Глава 20. Хорошая жена не разводится

Глава 20. Хорошая жена не разводится

Сначала Теймур просто молчал, пытаясь осознать, сказанные женой слова, затем он начал мямлить неуместные извинения, которые она остановила пренебрежительным взмахом руки.

- Теймур, давай не будем больше врать друг другу, я очень от этого устала. Больше не могу. Я знаю о твоём отношении ко мне, что я была для тебя выгодной партией, как Эмма для Айрата. Я была удобной, хорошей женой и матерью, но ты меня никогда не любил. Я с этим смирилась, уже отболело, ничего не исправить твоими тупыми отмазками. Моё отношение я высказала тебе только что, ничего нового ты от меня больше не услышишь. Нам осталось решить некоторые детали, а именно, как мы будем разводиться - со скандалом на весь белый свет или проявим друг к другу остатки уважения и разойдёмся, как адекватные люди, у которых три сына.

- Ты не можешь меня бросить... - отчаянно замотал головой Теймур. - Не можешь!

- Почему? - даже с некой долей любопытства спросила Адель. - Что или кто меня остановит? Или, может, есть какая-то веская причина, чтобы мне оставаться рядом с мужчиной, который меня предавал год за годом?

- Я тебя не предавал, я любил тебя! Ты ведь была счастлива! - фальцетом заголосил Теймур, падая на колени перед женой, которая сидела в кресле его кабинета.

- Началось в колхозе утро... - тяжело вздохнула Адель. - Господи, Теймур, и свинья счастлива, когда её хозяин кормит три раза в день, чешет за ушком и разрешает валяться в грязи. Только она не знает, что он обвёл красным карандашом день в календаре, когда её на мясо пустит.

- Что? - хлопнул глазками мужчина, будто не понимая, о чём она говорит.

- Ничего. - махнула рукой Адель на своего глупого мужа. - Я хочу развестись. Ты не претендуешь на моё имущество, я на твоё, деньги от продажи бизнеса - пополам, свой дворец можешь себе оставить, пригодится. Мама выделит мне квартиру деда в сталинке. Опека над детьми будет у меня. Это всё, чего я хочу. Тебя больше в своей жизни я знать не хочу, но поверь, буду вести себя прилично, потому что мальчики любят тебя, а ты, я всё же верю, любишь их.

- Наши мальчики и ты, вы всё, что у меня есть... - промямлил Теймур, мотая головой. - Ты не можешь меня бросить, не сейчас.

- А когда? - хмыкнула Адель, поднимаясь с кресла. - Как низко ты должен упасть, чтобы я имела полное право с тобой развестись? Я должна застукать тебя с мужчиной? Или, когда видео твоих постельных утех с Королевой будут крутить в прайм-тайм по всем каналам?

Теймур вдруг побагровел от злости и вскочил на ноги, стискивая зубы.

- Так, значит, да? У меня проблемы в бизнесе, мать болеет, отец с ума сошёл, и ты тут же меня разлюбила? Один раз совершил ошибку и ты меня до конца жизни будешь за неё гнобить? А, может, ты меня не любила никогда? Стоило у мужа в жизни начаться чёрной полосе, как ты меня бросаешь?! Это ты предательница! Ты! Любящие жёны так не поступают!

- Да не люблю я тебя, Теймур, потому что любить там нечего! - повысила голос Адель, глядя на опостылевшего ей мужчину. - Ты слабый, глупый, порочный человек, который лгал мне все годы нашего брака, в точности делая только то, что говорил тебе твой отец манипулятор! Ты ведь ещё год назад любил свою Королеву, которая была твоей настоящей любовью, так куда она делась, Теймур? Или ты каждый год новую королеву коронуешь? Членом по плечам стукаешь и готово? Или так только в рыцари посвящают? Забыла...

Адель на секунду задумалась, а когда представила себе картину посвящения дамы в рыцари сердца Голого короля, её истерический смех заполнил всё пространство кабинета, где итак униженного Теймура ещё и обсмеивала собственная жена.

- Я ведь сказала тебе, милый, я больше не хорошая и не любящая жена, я плохая. Та, которую ты заслуживаешь, и я проявляю к тебе милость - отпускаю на все четыре стороны, без скандалов. Так что скажешь, Теймур? На свободе с какими-никакими деньгами или со мной в неволе надоевшего брака?

- С тобой. - выдохнул Теймур, опуская голову.

- Ты мазохист что ли или головой ударился? Скажи мне, Теймур, я прожила с тобой почти четырнадцать лет и я не понимаю, почему ты сейчас держишься за меня и этот брак? Сейчас, когда я знаю правду о тебе, о нас, о твоём отношении ко мне, что у нас впереди, Теймур? Какое светлое будущее?

Теймур упрямо сжал губы, не отвечая на вопросы жены. В том то и дело, в будущем, которое пугало его, там он не видел просвета. Но сейчас он изо всех сил держался за самую постоянную и стабильную единицу в его жизни - Адель, без неё он был просто нулём, а вместе они твёрдая десятка. И в этот момент, Теймур понял, что пора проявлять своё мужское начало - пора сказать своё веское слово главы семьи.

- Ты не можешь со мной развестись, если ты подашь заявление, я предоставлю суду документы о твоей зависимости и дети останутся со мной.

Адель нагнула голову вбок, глядя на осмелевшего труса, затем поднялась с кресла, подошла к нему поближе и только сейчас поняла, что она была выше него на несколько сантиметров, чего никогда прежде не замечала. Это она выросла или он тянется к земле?

