Глава 26. Золотой дракон

Когда Вика тихонько пробралась в свою комнату, Лира уже спала. Стараясь не шуметь, она на ощупь разделась и нырнула в кровать. Несмотря на усталость после насыщенного событиями дня, Ви никак не могла уснуть. В груди ворочался склизкий комок беспокойства, причины которого девушка не понимала. Осколок, оказавшийся под сердцем у Антраса по ее вине, извлечен, его жизни больше ничего не угрожает, более того, она смогла, наконец, сказать ему, что любит. И он ответил взаимностью. При воспоминании о нескольких часах, проведенных с драконом, сердце сладостно заныло, а в животе заворочались сонные бабочки, но очень быстро беспокойство разогнало все приятные воспоминания. Смутная тревога, причин которой она не понимала, не отпускала Ви.Она долго ворочалась с боку на бок, стараясь возиться не слишком громко. Сунула руку под подушку и нащупала там свои новые сокровища, полученные взамен деревянной горлицы: черную повязку с волос Антараса, бумажку с портретом, который он нарисовал для нее, и осколок, извлеченные у него из-под сердца. Мысли о драконе немного разогнали тревогу, с ними Вика и уснула, не вынимая руки из-под подушки……Поутру Вика первым делом побежала в лазарет проведать выздоравливающего, но Антраса там не оказалось. После недолгого колебания, Ви направилась в столовую залу, чтобы позавтракать, а заодно попытаться отыскать там дракона.В трапезной Вика тоже не нашла Антараса, зато там отыскались Лира и Мингир. Казалось, Ви не видела друзей целую вечность, хотя на самом деле прошло всего полтора дня. Лира приветственно подняла руку, помахала соседке по комнате и даже улыбнулась. Кто бы мог подумать там, на грязевых топях, что стервозная ведьмочка станет вдруг такой любезной по отношению к своей бывшей сопернице? Интересно, это на нее беременность так повлияла или то, полукровок, наконец, достался ей в единоличное пользование?– Ты где пропадала? – Лира приветствовала подругу, не дав ей рта раскрыть. – Мы тебя совсем потеряли.Вика с напускным безразличием пожала плечами:– Вроде, совсем недавно виделись, разве нет?– Может, и недавно, а столько всего случилось! – Лира возбужденно затараторила, точно боялась не успеть рассказать Вике всего. – Вся Академия гудит, что твой улей. А ты чего молчишь? – она бросила возмущенный взгляд на Мингира. – Кивни хоть в знак согласия.Стрелок, не отрываясь от завтрака, промычал что-то нечленораздельное, послушно кивнув головой.– Дирижабль сгорел прямо во дворе Академии, у нас скоро экзамены, к нашему ректору вернулась жена, да не одна, а с двумя детишками. Говорят, они такие рыжие-рыжие, все трое, – взбудораженная Лира тараторила все быстрее, едва не захлебываясь словами. – А под конец вчерашнего дня драконий король с королевой прилетели! Ты их видела вообще?!! Этот черный дракон был такой огромный, что крыльями закрыл солнце и устроил нам солнечное затмение!– Прямо-таки затмение? – Мингир, явно не разделявший восторга подруги относительно драконов, поворчал сварливо, доскребая остатки каши из тарелки.– Я не его только видела, я с ним разговаривала, – Лирино лицо приняло такое дивное выражение, что за возможность увидеть его, Вика готова была даже еще раз вытерпеть общество Алузара.– И как он? – в глазах ведьмочки благоговейный восторг мешался с недоверием.– Я чуть не умерла со страху, – сейчас, в заполненной людьми столовой, вчерашняя встреча уже не казалась Виктории такой уж страшной, но при воспоминании о короле драконов, о его бездонных черных глазах, ее плечи покрылись мурашками – от восторга и трепета перед столь грозной силой.Не ясно, что от удивления было распахнуто шире, Лирин рот или Лирины глаза.– Рот закрой, гнуса залетит, – Мингир с ухмылкой ласково щелкнул подругу по подбородку, и она захлопнула рот.