ГЛАВА 20

Дни ожидания прибытия Дика были заняты приручением народа, мы с королем много времени проводили вместе, раздавая милостыню, посещая лекарские дома в округе и столице. Люди стекались отовсюду, чтобы прикоснуться к нам. Я видела, что Генрих, общаясь с людьми, говорит мягче, немного выразительнее, чем в замке. Он пожимал протянутые к нему руки, отвечал на вопросы.

Удивительно, но народ любил его, и я не могла понять, почему. Ведь он каменный, заносчивый, невыразительный.

- Дела, - ответил на мой вопрос лорд-канцлер. – Народ судит по его делам. Как и вас будет судить по делам. Ему не нужны улыбки короля. Ему нужна помощь и справедливость.

Генрих устраивал часто суд на главной площади, где любой мог обратиться к нему за справедливостью. Я сидела рядом и училась его способности рассуждать и судить так, чтобы оппоненты уходили в мире.

- Я искренне восхищаюсь вашей способностью приводить людей к согласию, - не выдержала я на второй день, когда мы возвращались с суда, прогуливаясь вдоль озера. – Я так не смогу.

- Сможете, леди Эллен. Все, что нужно – отстраниться. Не поддаваться эмоциям. Открыться тому, кто уже все знает, - король подставил лицо солнцу.

- Это вы сейчас про Всевидящее Око? – заинтересовалась я.

Король чуть качнул головой.

- Нет. Это не зависит от того, в одного бога вы верите или в нескольких. Это то, что над вашей верой. Над всем. Вы доверяетесь этому свету, и он ведет вас. Не я сужу людей. А он. Я лишь проводник.

- А обо мне вы у него можете спросить?

Король вдруг остановился, повернулся ко мне. У меня от его странного глубокого взгляда часто забилось сердце. Стало не по себе.

- Я спрашивал. И он ответил, что моя победа в ваших руках, леди Эллен. И я не знаю, что это значит.

- Раз так… Значит, я сделаю все возможное для этого.

Король чуть кивнул и пошел дальше.

- Я знаю, вы не доверяете мне, - осторожно начала я.

- Не доверяю. Но проверять вас больше не стану. Вы поступили хорошо. Я могу лишь надеяться, что так будет и дальше.

- Поверьте, я не служу своему отцу, - робко вставила я. Но Генрих ничего не ответил. Мы молча шли некоторое время, и я начала ругать себя за то, что вообще начала этот разговор, когда король вдруг нарушил молчание.

- Когда приедет лорд Дик, мы начнем собираться. Сейчас, когда Микеле Вислы устранен, наши отношения с Виссарией и Измиром подпорчены жалобными письмами Маргариты. Вам нужно заключить перемирие с этими государствами. Я направил письма для договоров о ненападении к государям Измира и Виссарии. Вы поедете на встречу. Нужно добиться от них надежного тыла для Франкии. С Альбионом такой договор есть. Но нам нужны гарантии, что Измир и Виссария не нападут.

- Какие интересы могут быть затронуты?

Мелкий гравий на дорожке приятно шуршал под нашими ногами. По правую руку простиралось озеро с удивительно прозрачной голубой водой, за ним виднелись зеленые холмы берегов. По левую руку на некотором расстоянии поднимались стены города, за которыми постепенно вырастал палаточный городок для войск Альбиона, а прямо перед нами на озере стоял королевский замок. Я до сих пор не рассказала королю, что шпионила за ним поначалу и знаю, что по утрам он фехтует с неизвестным человеком. Это было уже неважно. Меня больше не волновала амурная сторона жизни Генриха. Любопытство было удовлетворено, мне пришлось смириться, что бывают мужчины, ставящие вопрос чести и достоинства выше похоти даже в этом мире.

- Виссария в обиде на Франкию за то, что та поддержала Измир в их войне. Из-за этого Виссария потеряла много земель. Но при этом она остается сильной морской державой, контролирует большую часть Северного моря. Виссарийцы прославленные торговцы, но их богатствам постоянно угрожает Измир с юга и племена годдов с востока, которые то образуют одно государство, то дробятся на мелкие княжества. Сейчас они снова идут к соединению. И это угроза для Виссарии и Измира. Но если измирцы прекрасно воюют на суше, то виссарийцы нет.

- То есть Виссарии интересен мир с измирцами и франкийцами. Только давняя обида мешает? – я украдкой посмотрела на короля. Он шел прямо, разглядывая замок, но я была уверена, что перед глазами у него политическая карта.