- Я же женщина, милый - рожу ещё, от другого, более достойного мужчины. - усмехнулась она, с удовольствием наблюдая его реакцию на свои слова. - Так даже лучше будет, без прицепов быстрее второй раз замуж выйду. А ты что делать будешь? Хочешь озвучу сумму, в которую нам сыновья обходятся? А содержание дома и прислуги? На какие шиши ты собрался поднимать детей и платить за дом, а ещё и твои долги? Если я алкоголичка, то ты банкрот! У меня хотя бы есть непьющие родственники, которые не под следствием, а твой папа пока в свидетелях, по делу об отравлении палёным алкоголем в его ресторанах, но ты же знаешь, как это бывает, да? Сегодня он свидетель, завтра обвиняемый. Без него ты никто, Теймур! Без его денег ты нищий! Зачем тебе дети, Теймур, ты сам ребёнок?

- Не смей так со мной разговаривать!

- Женись второй раз и указывай своей новой собачонке, что ей делать, понял меня?! - загремела голосом воительницы Валькирия. - Я свой ошейник сняла и выбросила! Осталось с тобой разобраться, выбирай - мы разводимся и не травмируем хотя бы детей или устраиваем войну, где победителей не будет!

- Ты проиграешь, я тебя посажу! - выпалил Теймур.

Его лицо приобрело детское выражение, когда маленький мальчик сказал то, что взрослым говорить не следовало, его глазки забегали по кабинету в поисках другого взрослого, который бы ему помог, но папочки рядом не оказалось. Адель победоносно улыбнулась, у неё было всё записано, тщательно законспектировано на диктофонной записи.

- Посадишь? За что? Что я сделала, Теймур?

- Ты отмывала деньги через свой благотворительный фонд и галерею, ты мошенница, Адель, и ты сядешь в тюрьму, стоит тебе сменить фамилию. - твёрдо сказал Теймур, возвращая себе мужественность в своих же глазах, а вот в глазах жены он падал всё ниже.

- Я ничего этого не делала, Теймур, откуда ты взял эту чушь?

- По документам делала, я их видел, они у отца. Он тебя жалел, всё таки внуки без матери будут расти, но я тут подумал, зачем им такая мать?

- Он меня жалел? За что? Я ничего не делала! Впервые об этом слышу! Если я не отмывала деньги, значит ты отмывал или он?

- Это ты, ты всё делала! Твоя подпись! - заорал Теймур.

- Вы подделали подпись? Лев подделывал?

- Хватит строить из себя святую! Ты преступница!

- Моё единственное преступление это то, что я вышла за тебя замуж. За урода, который подставил свою жену, в угоду амбиций своего отца. Ты ничтожество, как я и говорила!

- Ты не святая, поняла меня?! Не святая! - отчаянно пищал Теймур.

И в этот момент она поняла, насколько же её образ в голове мужа был до ужаса правильным, что он чернил его всякими способами, лишь бы она была такой же грязной, как и он. Сильный мужчина тянет женщину с собой наверх, слабый - упорно толкает вниз, чтобы казаться выше...

- Зато отец святой, да? - горько усмехнулась Адель, качая головой. - Знаешь, Теймур, несмотря ни на что, я всё же верила, где-то у себя глубоко внутри, что это отец тебя с толку сбил, что ты мне зла не желал и никогда бы так с матерью своих детей не поступил. С женщиной, которая тебя искренне любила почти двадцать лет, ты бы так не поступил... Поступил, теперь я вижу, что ты ещё хуже, чем твой отец - он бьёт в лицо, а ты в спину. Ты ничтожество, Теймур, запомни и запиши, ты мерзкая тварь, которую даже прихлопнуть жалко. Тяжкий грех на душе того не стоит. Если ты воплотишь свои угрозы в жизнь, я расскажу сыновьям правду и сломаю им жизнь, я скажу, что это ты меня, их мать, подставил под тюрьму. Я ведь сказала тебе - победителей в этой войне не будет. Мы сравняем нашу семью с землёй и ничего не останется, только три несчастных мальчика, зэчка и ты. Твоя участь какая будет, Теймур? Сопьёшься или выберешь петлю, как твоя мать? Почему она на такое решилась, Теймур? Почему она плачет, когда видит тебя, ты не задумывался об этом? А я думаю об этом, постоянно... И вот, к чему я пришла - человек, который тебя любил той любовью, которая не может закончиться, в тебе разочаровался. Что она узнала о тебе, Теймур? Что ты наделал?

Мальчик сжал кулаки и чуть не заплакал, глядя на свою жену, которой по всем канонам мелодрамы надо бы уже валяться у него в ногах, вымаливая прощение и свободу, возможность быть с сыновьями, но она стойко держала голову прямо и не падала на колени. Более того, она подалась вперёд и плюнула ему в лицо.

- Возвращаю долг, сволочь. Я больше себя твоей женой не считаю, мне стыдно носить твою фамилию. Я всё равно с тобой разведусь, Теймур, так или иначе, а пока будешь терпеть плохую жену, как миленький.

Адель развернулась к нему спиной и направилась к двери, в спину ей прилетел новый нож от него.

- Ты не сможешь увезти детей за границу, я сделал судебный запрет! Ты не сбежишь! Ты останешься со мной!

Она медленно повернулась к своему презренному мужу, окинув его пренебрежительным взглядом.

- Значит, легче стать вдовой? Тогда подожду. Что-то мне подсказывает, наверное, взгляд Назара Белозёрова, который он кидает на тебя, что осталось тебе недолго. Он ведь вам объявил кровную месть, Бахтияровы, отец и сын?

Адель могла поклясться, что когда оставила Теймура обтекать от её слов и захлопнула за своей спиной дверь, он расплакался. У неё же муж не вызывал даже жалости, пусть его судьбу решает тот, кому он её сломал, а Адель терпеливо подождет в сторонке, подстилая себе и детям соломку.