Одна ягодица

Джесс

У меня едет крыша. Но у кого бы не ехала?

Пять дней назад я въезжала обратно в дом родителей, чтобы сэкономить деньги, и готовилась начать учебу по программе подготовки медсестер в муниципальном колледже. Этот вариант не был идеальным, но я была полна решимости сделать все, что от меня зависит.

А потом мне позвонили.

Номер из Торонто ни о чем мне не сказал, потому что там живут Джейми и Уэс. Я чуть было не ответила на звонок фразой: «Как житуха, Джаместер?»

Какая-то великодушная сила вселенной заставила меня сказать «Алло» как нормальный человек. И спустя несколько секунд я услышала то, что изменило мою жизнь:

– В Торонто для вас есть место.

Внезапно я больше не прозябала на единственной программе, на которой в последнюю минуту появилось свободное место, а улетала учиться в другой город. В другую страну.

Я ожидала, что возвращение к учебе будет для меня далеко не отдыхом. Прошло пять лет с тех пор, как я делала записи или готовилась к контрольным. Если честно, я уже была в ужасе. Причем до того, как получила стипендию с испытательным сроком. Если я буду плохо учиться, то потеряю финансирование.

И вот она я в этой крошечной комнатке в шлакобетонном общежитии с двумя одинаковыми кроватями и крошечными столами. В двадцать шесть я начинаю все заново.

Я сую подушку в наволочку и кладу ее на кровать, пока брат вносит последнюю сумку.

– Это все? – спрашивает Джейми с улыбкой. – Думал, мы пробудем тут несколько часов.

– Не так уж и много. – Я привезла в Торонто только два чемодана с одеждой, коробку со справочниками, ноутбук, плюшевого медведя и пустой банковский счет. – Но я очень благодарна за помощь.

Моральная поддержка сегодня так же важна, как и мышечная сила. Я не боюсь это признать.

– Твоя соседка по комнате очень организованная, – замечает брат. Он смотрит на книги, расставленные в ряд на другом столе. Там около двадцати медицинских учебников. – Что такое радиофармакология?

– Эм… – Меня слегка потряхивает. – Потом объясню.

Он хмыкает.

– Давай поужинаем. Уэс продлевает парковку. Хочешь разведать то заведение с фалафелем, которое видели в двух кварталах отсюда?

– Отвратительное место, – слышится голос из-за двери.

Мы с Джейми поворачиваемся и видим, как в комнату заходит угловатая темноволосая девушка. Она шагает к столу и роняет на него еще четыре учебника.

– Привет, – пищу я. – Джесс Каннинг, а это мой брат Джейми.

Худое создание поворачивается лицом в мою сторону, и линзы узких очков отсвечивают под флуоресцентными лампами.

– Вайолет Смит. Рада познакомиться.

Что-то в том, как эта девушка произнесла «рада», заставляет задуматься, а знает ли она значение этого слова.

– Я учусь на первом курсе программы подготовки медсестер, – говорю я, одновременно сравнивая наши столы. На моем только две открытки, прислоненные к подставке для книг. На одной – фотография Джея Джея Уотта[17]. Брат считает это кощунством, ведь мне можно болеть только за Найнеров[18]. Но плевать, потому что он горячий. На второй карточке написано «Сохраняй спокойствие и наливай вино». Стол соседки похож на книжный магазин для студентов-медиков.

– Я тоже на первом курсе, – говорит она, пожимая плечами. – Давай начнем с базовых правил, хорошо? Мне нужно время тишины с шести вечера до шести утра. Никакой музыки или разговоров. Это очень ценные часы для учебы, а нам придется зарыться в книги, только чтобы остаться на плаву в первом триместре. А, и никакой еды в комнате, потому что в этом здании проблема с муравьями.

Она что, сказала «шесть вечера»? И с моим бюджетом энергетические батончики будут практически единственным приемом пищи.

– Тебе есть что добавить? – спрашивает она.

– Эм… – Я взглядом прошу брата помочь, но он восхищенно смотрит на Вайолет. – Я дам тебе знать, – наконец нахожу, что ответить. Меня накрывает желание сбежать. – Джейми? Мы собирались уходить?

– Так точно. – Он отдает мне честь, но я уже направляюсь к двери. – Джесси? Не забудь ключ-карту. Тебе вряд ли захочется в первую ночь лезть через окно, как ты делала в универе.

– Господи. – У Вайолет изгибаются губы.

Я хватаю карту с кровати и выскакиваю из комнаты, как летчик-истребитель, у которого загорелся самолет.

Через час я почти успокоилась. Водка в крови помогла.

Мы только что закончили есть в «Тонике» – отличном новом ресторане, который недавно открылся. Я не могу позволить себе это место, но Уэс угостил меня в честь переезда. Мы собирались изучить окрестности вокруг моей новой школы. Однако я не противилась смене плана, когда он сказал, что ему хочется чего-то посимпатичнее.