- Да. Измирцы посложнее. Они прочили одну из своих принцесс в жены Микеле Вислы, потому что знали, что он, скорее всего, станет моим наследником. Теперь же этот вариант утерян. Они надеялись получать водные ресурсы Франкии и делать отводные каналы из наших озер. Они могут посулить Виссарии что-нибудь для объединения против нас. Если нас зажмут в тиски халифат и эти два государства, то Франкии наступит конец. Вам предстоит объединить двух врагов для нашего общего блага.

- Ваше величество, а почему вы не сделали этого раньше?

- Потому что я решил, что этим займетесь вы.

Ветер порывом набросил мои распущенные волосы мне на лицо.

- Вы это специально! – расхохоталась я.

Но король серьезно огляделся вокруг.

- Нет, это всего лишь ветер.

- Всего лишь? – ехидно спросила я. – Ваш плащ даже не шелохнулся.

- Вы же не станете утверждать, что я шутил над вами? – монотонно спросил король.

Иногда я переставала понимать его совершенно. Он вроде бы и не плохой, не жестокий, но почему такой безучастный? Хотелось его растормошить, особенно когда я видела, с какой любовью смотрят на него люди. Если бы король умел проявлять эмоции, он бы сам стал счастливее и сделал бы счастливее людей вокруг.

- А почему вы не посватались вперед Микеле к принцессе Измира? – спросила я.

Тень набежала на лицо короля Генриха. Я притихла. Некоторое время он шел молча.

- Простите меня за вольность, - тихо извинилась я. Было очевидно, что есть какая-то тайна или несчастье, что сковало Генриха, и все вопросы о женитьбе портили ему настроение.

- До вас, леди Эллен, женитьба не входила в мои планы, - сухо ответил он.

И нас женили насильно друг на друге. Я начинала понимать, что королю наш брак тоже представляется оковами, поэтому еще сильнее надеялась на свободу после окончания войны.

Леди Сандра полностью ушла в подготовку моих и своих нарядов для встречи лорда-командующего. Она была сильно возбуждена в эти дни, постоянно вызывала портных и ювелиров, наслаждалась подготовкой и примеркой. Видимо, капитан Уилкор сильно запал ей в душу.

Лекции епископа Гамаса проходили теперь у меня в гостиной, с нами сидела Нисия. Епископ постоянно нажимал на то, что монархи должны прислушиваться к мнению духовных отцов, потому что так их решения будут правильнее. Я не пыталась его переубедить, но спрашивать его мнения ни о чем не спешила. И это его, похоже, немного раздражало.

Я штудировала историю Измира, Виссарии, Франкии, чтобы понять, есть ли какие-то возможности для общего согласия. Мне нужны были аргументы для защиты позиций Франкии.

Алессио и Витторино помогали мне в изучении возможных вариантов. Мы поднимали старые договора, изучали донесения наших информаторов из этих стран. Иногда я засиживалась до поздней ночи, и утром, когда мы отправлялись в храм Всевидящего Ока на ритуал поклонения, я отчаянно зевала в карете.

- Витторино жалуется, что вы совсем себя не жалеете, - сказал король на четвертый день. – Я не просил вас изматывать себя, леди Эллен.

- Но мне нужно понять, что за отношения нас связывают с этими странами, чтобы знать, как действовать, - возразила я, пряча очередной зевок.

- Я благодарен вам за труд, - вдруг сказал король.

Это было его второе «спасибо» мне после ритуала мытья ног. Я замерла, не зная, что ответить, но в этот момент мы подъехали к храму.

Во время раздачи милостыни я следовала совету Витторино: улыбалась королю, открыто с ним кокетничала, дотрагивалась до него, когда, раздав монеты из своего кошелька, лезла рукой в его. Он по-прежнему ничего не выражал, и я не знала, раздражает его это или нет. Но я уже стала привыкать к нему, и иногда улавливала в блеске глаз или мимолетном колебании интонации его истинные настроения.

И вот настал момент, когда на всех дозорных башнях Эмеральда зазвонили колокола. Их радостный перезвон означал, что к городу подходят войска лорда Дика. Какие-то части прямиком отправились на фронт, не останавливаясь, а вот несколько отрядов прибыли в столицу, чтобы засвидетельствовать исполнение Альбионом договора и доставить артефакты.

Замок пришел в активность разорённого муравейника: все кругом суетились, копошились, постоянно что-то перетаскивали и переставляли, подъезжали одна за другой телеги с провиантом, их разгружали, из распахнутых окон гигантской королевсой кухни разносился аромат трав и пряностей.

Леди Сандра была возбуждена до такой степени, что случайно опрокинула вино на мое праздничное платье. Нисия ударилась в слезы: девушка восхищалась этим нарядом, готовила его очень тщательно, и вот: все ее старания пошли насмарку.

- Ничего страшного, Нисия, я просто надену другое, - я постаралась успокоить служанку. Леди Сандра расстроенно пыталась оттереть вино с подола – занятие бесполезное.

