Глава 14

— Света, сделай нам кофе, — я кивнула и побежала на кухню.

С приездом Влада в нашем царстве стало горячо. Эти двое, как подростки, то ругаются до искр из глаз, то целуются так, что щеки обжигает. Нельзя же так на людях.

Съемки несколько замедлились, но не так, чтобы критично. Только день отдохнули от бешеного ритма.

— Лана, а что ты здесь делаешь? — сердце на мгновение замерло и побежало быстрее.

— Кофе. Хотите и вам сделаю? — оглянулась через плечо.

— Нет. Я такое не пью, — Тадеуш выглядел удивленным, — Это Галина приказала?

— Влад.

— Понял. Я поговорю.

— Не надо. Мне не сложно и вообще... Это моя работа.

Меня же для этого и взяли сюда. Чтобы кто-то бегал, пока другие работают. Это не так плохо, как может показаться.

— У нас встреча с итальянцами и ты мне нужна свежая и счастливая, а не загнанная и в мыле.

— Буду.

— Конечно, будешь, потому что я поговорю с Владом и все улажу. Если Галине не до тебя.

Не дожидаясь моего ответа, он вышел из кухни, а я тяжело вздохнула и поставила новый стаканчик. Он всегда все решает самостоятельно и этого не изменить. И на Галину он зря наговаривает, она заботится обо мне. Именно благодаря ей я здесь.

Как бы медленно я не шла, а к «царству» пришла, вздохнула и толкнула дверь. Пока подходила к столу Влад пристально на меня смотрел.

— Интересно. И давно?

— Не очень. Кто бы мог подумать, не так ли?

Влад и Галина говорили обо мне, словно меня здесь нет и я ничего не понимаю. Неприятно. Впрочем, и сам Влад мне неприятен. Вроде бы внешне симпатичный мужчина, но каждый раз сталкиваясь с ним, внутри появляется ощущение, будто тебя оценивают и продают по кусочкам для получения наибольшей выгоды. Вот и сейчас меня оценивают и выбирают кусок пожирнее. Брр.

— Плевать. Шоу должно быть, — он отпил из стаканчика и удовлетворенно кивнул.

— Будет.

— Да неужели? Я начинаю сомневаться.

— Ой, не начинай.

— Две участницы ушли — он ударил рукой по столу, на котором сидел. — Галина, две! А значит минус одна неделя! Ты представляешь, какие это деньги?

— И что я должна была сделать?! — Галина всплеснула руками и откинулась на спинку кресла, — Он готов заплатить штраф, но не уступить!

— Так вот же у тебя перед носом средство давления, — директор показал на меня рукой, — А ты сопли жуешь!

— Ну, знаешь! — Галина резко поставила стаканчик на стол, вокруг образовалась небольшая лужица, на которую никто не обратил внимания. Она встала и одернула и без того идеально сидящую юбку.

— Знаю! Я не просто так сижу на своем месте!

— Я тоже! И мое шоу любят! — она ткнула в него пальцем, — Рейтинги растут!

— Это так, — мужчина перехватил руку Галины и притянул ее ближе. Поцеловал в шею и продолжил спокойно, — Было бы по-другому, тебя бы здесь не было. Но неделю ты «слила», признай.

— Нет, — она упрямо покачала головой. — Я убрала «отработанный материал». От этих девиц для шоу не было больше пользы.

— Что с Польшей? — Влад понял, что она не признает свою вину и заговорил о более насущном.

— Надя уже там и работает над локациями.

Хотели и меня туда отправить, но в последний момент передумали. Жаль. Я бы лучше туда поехала, чем здесь оставаться. Но кого интересует мое мнение?

— Светик, сделай так, чтобы холостяк был доволен и весел.

— Но...

Хотелось сказать что-нибудь грубое, но начальству не хамят. Я и так стараюсь особо на глаза никому не попадаться. Участницы затаили обиду и будут мстить. Я это чувствую каждой клеточкой кожи. Но доказать ничего не могу. Интуиция.

— Эти глаза мужу дома будешь показывать, может он поверит. А мне нужно шоу. Понятно?

— Э-э... ,— я посмотрела на Галину в поисках поддержки.

— Влад, ну что ты к ребенку пристал. Она тебя не понимает.

— Что, жарко еще не было?

Боже, как же они похожи. Оба думают о рейтингах и скандалах. Оба готовы вывалить грязное белье для достижения результата. Меня утешает только одно: Галина благосклонна ко мне. Надолго ли?

— И не будет. Лана, иди тебе к завтрашнему дню надо готовиться.

Сдержалась, чтобы громко не выдохнуть и поспешила убраться как можно дальше. Уже в дверях услышала слова Галины:

— Не трогай девочку. Это единственный чистый человек в моей жизни.

Пока не было Влада, я с радостью пряталась у Галины, но теперь лучше к Тадеушу. Он не смотрит на меня как на вещь. Но мне страшно снова оказаться с ним наедине. И стыдно.

Я до сих пор помню, как медленно он наклоняется ко мне и наши губы встречаются. Нежно. Сначала невесомо, но постепенно поцелуй становился требовательным. Я о таком только в книжках читала, что пальчики на ногах поджимаются. Теперь я точно знаю, что это не преувеличение — они поджимаются. И хочется проникнуть в каждую клеточку, и, если не раствориться, то хотя бы оставить частичку себя.

С Сашей так никогда не было. И я чувствую себя предательницей. Между нами ничего кроме поцелуя не было. А чувство будто было все. Признаться, если бы Тадеуш не остановился, я бы не смогла этого сделать. Но почему он остановился я не знаю, и не уверена, что хочу знать.