Еда тоже была потрясающая. Сейчас, когда на улице я чувствую на лице ветер с озера Онтарио, то почти могу себя убедить, что я в мини-отпуске в красивом городе. А потом смотрю на трамвайную остановку впереди и чувствую новый приступ тревоги.

– Ох, Джесси. – Уэс хватает меня за плечи и обнимает. – Все будет хорошо. У жуткой соседки тоже мандраж из-за первого дня.

– Ты ее не видел, – замечаю я.

– Она тот еще фрукт, – соглашается мой брат. – Ну и что? Даже если она получит Нобелевскую премию к началу второй недели учебы, это не значит, что ты не справишься.

– Конечно, – усмехается Уэс, выпуская меня из объятий. – Ты – Каннинг, а они достаточно умны, чтобы сейчас выпить пива и посмотреть первый матч «Вечернего футбола по понедельникам». Играют Найнеры.

Колеблюсь. Я собиралась перечитать расписание на первую неделю и запомнить карту кампуса. Но их квартира всего в нескольких шагах, семестр еще не начался, а сейчас будет играть моя команда.

– Хорошо. Я за.

Через несколько минут я держу пиво и думаю, где мне сесть. Этот вопрос не должен быть сложным. Уэс и Джейми заняли противоположные концы дивана, сев боком и небрежно переплетя ноги. Все их внимание направлено на экран. Вот только его мне не видно с барного стула, на который я взгромоздилась.

– Блин, – стонет брат, показывая бутылкой пива на телевизор. – Джесси, ты можешь в это поверить?

Я иду за диван, чтобы застать повтор перехвата, делать который нашему квотербеку[19] не следовало. Черт побери, никто же не был открыт. Ему надо было просто выбросить мяч за пределы зоны.

– О боже. Так нельзя.

Это хорошая игра. Вся семья любит американский футбол – это наше общее увлечение. Я взъерошиваю волосы Джейми, чтобы утешить его после ужасного хода.

– Сядь, – говорит брат, показывая на очевидный предмет мебели. Тот, которого я избегала, едва переступила порог. – Массажное кресло – это потрясающе, – добавляет он.

Ладно.

Я подхожу к креслу так, как я бы подходила к кровавому месту преступления, – с любопытством и дискомфортом одновременно. Оно до сих пор выглядит совершенно новым, с мягкой кожаной обивкой и глубоким сиденьем.

– Что-то не так? – спрашивает Джейми. Он смотрит на меня, словно я выжила из ума.

– Совсем нет! – Я поворачиваюсь и сажусь на самый краешек кресла.

Но воспоминание все равно возвращается. В тот мартовский день я была невыспавшейся и очень напряженной. Я прилетела ночным рейсом из Сан-Франциско в Торонто, чтобы позаботиться о Джейми в первое время после его выписки из больницы. Когда я постучала в дверь квартиры, мне открыл Блейк Райли.

Мы с ним сразу же не поладили и стали спорить из-за каждой мелочи: кто даст Джейми воду, чем накормим его на обед. И все это время я отлично осознавала, как он прекрасен и сколько места в комнате занимает его мускулистое тело. Это слишком сильно отвлекало, и мне это не нравилось. Я попросила его уйти, но кретин отказался.

Когда Джейми лег проспаться после болезни, все приобрело странный оборот.

Я села на диван, вся в слезах. Я беспокоилась за Джейми и была озабочена кучей вещей в жизни. У Тамми только что родился ребенок. Я рассталась с парнем. И моя новая карьера началась всего несколько недель назад, а меня уже одолевали сомнения по поводу организации праздников.

Усталая и уязвимая, я сидела там, пытаясь скрыть неудовлетворенность, тайком вытирая глаза рукавом футболки.

Блейк начал подкатывать. Этот парень как большой слюнявый пес. Пусть вы и встретились только что, он уже хочет вылизать тебе все лицо и оттрахать ногу. Спустя три секунды после того, как я начала плакать, он принес стакан воды и стал вытирать мне лицо салфетками. Когда это не сработало, он взял меня на руки, точно я весила не больше диванной подушки, и посадил себе на колени.

– Шшш, – сказал он. – С Бомбой Джеем все будет хорошо. Он сильный.

Я всхлипнула и взяла себя в руки. Но ночной рейс сделал меня необычайно эмоциональной. Я рассказала Блейку обо всех своих проблемах. Как бросила Рэйвена: он настаивал, чтобы мы съехались, а я вообще не могла представить нашу совместную жизнь. Что мой выбор профессии всегда оказывается неправильным.

– Ты большой комок стресса, Джесси, – сообщил он. – У меня как раз есть средство от этого.

– Да?

– Шотландский виски.

Принимать бокал односолодового было серьезной тактической ошибкой.

Я пила и смотрела с Блейком фильм. Стала еще более сонной и сентиментальной. Мужчина сходил проверить Джейми и, вернувшись, сказал, что брат спит как младенец.