От этой фразы, которой Мингир подшучивал над самой Викой в самом начале их путешествия, к ней на миг вернулось щемящее чувство обиды и ревности, но она честно отогнала их от себя:– Скажи лучше, как ты себя чувствуешь?Тон Лиры враз поменялся, азарт в глазах угас, и она пробубнила сконфуженно:– Нормально, – взглянула на соседку исподлобья, – Ты же ведь никому не расскажешь?Ви вздохнула:– Нет, конечно. Вы что теперь делать-то собираетесь? Вам ведь венчаться нужно, как можно скорее.Лучник нахмурился, опустив виноватый взгляд, чего с ним отродясь не бывало:– Нужно. Но для этого надобно благословение родителей невесты, а с этим есть сложности, как ты знаешь.– Ага, – Вика рассеянно кивнула. – Значит, нам нужно отыскать отца Лиры.– Нам? – стрелок поднял на Вику удивленно-недоверчивый взгляд, и та ответила со вздохом:– Нам. Мы ведь друзья.– Друзья? – казалось, Викин ответ Мингира не столько удивил, сколько развеселил.А она упрямо поджала губы и кивнула:– Да. Друзья.Полукровки многозначительно переглянулись, и Лира, расчувствовавшись, полезла к Вике обниматься:– Спасибо, – она прошептала подруге в самое ухо и шмыгнула носом.Все-таки некоторым беременность строго рекомендована, Лиру, например, она сделала доброй и чувствительной. Интересно, как изменилась бы сама Вика, став мамой? Девушка поморщилась и прогнала от себя несвоевременное любопытство. Так или иначе, о детях пока думать было рано.– Вы кстати Антраса не видели? – с трудом Ви высвободилась из крепких ведьмовских объятий.– А он разве не с тобой был? – полукровок бросил на нее многозначительный взгляд, и Вика только удивилась скорости распространения слухов. Покачала головой:– Он в лазарете ночевал, но утром его там уже не было. Я хотела его здесь поискать, а тут его тоже нет…В этот момент в столовую вошла Хинна. Эльфийка окинула завтракающих внимательным взглядом и, остановив его на Мингире, решительно двинулась к их столику.– Ой-ой, кажется, ты привлек внимание эльфийской грымзы, – едва Вика казала это, как Хинна подплыла к их столику и мягким движением приобняла Мингира за плечи:– Доброе утро, – лучезарная улыбка осветила лицо Хинны, словно это и не она вовсе при первом знакомстве грозилась устроить им всем нелегкую жизнь.– Доброе, – лучник проворчал, едва сдержавшись, чтобы не сбросить изящную морщинистую руку со своего плеча.Не дожидаясь приглашения, историчка опустилась на свободный стул:– Столько новостей, и вы все в центре внимания, – Хинна с деланным восторгом посмотрела на Вику. – Как самочувствие Его Величества?Чувствуя подвох в вопросе, Вика на миг стушевалась:– Когда я видела его в последний раз, было отменное. Почему вы спрашиваете об этом меня?– Я имела в виду Его Величество Уголька, прошу прощения, Антараса, – эльфийка ехидно улыбнулась. – То есть, я хотела сказать, Его бывшее Величество Антараса. Никогда не думала, что мне посчастливится преподавать историю у золотого дракона. Не удивительно, что он так хорошо в ней ориентируется, учитывая, что приложил руку к ее созданию… или лапу, как правильнее?Тут уже Мингир не выдержал, раздраженно скинув руку эльфийки:– Магистр Хинна, зачем вы все это говорите?Та недовольно повела головой:– Хочу поддержать с вами светскую беседу. Не каждый день находится пропавший драконий король, такое событие стоит обсудить.– Почему именно с нами? – лучник заводился все сильнее.– Потому что вы имеете к этому прямое отношение, – эльфийка кокетливо улыбнулась, – а я люблю слушать сплетни из первых уст.– Сплетни? – Мингир чуть не подавился этим словом. – Никогда в жизни не распускал сплетен ни о ком, да, только мне вы вообще проходу не даете. Вам это не кажется странным?Хинна окрысилась, вмиг сбросив напускное дружелюбие:– Нет, не кажется. Такой взрослый мальчик, а наивен, словно ребенок. Почему мужчинам все нужно разжевать и положить в рот? – Эльфа скривилась, проговорила, точно через силу, – Я тоже имею право на маленькие женские слабости.