства, развлекающийся на пенсии, или же женщина с агорафобией решила удовлетворить своё альтерэго онлайн? — она усмехнулась своим мыслям, — Какая разница? Даже если так, мой «чёрный рыцарь» стал слишком важной частью моей жизни. Он единственный человек, не судящий меня по внешности. Как же бесит вся эта предвзятость к блондинкам с четвёртым размером. Меня никогда не воспринимают всерьез. А он, не зная как я выгляжу, ценит только мой внутренний мир. Все остальные переписки так или иначе сводились к предложению встретиться. Это нормально. Каждый человек в итоге хочет сопоставиться своё представление о собеседнике и реальную картинку. И если картинка не соответствует, общение неловко сводится на нет. Я не исключение, пожалуй. Ведь мне тоже интересно, как выглядит друг, с которым я общаюсь много лет. Однако я сдерживаюсь от предложения, ведь в моей голове тоже есть важный образ, который я не хочу разрушать. Хотя… можно долгое время жить с человеком под одной крышей, будучи уверенным, что он твой друг, брат, отец… не важно. Думать, что ты знаешь его. А потом в одну секунду окажется: друг предатель, брат мошенник, а у отца и вовсе другая семья», — на этой грустной ноте, она опустилась на сиденье в автобусе и, покопавшись в сумочке, выудила наушники.

С детства у неё было всё. Не только внешность, которая помогла быть не обделённой вниманием. Она привыкла и к материальному благополучию, и к духовному развитию, подаренному дружной семьей. Хорошая школа, уроки рисования, брендовая одежда — никогда не интересуясь, откуда это все. Как само собой разумеющееся, ведь так было всегда. Все игрушки и платья, которые Бонни хотела, тут же оказывались в ее распоряжении. «Маленькая фея Бон-бон» — так звали ее домашние, и всегда норовили порадовать всеобщую любимицу. Не сказать, что они жили богато, однако выражение «в достатке», когда-то идеально вписывалось в картину ее семьи.

Все изменилось, когда ее брата посадили в тюрьму. Бонни пришлось неожиданно повзрослеть и узнать цену деньгам, которых теперь катастрофически не хватало, вместе с этим пришло понимание: с тех пор, как родители отправились на заслуженный отдых — на пенсию, все, что Бонни имела в жизни, было заслугой брата. Будь то новая машина для папы или же билеты в театр на всю семью, новый мольберт для юной художницы и ежедневные праздничные ужины… Оказалось, сложно оставаться дружной семьёй, когда на привычное «духовное развитие» просто не осталось средств.

Когда брата обвинили в мошенничестве, бизнес, который он построил с другом, развалился, и все счета оказались замороженными. Семейство Мэтьюз вдруг обнаружило, что не в состоянии оплатить даже счёт за электроэнергию.

Очень «кстати» оказалось и то, что главу семьи давно ожидала лучшая жизнь с состоятельной поклонницей, что сильно травмировало миссис Мэтьюз. Она так и не смогла оправиться от депрессии, в качестве терапии проводя время за бутылкой вина. Или чего покрепче. К тому же, остаткам некогда дружной семьи, в лице старшеклассницы Бонни и, потерявшей всякую цель в жизни, миссис Мэтьюз, пришлось переехать в небольшую квартирку на окраине, где Бон успела возненавидеть свою новую школу, жилище, людей и… того мужчину, что стал виной всех обрушившихся на них неприятностей.

Она много размышляла об этом: когда-то родители были добры ко всем окружающим, пока это было взаимно для них. Но этот человек… Они приютили его, ведь у мальчишки умерла мать, а его отец по полгода пропадал в море. Кто-то должен был присматривать за подростком, и чета Мэтьюз вызвалась помочь старому другу, приняв его сына в своём доме. Он стал членом семьи.

А потом. Мальчишки выросли. По словам родителей Бонни: этот предатель заманил её брата в сомнительный бизнес и, когда их поймали, сделал вид, что не имеет к этому делу никакого отношения, и со спокойной душой переключился на свой второй проект — сеть ресторанов «Lowland», хотя в то время это был всего один ресторан.