– Он был таким милым в детстве, – икая, сказала я в свой бокал. – А у меня никогда не будет ребенка, потому что я не могу оставаться с мужчиной дольше десяти секунд. – Из глаз опять начали литься слезы.

– Шшш, – опять попытался успокоить меня Блейк. – Пора прибегнуть к тяжелой артиллерии.

– Что?

– Попробуй это, – сказал он, поднимая меня в воздух. Мгновение спустя мы приземлились на массажное кресло. Оно было предназначено для одного человека, но Блейку было все равно. Он в своей обычной манере откинулся назад, располагая меня у себя на коленях. Послышался щелчок, и кресло начало жужжать. – Вот это я понимаю, – протянул он. Это было… что-то новое. Волна гармонии прокатилась по телу. Большие ладони накрыли плечи и начали их массировать.

– А-а-ах, – простонала я.

– И не говори. По-моему, нужно поставить по одному такому в каждой комнате в квартире. – Он поцеловал меня в затылок, и это даже не показалось странным. Я перевела уставший, пьяный взгляд на телевизор. Там показывали любовную сцену между главным героем и начинающей актрисой, которую он пытался защитить от мафии. Персонаж толкнул ее на кровать и взобрался сверху.

– Ух, – фыркнул Блейк позади меня. Он тоже смотрел фильм.

Вот тогда я осознала, что его тело стало тверже. Сильно тверже.

Сидя на этом же самом кресле спустя шесть месяцев, я начинаю сомневаться в реальности воспоминаний. Потому что прижимавшаяся ко мне в кресле твердая длина была такой абсурдно внушительной, что это казалось невозможным. С того момента я не могла больше ни о чем думать.

Когда я закрываю глаза, чтобы глубже погрузиться в воспоминания, дверь в квартиру Джейми распахивается и ударяется о стену.

– Уэсми! – зовет Блейк. – Что смотрите?

Я резко вскакиваю на ноги, словно массажное кресло ударило током.

Блейк останавливается, замерев в дверном проеме.

– Малышка Джей. Добро пожаловать в Торонто.

– Спасибо, – несмело говорю я. Взгляд на брата и его мужа лишь немного успокаивает. Игра возобновилась, поэтому они не заметили моего странного поведения. А присутствие Блейка настолько привычно, что на него они тоже не обратили внимания.

Гость идет на кухню, чтобы поставить на стойку принесенную с собой упаковку пива. Он берет бутылку, открывает ее и снова пересекает комнату.

Я же все еще стою, как дура.

Он отодвигает меня в сторону, садится в кресло, наклоняется вниз и щелкает выключателем.

От жужжания кресла по всему телу пробегают мурашки.

Блейк смотрит на меня снизу вверх с дьявольским блеском в глазах и хлопает по своему массивному бедру.

– Тут есть место.

Сразу несколько частей моего тела одновременно сводит судорогой, включая непослушный рот.

– О-ох, – еле могу выдавить из себя я, паникуя. Я поднимаю бутылку пива к губам и опустошаю ее.

Когда я смотрю на его лицо, то понимаю, что парень наблюдает, как я облизываю губы. В его глазах светится желание, нацеленное на меня, точно лазер.

– Мне надо идти, – выдавливаю я.

– Но я же только пришел.

Тем более.

Я поворачиваюсь к брату.

– У меня завтра в девять занятие. Надо хорошенько выспаться, чтобы, ну, понимаешь, быть полной сил в свой первый день. – Я пытаюсь изобразить взмах кулаком. – Ура, колледж!

Джейми встает.

– Ты со всем справишься, Джесси. – Он приобнимает меня за плечи. – Пошли, провожу тебя до остановки.

В мгновение ока Блейк оказывается на ногах.

– Не надо. Я могу отвезти.

Ни за что.

– Ни за что. – Блин, я сказала это вслух? Видя обиженное лицо Блейка и озадаченные выражения Джейми и Уэса, я тороплюсь добавить: – Я без проблем воспользуюсь общественным транспортом. Не хочу тебя напрягать.

Соблазнительный взгляд говорит мне, что я могу делать с ним все, что захочу, где захочу и когда захочу. К счастью, Джейми и Уэс этого не видят, потому что все еще глядят на меня.

– Мне будет спокойнее, если Блейк отвезет тебя в общагу, – признается Джейми. – Ты еще не привыкла к местному транспорту, уже поздно.

Блейк подходит к Джейми и хлопает его по спине.

– Не волнуйся. Я позабочусь о том, чтобы малышка Джей добралась целой и невредимой. Даже провожу ее до самой двери. – Он оживляется. – Мы можем даже держаться за руки для пущей безопасности.

Я подавляю крик.

– Даже не думай, – ворчу я. – Но ладно, если ты серьезно, пошли.

Он торжественно показывает на дверь.

– После вас, миледи.