Глава 10

Блез тихо выругался.

— Простите, госпожа.

Я поймала его за руку.

— Ничего страшного. Не ругайте их, пожалуйста. Они ведь за вас переживают. Мальчики боятся.

Блез понуро кивнул.

— Завтрак через пятнадцать минут, госпожа, — он легко освободил запястье от моего слабого захвата и… мне показалось, что он сбежал.

Я слушала его быстрые шаги по каменным ступеням.

Вздохнув, я вернулась в комнату, быстро привела себя в порядок и, прихватив солнышки, поторопилась в столовую. Спускаясь, я широко улыбнулась — никакого траурного настроения, только позитивный настрой! Не хочу, чтобы Блез выходил в рейд с тяжёлым сердцем.

Близнецы, когда я пришла, уже сидели за столом. Я подмигнула им и продемонстрировала салфетку, приложив к платью:

— Как вам?

Мальчики переглянулись:

— Ух ты! Это что? — прозвучало фальшиво.

Я переставила свою тарелку в центр стола, постелила солнышко, вернула тарелку на место. Мальчики молча наблюдали. Я расстелила оставшиеся салфетки, две положила в центр стола — на них кухарка поставить горячее.

— По-моему неплохо получилось?

Близнецы ответить не успели. В столовую вошёл затянутый в мундир Блез. На груди мужчины, переливаясь шестью лучами, играла ослепительно белая звезда. Я постаралась не смотреть на артефакт.

— Приятного аппетита.

Следом за Блезом появилась кухарка. Женщина принесла знакомые лепёшки, всё тот же белый сыр, снова яичница, холодная курятина. Неожиданным дополнением стали блинчики и зелёный джем, судя по всему, сделанный всё из того же кактуса. Я решила, что джем пробовать не рискну. А начну, как и все, с глазуньи.

Пока я примерялась ко второму кусочку, Блез съел почти всё.

— Вы торопитесь? — догадалась я.

— Да. Сбор через полчаса.

Странное дело: язык чужой, меры измерения другие, а я их понимаю и сама не замечаю, как перевожу в привычные.

— Вы сделали? — отхлебнув горячий напиток, Блез указал на салфетку.

— Да. Вы не против?

Блез как-то неуверенно пожал плечами.

— Что-то не так? — напряглась я.

Блез отвечать явно не собирался. Я перевела взгляд на мальчиков, и близнецы охотно просветили:

— Вы бы ещё мантию главы Ковена на стол постелили, — фыркнули они. — Дорогущее кружево…

— Виан! — одёрнул Блез.

— А разве не так? — влез Диан. — Ты каждую монету считаешь, а объяснить, что это, — он кивнул на солнышки, — сумасшедшее транжирство, стесня-я-я-яешься.

Вот же!

— Я не знала.

Боже, глупо как вышло. Я и предположить не могла, что мои нитки-иголки настолько дороги. Да и… Если бы я Блезу тогда не ответила, что ещё мне нужно, он бы обиделся, даже оскорбился. Я не понимаю… Взрослый же парень, с умом. Почему не ставит разумные рамки? Я ведь ничего не понимаю, не знаю, что можно, что нельзя. Впредь буду умнее, впредь ни шагу не ступлю, не поговорив сначала с близнецами. Мальчики в этом плане бессмысленным и явно вредными благородством не страдают.

— Я подумала, что такие вещи можно продавать. Уникальная авторская работа, украшение дома.

Близнецы откровенно расхохотались.

Блез попытался их урезонить, но время поджимало, к тому же я его перебила:

— Простите, господин Ириас. Я хотела перестать быть обузой, а всё, что я умею — это плести.

— Госпожа… Я признателен вам за попытку, но, пожалуйста, не стоит. Я рад вашему обществу в своём доме. К тому же именно я виноват в вашем перемещении. Я должен о вас позаботиться.

А переводится вежливая фраза: сиди тихо, от твоих трепыханий только хуже. Я понурилась.

— Ничего страшного, госпожа.

— Угу.

Может быть, и не страшно, но очень неприятно, что Блез, похоже, из чувства вины, считает своим долгом удовлетворять мои капризы, а очевидного не понимает: всё вокруг мне настолько чуждо, что я при всё желании не могу соотнести земные привычки с реалиями жизни форта. Что я должна была сказать, что мне ничего не нужно? Но на мою попытку сэкономить Блез скорчил такую рожу, что мне духу не хватило соврать, тем более мы бы оба знали, что я вру. А сегодня? Сам бы разбудил ради спокойствия мальчишек, а он ругался.

На свои солнышки я посмотрела так, будто впервые увидела. Говорите, их никто не купит? Ха, три ха-ха. Пусть мир чужой, зато базовые принципы экономики едины для всех народов и культур. И я посмеюсь, когда продам снег пингвинам.

Пока я строила грандиозные планы по захвату рынка, Блез позавтракал.

— Мне пора. Виан, Диан, не расстраивайте госпожу Белоусову. Вернусь — спрошу.

Провожать его мы вышли в холл.

Близнецы, я и даже кухарка.

Блез коротко и как-то буднично попрощался, мы по очереди пожелали ему удачи. Я мысленно добавила пожелание скорейшего возвращения целым и невредимым. Ни слёз, ни семейных объятий. Блез напоследок коротко поклонился и захлопнул за собой массивную дверь, словно отрезал себя от безопасного укрытия.

Оставшись вчетвером, мы некоторое время постояли в холле. Первой встрепенулась и ушла кухарка. Кажется, в направлении кухни. Мальчишки вспомнили про недоеденный завтрак, но совершенно уныло, без аппетита. Я пошла за ними — меня тоже ещё ждали блинчики и горячий травяной отвар.

Только вот когда я вошла, близнецы не ели, а внимательно рассматривали мои солнышки.

Мальчики почему-то хмурились, а ко мне они развернулись с совершенно зверскими выражениями лиц:

— Ты что наделала, ведьма?!

— А?

— Ты… Мы зачем тебя поймали?!

Эм?

— Зачем? — удивилась я.

Меня похитили специально, не случайно?! И с какой стати претензии ко мне?

— Затем, чтобы ты сделала Блезу защиту! Мы искали ведьму, которая сделает для него хороший защитный амулет! А ты… вместо амулета, ты сделала талисманы уюта! И Блез пошёл без всего! И не просто в рейд. А в рейд против эмиссара!

У меня подкосились коленки, и я размаха села на стул.

Боже мой… Можно начать допытываться, почему мальчики нормально не объяснили. Думали, что я настоящая ведьма? А я ведь до сих пор считала это обращение какой-то глупостью. Ну где я и где магия? Бред же. Даже сейчас, услышав причину, по которой меня выдернули из родного мира, я вряд ли смогу сделать какой бы то ни было амулет.

Но это всё не важно. Блез уже ушёл. Пытаться сделать амулет поздно.

Блез, ты ведь справишься и вернёшься к нам живым, правда?