- Идите, леди Сандра, займитесь своим туалетом. А меня оденет Нисия.

- Я не хотела, леди Эллен, - обиженно сказала леди Сандра.

- Я и не сомневаюсь.

Но просмотр платьев показал, что у меня внезапно не оказалось ничего достойного праздника.

- А где те три платья, что должны были прибыть сегодня? – спросила я. – На завтра и другие дни?

Нисия стояла белая, как мел.

- Ваше величество, вчера на примерке вы согласились с леди Сандрой в необходимости их дополнительно ушить.

- Сколько времени у тебя уйдет на то, чтобы сбегать к портнихе? Я пошлю с тобой еще прислугу для платья.

- Час, ваше величество, - становясь еще бледнее, ответила Нисия.

Я прикинула: времени было в обрез. Через час я уже должна появиться на празднике и блистать, потому что я – главное звено союза между двумя странами. Конфуз с платьем мог вылиться в политический скандал: король посчитает, что я так оделась, чтобы показать бедность Франкии, Дик и остальные альбионцы разозлятся, что «их» королева не уважаемая и не влиятельная фигура в политике государства, как они стремились.

Иногда важность платья переоценивается, но в тот вечер оно играло особенную роль. Я не могла подвести короля.

- Вот что, Нисия, это дело политической важности, ты бежишь сейчас к портнихе и приносишь мне самое красивое платье из тех, что мы готовили. Я жду тебя здесь, пошлю записку Витторино, что у нас заминка. Беги быстрее ветра, хорошо?

- Да, ваше величество!

Нисия бегом выскочила за дверь, а я принялась нервно расхаживать по спальне. Потом все-таки заставила себя успокоиться, написала записку Витторино и отослала к нему одну из служанок, что помогали нам одеться.

Вскоре вошла леди Сандра в роскошном переливающемся платье.

- Вы еще не готовы, ваше величество?

- Пока нет. Вам придется идти вперед меня и предупредить, что мой выход задержится.

Я не помнила, примеряла ли она при мне такое платье, но было поздно: моя фрейлина будет выглядеть ярче меня. Этого королеве позволять нельзя. Тем более сегодня.

Леди Сандра вышла, а я нервно посмотрела на себя в зеркало: укладка и легкий макияж были уже сделаны, но увы, из повседневного платья мне еще долго не вылезти.

Через полчаса я начала отчаиваться. И тут раздались шаги и ко мне в покои вошел Витторино.

- Я получил записку, что случилось? – спросил он, поклонившись.

Я молча показала ему на испорченное платье.

Витторино побледнел.

- Кто? Нисия?! – спросил он.

- Нет, леди Сандра. Случайно.

- И все ваши другие платья не здесь? – догадался лорд-канцлер.

- У портнихи. Но я даже не помню, какие они. Послала Нисию взять то, что будет готово.

- Ставлю, что хотите, что ни одно из них не будет готово, - ответил Витторино.

- Почему? – удивилась я.

- Потому что кто-то очень хочет выставить вас перед королем в неприглядном свете. Но мы поговорим об этом потом. Позвольте мне решить эту задачу, леди Эллен.

- Как? – в панике спросила я. – Осталось полчаса!

- Я попытаюсь, - уклончиво ответил Витторино и поспешно вышел.

Неужели леди Сандра намеренно испортила мое платье? И специально уговорила меня доработать остальные? Это было неправдоподобно. Но другого объяснения не было. Я загнана в ловушку своей собственной фрейлиной, которая будет блистать сегодня больше меня. Зачем? Неужели планирует еще раз попробовать соблазнить короля?

Вскоре прибежала Нисия, заплаканная, запыхавшаяся и в полном отчаянии. Она с рыданием бросилась мне в ноги, лепеча, что ни одно платье не было готово, и портнихи не смогли ничего сделать.

- Ничего, Нисия. Все хорошо. Выпей воды и успокойся, - я подала ей бокал. – Твоей вины в этом нет.

- Мне нужно было убрать вино, догадаться, что на примерке оно опасно, - всхлипывала она.

- Невозможно все просчитать так точно наперед, иногда неприятности просто случаются.

Она потихоньку успокаивалась, обняв меня за ноги. Я гладила ее по голове, говорила, что не виню ее.

Через некоторое время вошел Витторино с таким победным лицом, что мы обе встали. За ним трое слуг бережно несли сверток на руках.

- Переодевайтесь, ваше величество, - торжественно объявил он и развернул сверток.

Мы с Нисией одновременно задержали дыхание при виде платья, а потом радостно завопили. Витторино приказал слугам разложить платье на кровати и вышел, а мы стали спешно переодеваться.