54-3 Робин

Как оказалось, у Генри на уме были вовсе не разговоры. Стоило мне отойти от порога и стянуть с себя пиджак, как я был схвачен, оттащен в спальню и опрокинут на кровать. Даже ойкнуть не успел.

Одежда слетала с моего мужа только так: пиджак, жилет, рубашка. Чувствую, и штаны недолго продержатся.

— Как же я жалею, что не пометил тебя тогда! А ведь так хотел, еле сдержался! Сейчас ты был бы полностью моим!

Может, его поцелуи и неистовые ласки почти не вызывали во мне отклика, но мне было очень приятно это слышать. Да! Роби доволен! Роби, возможно, даже сейчас расслабится и что-то почувствует…

— Так, что происходит? — оторвался Генри от расстёгивания моей рубашки и покрывания поцелуями того, что под ней было. Похоже, всё же заподозрил неладное.

— Ничего, — искренне захлопав глазками, ответил я.

— Вот именно, что ничего! — возмутился муж, поглядывая на ровное плато в районе моей ширинки. — Ты о чём думаешь? Об Англии? Тебе не нравится то, что я делаю?

— Нравится… наверное… ты продолжай, продолжай.

Он посмотрел на меня так, будто я над ним издеваюсь.

— Ой, ну полежу я сегодня брёвнышком, какая тебе разница? — начал уговаривать я. — Дупло-то есть, а что сучок не в настроении, просто не обращай внимания.

— В прошлый раз у тебя всё было в настроении! — предъявил он мне. — Но с тех пор, стоит мне…

Я непроизвольно поморщился, вспомнив, чем у нас закончился первый раз.

— Извини… — тихо сказал я, чувствуя, что готов заплакать.

Генри осёкся и вздохнул, потом аккуратно на меня улёгся, чуть опираясь на руки, вытянутые у меня над головой, и спросил, заглядывая в глаза:

— В чём дело, Оленёнок?

— Всё в порядке, правда, — лепетал я, пытаясь отвести взгляд, — просто я почему-то не могу расслабиться, когда у нас вот это прямо сейчас…

— Это из-за меня? Я что-то делаю не так?

Я помотал головой, чувствуя, что краснею. Это когда он к решительным действиям переходит, у меня ступор, а когда лежит на мне просто так, полуголый, желающий меня и жаждущий взаимности, и наши лица друг напротив друга и почти соприкасаются…

— Это из-за того, что я тебе сказал тогда? — прошептал он, наклонившись к моему уху.

А я уже поплыл от этого томительного ожидания: поцелует, не поцелует, прикоснётся, не прикоснётся, и поэтому только кивнул.

— Что мне сделать, чтобы ты расслабился? Как тебе угодить? — и голос такой бархатный, соблазняющий. Вот на голос его у меня всегда была реакция! И эти наши долгие вечерние разговоры по телефону обычно заканчивались приподнятым настроением в трусах…

— Ну, хочешь, я действительно намордник надену? — продолжал он меня допрашивать, а я просто дурел с этого.

— А как у Зимнего Солдата достать сможешь? — сказал я до того, как подумал.

— Хм… а вот сейчас у тебя встал…

Ох, ну конечно у меня всё вскочило, когда я представил, как Генри склоняется надо мной в образе Зимнего Солдата! Провалиться бы сейчас сквозь кровать! Вот так и бывает: всеми силами скрываешь, что ты извращенец, и прокалываешься на какой-нибудь ерунде!

— Я конечно всё могу достать, и намордник Зимнего солдата, и плащ Тора, и штанишки Халка, и рогатый шлем Локи..

О да, достань!

— …вот только в наморднике я не смогу делать так…

Он коснулся губами моего уха и слегка прикусил мочку, а потом вовлёк мой рот в медленный чувственный поцелуй.

— …и вот так…

Его губы продолжили свой танец на моей шее и язык к ним присоединился, а потом ниже, и ещё ниже. А его руки тем временем избавляли меня от одежды. Волны ощущений прокатывались по моему телу, заставляя выгибаться и вздрагивать, но голос я всё ещё сдерживал.

— Надо же, какой стойкий оловянный солдатик, — шептал Генри, расстёгивая мои брюки, — не издал ни звука, хотя я так старался. Если продержишься до конца, Оленёнок, переименую тебя в Брёвнышко.

До конца я не продержался, едва Генри добрался до моего… сучка, ощущения стали такие нереальные, что я просто перестал соображать, застонал и запустил пальцы в тёмные волосы поднимающейся и опускающейся головы, а он в свою очередь запустил пальцы мне в… О-о-о! Ебать, как хорошо! Я, что, это вслух сказал? Похоже, что да, потому что Генри довольно усмехнулся, был бы рот не занят, наверняка ещё и сказал бы что-нибудь, а так лишь продолжил ублажать меня с двух сторон. Кончил я очень громко. Да и похуй! Дальше меня ждал большой крепкий член в заднице и ещё один оргазм круче первого, под это дело я даже не заметил, как зубы Генри сомкнулись на моей шее, оставляя метку. Ох, ну почему мы раньше этого не делали? А, ну да… Я был дурак…

Пребывая в полной прострации после всего этого, я как бы издалека наблюдал, как Генри отнёс меня в ванную, помыл, завернул в пушистую простыню и принёс обратно в спальню. Резвились мы прямо на покрывале, так что перестилать ничего не пришлось. Засыпая в объятиях мужа, я услышал:

— Хорошо поговорили!

— Не могу не согласиться… Надо почаще так разговаривать…

А вот дальше я, по-моему, просто отрубился.