Бон, будучи на десять лет младше брата, ничем не смогла ему помочь тогда. Но на протяжении нескольких лет она думала о несправедливости, свалившейся на ее семью. Если бы тот человек не приехал тогда со своей «отличной идеей», ничего этого не произошло бы. Родители Бонни были уверены, что их сын ни в чем не виноват, и лишь взял на себя ответственность за своего друга. Тогда как сама Бонни, отчасти вдохновлённая речами родителей и испорченной жизнью, считала, что ответственность лежит на обоих «бизнесменах», однако одному из них удалось избежать ее, скинув все на друга.

«Если правосудие не в силах, значит, я самостоятельно научу этого мерзавца отвечать за свои поступки! Берегись Итан Вилкинс!»

Видимо глубоко зарывшись в мысли о своей мести, она едва не врезалась в дверь «служебного входа ресторана «Lowland».

Я же не опоздала? Ну, если только самую малость. Черт. Я собралась завалить свою миссию из-за «друга по переписке». Хотя, чего греха таить, он не просто случайный собеседник. И именно поэтому меня злит, когда он вот так пропадает.

— Какие ещё мастер-классы? У меня и без того дел навалом! Занимайся лучше своей работой, вместо того, чтобы пытаться придумать мне новую. Неужели больше нет поваров, которые могли бы научить детишек готовить! — гремел голос из-за стены, — Что значит пропала? Ещё пару дней назад ты заверял меня, что у тебя все под контролем?

Кажется, я впала в транс от звука столь знакомого некогда голоса.

— Бонни Мэтьюз? — я кивнула на автопилоте, отбрасывая навязчивые мысли, — Можете пройти, — приятная женщина протянула мое резюме и указала на дверь, из-за которой только что доносились звуки, напоминающие раскаты грома.

Я попыталась взять себя в руки, однако чувствовала, как мои коленки дрожат.

Зачем я вообще здесь? Что я собираюсь делать, если он не примет меня? Кому я нужна? У меня даже образования подходящего нет. Может, стоит уйти пока не поздно? Но как жить с неудовлетворенной местью? Почему мой брат страдает, пока этот негодяй потчует на лаврах? Град вопросов в моем сознании смахивал на паническую атаку.

Я глубоко вдохнула и, отбросив сомнения и вспомнив все заранее продуманные речи, шагнула в кабинет.

— Здравствуйте, — будто не мой голос, куда подевалась решимость, владевшая мною на протяжении вот уже нескольких лет.

Я застыла словно статуя, увидев статного мужчину за столом. Он так изменился…

— Вы можете быть свободны! — отрезал «предмет моего оцепенения», даже не поднимая на меня глаз.

Что?!?!

Подбирающаяся к горлу меланхолия тут же развеялась, уступая место возмущению:

— П-простите? — такого развития событий в моих планах не предвиделось.

— Прощаю. Соответствующего образования — нет, опыта работы — нет, элементарной дисциплины, в виде минимальной пунктуальности, — он поднял глаза и вызывающе вскинул бровь, явно оценивая мой внешний вид, — и делового дресс-кода, у вас нет, — его интонация слегка изменилась.

Эти чертовы глаза. Столько воспоминаний навалилось разом, что я забыла все заготовленные тексты.

К черту меланхолию! Нужно собраться!

— Я знаю, что не отвечаю требованиям Вашего ресторана, — промямлила я, — но…

— Раз Вы и сами всё знаете, тем лучше, — перебил меня нахал, — Мне не нужна пустоголовая кукла на моей кухне.

Да как он смеет!

— Вам бы тоже не помешало немного дисциплины, — не смогла удержаться я, начиная обороняться, — хамить девушке, считая, что Вам все известно лишь оценив внешний вид? «Пустоголовая кукла» считает, что вам не хватает такта, по меньшей мере!

— Я оценил не только Ваш внешний вид, но и Ваше резюме, так что не пытайтесь обвинить меня в предвзятом мышлении, — его холодный голос отрезал слова будто бритвой, — если Вы закончили, то можете быть свободны! — безапелляционно закончил он.

Ну уж нет! Не на ту «пустоголовую куклу» нарвался!