К счастью, Саша не видел в сети этот поцелуй, а я не призналась. Зачем? Это больше не повторится. Но может разрушить и без того наши хлипкие отношения.

— Ну, наконец-то, садись скорее, времени в обрез, — Тадеуш стоял возле машины и нетерпеливо постукивал по крыше пальцами.

Я мышкой прошмыгнула в машину и замерла. Оказывается, он меня ждал, а я не в курсе. И Влад с Галиной ничего не сказали. Почему? Им это не нравится, или хотят позлить холостяка?

Не понимаю, зачем я снова нужна на их встрече? Ведь все равно ничего не понимаю и сказать не могу. В магазине нас встретили как родных, и в этот раз девушка-консультант сразу принесла требуемое платье, туфли и сумочку на длинной ручке. Мне опять не дали посмотреть на себя и загадочно улыбаясь, вывели к Тадеушу.

Арктический холод смыл летний лондонский дождь и укутал своими туманами. Я запутывалась в нем, и наслаждалась одновременно. Хотелось прикоснуться и ощутить тепло его кожи и колкость щетины. Непостижимый человек. Не мой мужчина.

Он медленно встал и подошел ко мне, лаская взглядом. На меня никто и никогда так не смотрел. И моя кровь никогда так не щекотала пузырьками шампанского, обжигая щеки и выпуская стайку бабочек.

— Ты ..., — он откашлялся, — Ты невероятная.

Дал консультанту карту, а меня мягко взял за руку и подвел к огромному зеркалу.

— Как ты можешь быть становиться такой ослепительной?

Пастельный розовый цвет платья делал кожу еще нежнее, проявлял ее свечения. Короткая, выше колен на ладонь, атласная юбка-солнце игриво разложила складки вокруг бедер. Широкий гладкий пояс подчеркнул тонкую талию. Закрытый лиф без рукавов и вырезом «лодочка» украшен розовыми пайетками в причудливом орнаменте. И завершали образ бежевые туфли лодочки на шпильке.

Я на самом деле симпатичная. Удивительно. Я привыкла считать себя обычной серой мышкой, которых миллион. А здесь...

— Выдыхай, — горячее дыхание обожгло и, вздрогнув, поняла, что все это время не дышала.

Я открыла рот, чтобы поблагодарить, но в этот момент к нам подошла девушка, возвращая карту и пакет с моими вещами. Тадеуш отвлекся, а я сохранила в памяти образ. Образ красивой пары.

В салоне красоты мне сделали мягкий макияж в розовой дымке и перекрасили ногти в нежный френч.

Сказать, что я себе нравилась — это ничего не сказать. Все время, пока мастер занимался прической, я не сводила с себя глаз. Любовалась. Впитывала. Запоминала.

Сегодня мои волосы собрали в свободный, пышный пучок и даже прядки не оставили. И несмотря на это выглядела нежной и уязвимой. Мастер постоянно восхищался мной, и улыбался так, будто выиграл миллион. Хотя кто знает, может, Тадеуш один из щедрых клиентов.

Я очень удивилась, когда узнала, что мы едем не в ресторан, а на семейные посиделки.

— Тебе настолько доверяют?

— Скорее, это ты настолько их очаровала, — на это мне сказать было нечего, поэтому остаток пути мы провели в молчании, слушая музыку.

Дом Антонио располагался на холме, в районе состоятельных людей. До пляжа отсюда было далеко, зато вид на город и море — отличный.

Встречать нас вышла вся семья Антонио. Семья Рикардо также присутствовала в полном составе. Родители, жены, дети. Шум, смех и радушие. Если все время, что мы ехали, я очень боялась, то сейчас я была словно дома. О таком доме я всегда мечтала.

Я насыщалась любовью и теплом, которые щедро лились на меня. Согревалась в искренних улыбках. Хвалила вкусную еду и смеялась вместе со всеми, потому что на сердце было легко.

— Ты удивительная девушка, - Тадеуш нежно поцеловал меня в плечо.

После нескольких часов богатого застолья начались танцы. И, конечно же, Тадеуш снова не позволил никому меня пригласить. Все хитро улыбались и подсмеивались. Для того, чтобы это понять не надо знать язык, достаточно слушать эмоции и видеть мимику и глаза.

Мне было неприятно обманывать этих искренних и доброжелательных людей. Когда тебя настолько открыто принимают, врать стыдно и тяжело. Поэтому я очень радовалась, что не знаю языка, и моя ложь ограничивается молчаливым согласием с ролью невесты.

— Ты уже говорил, — я готова это слушать бесконечно, но у меня Саша и лишние искушения ни к чему. Пусть это останется, как сладкий сон, в моей памяти.

Возможно, когда у меня родится дочь, я ей расскажу об этом. Пусть знает, что есть что-то лучше в жизни, чем та жизнь, которую я живу.

— Я хочу, чтобы ты хорошенько запомнила. Ты невероятная. А еще, я очень рад, что мы скоро уедем из Италии.

— Почему?

— Боюсь, они тебя украдут и сделают своей невесткой, — я посмотрела на хозяев, они счастливо улыбались и смотрели на нас.

— А ты расстроишься из-за этого, — мягко улыбнулась и наклонила голову.

— Даже не сомневайся.

А вот и буду, потому что верить ему нельзя. Он же говорил: все всех используют. И сейчас он меня использует. Нагло и безжалостно. Но я не против. Мне нравится. Только порой глупое сердце надеется на сказку.

А завтра прекрасный принц отправится на свидание с красоткой, а бедная Золушка опять останется со своей тыквой и мышами.