Глава 37. Неожиданные откровения

Отоспавшись после ночной смены, я начинаю готовиться к встрече с Михаилом. Чего от нее ждать - не понимаю, но собираю небольшую сумку, как он велел. Видимо, предполагается ночевка.

Ночевка с ним? Тася, ты серьезно?! Нет, мы, конечно, не будем вместе спать. Я против! Но новый комплект белья в сумку все-таки отправляется. А что такого? Сколько он лежать будет?

Посмеиваюсь со своих внутренних диалогов, потому что прекрасно понимаю: если Михаил захочет меня - красивое белье будет иметь для него самое последнее значение. Наш первый секс тому подтверждение.

Тревога, поселившаяся в душе вчера после неожиданного знакомства с завещанием, никуда не делась. Надеюсь, я получу сегодня ответы на все вопросы.

Пока сушу волосы, болтаю в мессенджере со Светой. Она, со свойственной ей философской циничностью, предлагает мне перестать истерить по тем поводам, которые я не могу изменить, а ещё с чего-то горячо убеждает меня в том, что Бармалей в меня влюблен. Да, я рассказала ей про придуманное прозвище, чтобы можно было болтать на работе и не бояться, что кто-то подслушает.

Замираю перед зеркалом, разглядывая едва заметный, но уже чуть округлившийся живот. Глажу его пальцами. До сих пор иногда не могу уложить у себя в голове, что во мне человек. Наш общий с Михаилом ребенок, и этот факт мгновенно возводит мужчину для меня в ранг близких. Самое плохое, что так оно есть и на самом деле.

На экране телевизора идет какой-то сериал. Я его не смотрю. Так, просто включила фоном, чтобы в квартире не было тишины.

Зависаю взглядом на финальной сцене, где главный герой весь в крови лежит на руках у своей возлюбленной и признается в любви.

В груди от пойманной эмоции случается болезненный переворот. Я быстро щелкаю пультом, чтобы не зарыдать вместе с героиней и глубоко дышу. Господи, пожалуйста, я не хочу, чтобы мне пришлось подобное пережить! Пусть Михаил будет! В конце концов, я тоже должна иметь шанс быть у своего ребенка не единственным близким! В детском доме никакие деньги не спасут! Ещё хуже, если опекуном ребенка станет племянник Михаила… Жуть! Какие у него были злые глаза. Не то что у его дяди…

По щекам все равно стекают две предательские слезинки.

Нет! Нет! Нет!

Открываю интернет-поисковик и печатаю свои «симптомы». О! Точно! Здравствуй «стокгольмский синдром»! Во всей красе…

Мне должно быть наплевать на Михаила! Зачем я куда-то еду? Почему я пытаюсь поймать от него теплоту, жду откровений?!

Господи! Господи!

Делаю нервный круг по комнате. Это сложно… признавать, что с самого начала тобой двигали совсем не те чувства, которыми ты прикрывалась…

И если на волне тяжелой обиды до свидания в театре ( а это было именно оно) я ещё могла сопротивляться, то после все полетело с горы, как снежный ком!

Уверена, Михаил бы дал денег Светлане и без моего участия.

Тогда зачем я с ним пошла?

Потому что хотела! И защитить свое униженное женское самолюбие тоже хотела. Посмотреть в глаза отцу ребенка…

Нет, нет, ну какие глупости! Он же много раз говорил, что не занимается благотворительностью. Значит, у меня просто не было выбора. Я помогала подруге!

Ну это же неправда! Неправда, потому что человек без сердца просто не может хотеть семью и заботиться о будущем близких после своей смерти. И спасать собаку плохой человек никогда бы не стал! И… отпускать меня из тюрьмы, даже если я надоела.

Михаил - он просто человек, живущий по своим правилам, и если к ним приспособиться, то они вполне…

Это тоже стокгольмский, и я сошла с ума на фоне беременности? Или все же… Михаил - лучший из мужчин, которых я встречала в своей жизни. Самый горячий. Самый властный. Самый красивый особенно со своей этой щетиной… О Боже! Нет!

Ну только не говори, что ты влюбилась, Тася! Но да, кажется, это так и есть.

Да какая вообще женщина может устоять и не воспылать к мужчине, ребенка которого носит?! Нет, наверное, такое возможно, но точно не в моем случае. У меня не было шансов! После таких мужчин, как Михаил, женщины не выживают!

Звонок телефона выводит меня из рассуждений и тихой истерики.

-Алло! - Отвечаю, тяжело дыша.

-Хм… У тебя все хорошо? - Раздаётся голос Михаила в динамике.

-Да, конечно, - отвечаю сбивчиво. - Просто телефон искала.

-Ладно... Тогда как будешь готова, спускайся.

Бегая по квартире, как ужаленная, завершаю сборы.

Проверяю все электроприборы, окна, докрашиваю ресницы и выхожу из квартиры.

Решаю не ждать старый лифт и спуститься по лестнице. Так быстрее. На пролете между вторым и третьим этажом замедляю шаг, слыша приглушенные голоса.

-Ты представляешь, жену Семеныча то вчера повязали. На пятнадцать суток говорят…

-Да ты че? А что сотворила то?

-Говорит Федоровна, что к ней сантехник приходил, а псина его покусала. Сожрала!

-Да ты что?!

-Как он кричал…

Фраза обрывается. Видимо потому, что женщины начинают слышать мои шаги.

-Здравствуйте.. - здороваюсь с соседками.

Прохожу мимо них, как Маргарита на балу у нечисти. От липких взглядов, залезающих к каждый карман, воротник и вообще щель хочется помыться.

Вот кто рождает все слухи! Когда они были на суде, я даже представить себе не могла, откуда они берут свои показания. А оно вот что!

-Здрасте-с… - отвечают бабки мне хором.

Я едва сдерживаю себя, чтобы не побежать. Ещё как назло, и кнопка домофона не сразу срабатывает!

-Не дом, а черте-что! А раньше - приличные люди жили!

-Дааа, - слышу в спину.

Толкаю дверь и, наконец, попадаю на улицу.

Оглядываюсь по сторонам, пытаясь найти машину Михаила и уже начинаю нервничать от мысли, что он мог меня не дождаться и уехать, как вдруг совершенно неприметная машина серого цвета мигает мне фарами.

Делаю несколько шагов вперед и только благодаря тому, что на лобовом тонировка чуть светлее, чем на остальных окнах, , умудряюсь рассмотреть за рулем Бармалея.

Спешу к машине, открываю дверь и сажусь в салон.

-Здравствуй… - встречаюсь взглядом с Михаилом.

Как ему идут черный свитер и очки! Мамочка…

Он забирает у меня сумку и забрасывает ее на заднее сидение.

-Привет. Пристегнись.

-А посему вы не на своей? - Решаюсь на вопрос, оглядываясь по сторонам.

-Эта машина теперь тоже моя, - отвечает Михаил, заводя мотор. - Она упакована она по последнему слову безопасности: бронированные стекла, система, которая блокирует любые попытки сделать фото или видео. Естественно, встроенный антирадар и антиспутник.

-Какая-то машина-призрак, - хмыкаю.

-Совершенно верно, - отвечает мне Бармалей. - Потому что никто не должен знать место, куда мы с тобой сегодня отправимся. Я хочу отдохнуть.