— Судя по всему, Вы даже в него не взглянули, — я в гневе преодолела расстояние отделяющее меня от мужчины и припечатала лист бумаги к столу прямо перед его носом, злобно рассуждая, что, похоже, мой план мести провалился задолго до попытки воплощения, — держу пари, Вы даже имени моего не знаете…

Очевидно, моя выходка хоть немного вывела грубияна из равновесия. Секунда замешательства. И…

Что это? Он что сейчас улыбается?

— Это не имеет значения, — проговорил он тихо, слегка подаваясь вперёд, — так как мы, вероятно, больше не встретимся.

Я развернулась на ватных, от его неожиданной реакции, ногах и направилась к двери.

— Мы рассмотрим Ваше резюме, и если Ваша персона нас заинтересует, мой администратор свяжется с Вами, мисс… — повисла пауза, и вот тут-то я обернулась, желая понять, почему он вдруг замолчал, — Мэтьюз? — он взглянул на меня совершенно иначе. Даже не представляю, что таилось за этим взглядом. Растерянность? Он будто замёрз на мгновение. Затем ещё раз окинул меня с ног до головы, прищурился и нагло ухмыльнулся:

— Бонни Мэтьюз.

Вспомнил меня?

— Почему вдруг ресторан? Вы ведь художница?

Хочу испортить то, что тебе дорого…

— Образование — это лишь формальность, которую обычно либо навязывают родители, либо выбирают по глупости. Сложно зарабатывать, оставаясь верной своим детским фантазиям. Теперь я повзрослела и определилась с жизненной целью, — без доли смущения рапортовала я заученный текст, — Скоро начнутся курсы для поваров…

— Думаю, Вы бы эффектно смотрелись на открытой кухне, — задумчиво пробормотал Итан, вновь не дав мне возможности договорить, — Придётся обучать с нуля, — он будто бы говорил сам с собой, — но оно того стоит, — снова усмехнулся каким-то своим мыслям. От этой его реакции становилось неловко, но кажется эта ситуация работала на меня, — почему именно этот ресторан?

— Я слышала, что Вы преподаете лучшие уроки в своём деле…

— Придётся пройти все уровни. Готовы чистить картошку и мыть посуду?

Он надеется, что я испугаюсь тяжёлой работы и сбегу?

— Если потребуется, то и унитазы, — ой, зря я это, больно хищный у него взгляд. Как бы не вышло, что ещё он на мне отыграется, а не наоборот, как было изначально задумано.

— Что ж, — он в задумчивости потёр подбородок, — тебе придётся доказать, что за привлекательной внешностью скрывается нечто стоящее.

Я вспыхнула от сомнительного комплимента, даже не придав значения, как ловко он сменил официальный тон.

Привлекательной внешностью? Это он обо мне? Хотя, всё лучше, чем «пустоголовая кукла».

— Если ты действительно готова, со следующей недели можешь приступать.

Я была так поражена его неожиданной переменой, что лишь кивнула и побрела к выходу из кабинета.

Он узнал меня? Понял кто я? Или же моя «привлекательная внешность» заставила его поменять решение? Я что-то упускаю? Если бы он понял кто я, это значило бы, что он помнил о моем существовании… Тогда зачем стал бы оставлять при себе?

Мои мысли развеял звонок телефона, и я в растерянности обернулась. Но обнаружив, что новый босс уже забыл о моем присутствии, отвечая на звонок, дернула ручку двери.

— Да, — снова послышался его голос, — да всё, я сам нашёл. Но если мне снова придётся выполнять твою работу, то я могу посчитать, что зря трачу деньги на таких бесполезных долбо…

Я закрыла за собой дверь.

Не могу поверить. Я справилась? Ещё пять минут назад я была уверена, что с треском провалила свою миссию.

Поддававшись любопытству, я заглянула в кухню. Это помещение больше смахивало на стерильную операционную. Серебристо-белая. Теперь мне предстоит здесь работать? О чем я только думала? Я ведь даже глазунью на завтрак не всегда могу приготовить без потерь.

Ладно уже. Разберусь по ходу дела…