Глава 13. Выбор без выбора

Судья зачитывает приговор.

Я вслушиваюсь в ее речь, но не понимаю ни слова. Практически три часа длилось заседание. Самое ужасное - это когда тебя откровенно оговаривают, обливая грязью, а ты сам не можешь сказать ни слова! Иначе выведут из зала заседаний.

У меня уже есть два предупреждения.

Что означает пересмотр? Это хорошо или плохо?

Бросаю беспомощный взгляд на адвоката. Он внешне спокоен, но по его резковатым движением я считываю недовольство.

-Подсудимая, вам понятен приговор? - Спрашивает судья.

Встаю с лавки. Я уже знаю, что так положено здесь.

-Нет, - говорю дрожащим голосом. - Объясните мне, пожалуйста.

По залу прокатывается ропот.

Судья подкатывает глаза и бьет своим молоточком, призывая к порядку.

-Тишина! Говорят только подсудимая и я. Гражданка Васнецова, ваше дело отправляется на доследование в связи с недостаточностью доказательств вины. Теперь понятно?

-Да, - киваю.

То есть, я не оправдана?

Что будет дальше? Придется вернуться в камеру?

Вижу, как в углу зала, абсолютно не стесняясь посторонних, скандалят отец и его новая жена. Она срывается и бежит к столу судьи, что-то громко доказывая. Ее, конечно, останавливают приставы.

Прилипаю к решетке, чтобы не пропустить в толпе своего адвоката.

Мимо меня проходят соседи, медсестры из поликлиники, почтальонша и ещё какие-то знакомые люди. Одни пытаются поздороваться-приободрить, другие - побыстрее пробежать мимо, чтобы не смотреть мне в глаза. Это те, кто куплен отцом.

На первом заседании у меня совсем не было поддержки. Сегодня ситуация другая. И я очень благодарна каждому, кто пришел, но все равно больше всего на свете хочу забыть последние два месяца своей жизни.

Я так обязательно и сделаю… Столица большая. Просто сменю район и буду жить дальше.

Если выйду отсюда в ближайшее время…

Адвокат просит приставов проводить меня в комнату допросов.

В ожидании я даже не могу сидеть. От перевозбуждения постоянно хожу вокруг стола и «ломаю пальцы».

Игнат Дмитриевич появляется только минут через пятнадцать.

Я бросаюсь к нему навстречу.

-Почему меня не оправдали? Вы… привели так много свидетелей. Приводили прецеденты по другим делам. Там людей оправдали…

-Таисия, не нервничайте, - просит меня адвокат и кладет на стол документы. Расстёгивает папку, доставая оттуда пару файлов. - Все прошло достаточно хорошо. На сколько это возможно в вашей ситуации. Судья просто была не готова вынести оправдательный приговор. Следствию потребуется около месяца, чтобы изучить все материалы и назначить новое заседание.

-Ещё месяц? - Мне становится дурно. - Месяц! О Господи! Я правильно понимаю, что статью за тяжкие телесные с меня не сняли?

-Да, вот, можете ознакомиться с протоколом, - адвокат кладет передо мной те самые документы.

Пытаюсь вчитаться, но ничего не получается. Я жмурюсь, тру глаза…

-Простите, - шепчу. - Помогите мне, прочитайте вслух.

Руки снова трясутся.

-Таисия, просто дышите глубже. Два вдоха носом. Выдох через рот. Давайте, раз-два-три…

Я пытаюсь дышать на счет. Становится легче.

-В этих документах сказано, что за неумышленные тяжкие телесные, которые не являлись причиной смерти вашей бабушки, вы все так же приговариваетесь или к двумстам сорока часам работ, или к штрафу в размере вашей полугодовой зарплаты…

-Подождите! - Закрываю уши от информации, пытаясь соображать. - То есть, если меня оправдают, я должна буду все равно заплатить деньги? Но кому?

-Прямому наследнику. Таисия, вы сейчас должны понять главное…

-Что?

-Что вы можете уйти домой и ждать решения суда не в изоляторе, если заплатите штраф. Если не заплатите, то как раз сможете его отработать до вынесения решения по основному делу.

До меня медленно доходит смысл сказанных адвокатом слов.

-Домой? А меня оправдают?

-Мы с коллегами делаем для этого все возможное, но… - понижает голос. - Судья точно в доле. А для того, чтобы сменить судью, нам нужно больше возможностей.

-Больше это сколько?

Соей собственной фантазии на эти суммы точно не хватит.

-Больше - это не деньги, - снисходительно вздыхает мой адвокат.

Я тру виски руками, потому что от постоянного напряжения начинает болеть голова.

-А деньги? Я же могу взять кредит? Да, у меня где-то была карточка…

-Таисия, деньги лучше поискать у знакомых, потому что кредиты людям под следствием давать запрещено.

-Как запрещено? Где же я ещё смогу такую сумму найти? Игнат Дмитриевич, может быть, можно что-то сделать?

Я смотрю на него, как на свою последнюю надежду.

Адвокат задумчиво стучит пальцами по столу.

-Таисия, - вдруг начинает говорить вкрадчиво, - вы же не глупая девушка. И уже давно поняли источник ваших благ. Почему бы вам не поговорить с Михаилом Федотовичем ещё раз? Попросить денег в конце концов! Я не могу лезть в чужие отношения, но скажу прямо, что ваша жизнь станет сильно проще, если вы сможете наладить с ним диалог.

Начинаю нервно улыбаться и пожимаю беспомощно плечами. Какой диалог? Я пыталась. Этот мужчина не договаривается. Он только играет со мной в Бога, как со зверюшкой.

-Я понимаю, что выгляжу глупой и неблагодарной. - Отвечаю, - Но это не так. Дело в том, что я не могу дать Михаилу Федоровичу то, что он хочет. И поэтому отказалась от всего, кроме вашей работы и обогревателей в камере. Остаться без этого - просто глупо!

-Очень зря, - вздыхает адвокат. - Потому что степень расположения Михаила Фёдоровича к вам имеет большое значение для исхода дела. Я тоже не всесильный. И рамки закона иногда расставляет тот, кто успел первым. Бюрократия беспощадна.

-Понимаю… - шепчу.

Внутри меня надежда начинает сменяться тихой истерикой. Это ужасно - показать человеку выход к свободе и не отдавать ключей.

Я знала, что так будет.

И если мой первый визит к Михаилу Федоровичу был лишен вообще всяких гарантий, то сейчас все более чем обозримо. Просто он держит в своих руках все, что для меня важно. Разве что кроме еды. Но и в этом по его плану я уже должна бы быть прокормлена.

Зачем я ему? В чем удовольствие? Так сильно понравилась? Очень странное выражение симпатии!

-У нас с вами время встречи подходит к концу, - смотрит на часы адвокат. - Таисия, мне нужно передать ваше решение. Вы или остаетесь в изоляторе на месяц и переходите в общую женскую камеру, которые работают бригадами, или…

-Скажите ему, пожалуйста, что я согласна, - перебиваю адвоката.

От мысли, что придется перейти в общую камеру, на моем теле встают дыбом волосы. Даже секс с авторитетом не кажется отвратительным. Унизительным - да, но в конце концов, секс между нами уже почти был. И… теперь выходит, что этот ужасный человек вложился в мое благополучие больше, чем предыдущие мужчины вместе взятые, пусть и из корыстных целей.

Да, я пытаюсь себя уговаривать! Разве есть другие варианты?!

-Таисия? - Обращает на себя мое внимание адвокат. - Я звоню?

-Да, - киваю решительно.

Я смогу. По крайней мере, очень постараюсь снова не устроить истерику.