Раздраженно громыхнув стулом, историчка встала из-за стола. Проговорила с угрозой:– Имейте в виду, хоть ректор и решил устроить вам персональные испытания по ускоренной форме, историю вам все равно придется сдавать мне. И от вас, милорд Мингир, во многом может зависеть успех этого мероприятия.И, повернувшись на каблуках, быстрым шагом вышла из столовой.– Вот ведь, старая развратница, – раздосадованный лучник выдохнул ей вслед. – Это на что она намекает?– Какие уж тут намеки? Открытым текстом говорит. Просто ты очень похож на эльфа и при этом выгодно от них отличаешься – эльфы все долговязые хлюпики – вот она и запала на тебя, – Вика обреченно вздохнула.Она была неприятно удивлена не столько откровенными намеками и угрозами эльфийки, сколько ее осведомленностью о личности Антраса. Интересно, все в Академии уже знают, кто он такой?***На уроки Вика не пошла, поскольку больше не видела в них смысла. Подумаешь, испытания. Экзамены в своем медицинском институте она все равно уже безнадежно пропустила, а учеба в магической Академии была для нее не более чем игрой. Ведь, по большому счету, она осталась здесь исключительно из-за Антраса. Теперь-то уж можно было в этом признаться. Хотя бы себе. Поэтому прервать обучение можно было в любой момент, становиться дипломированным магом пока что не входило в ее планы. И как раз сейчас ей во что бы то ни стало нужно было найти Антараса, чтобы эти самые планы с ним обсудить. Начать поиски она решила с кабинета ректора. В конце концов, он сам приглашал в гости, если понадобится.Однако ректора в его кабинете не оказалось, хотя дверь была не заперта. С замирающим сердцем Вика скользнула внутрь, сама толком не понимая, что ей было нужно в пустом кабинете. Она рассеянно огляделась. Все та же карта мира на стене, высокие книжные шкафы по углам, большой письменный стол, на котором были аккуратно сложены книги и листы с записями, лежали писчие принадлежности и стоял портрет Ланы в простой строгой оправе.Услышав мягкие шаги за дверью, Вика не на шутку перепугалась. По всему выходило, что она пробралась в кабинет ректора без спроса, и теперь он застукает ее с поличным на месте преступления. Хотя ничего плохого Вика не сделала, но чувствовала себя неловко, как минимум за то, что бесцеремонно разглядывала бумаги на столе ректора. Девушка заметалась в поисках выхода или укрытия, и в самый последний момент нырнула за плотную портьеру, которой были занавешены окна. Она даже не подумала, что ей придется либо стоять там в ожидании, когда Горгорон снова покинет рабочее место, а это могло было быть очень не скоро, либо выйти и покаяться перед ним, и уж лучше было извиняться, стоя перед письменным столом, чем вылезая из-за шторы. Это не говоря уже о том, что дракон, наверняка, почует присутствие постороннего в своем кабинете. Ругая себя на чем свет стоит, Вика застыла возле окна, пытаясь судорожно придумать оправдание своему глупому поведению и все больше склоняясь к тому, чтобы сразу выйти к ректору и просто извиниться, что вошла в его кабинет без спроса.Хорошо, что она не успела этого сделать, потому что в кабинет вошел вовсе не Горгорон.Осторожными быстрыми шагами в комнату прокрался Ласледель. Вика только удивленно вскинула брови. Верно, преподаватель тоже искал ректора, но почему же тогда он не постучал? Да, и вел он себя не так, как ведет вежливый посетитель. В отличие от Вики, эльф не стал озираться в поисках Горгорона или окликать его. Он метнулся к книжным шкафам и принялся быстро, но аккуратно перебирать стоявшие там тома, словно искал что-то. Не найдя искомого, магистр бросился к письменному столу и продолжил поиски в его ящиках.Вика едва дышала, стоя за портьерой, боясь выдать себя колыханием занавески или неосторожным движением, и смотрела через щелку между шторами. Эльф обшаривал стол очень быстро и уверенно, он явно хорошо знал, что искать, и не находил этого. Девушка только скрежетала зубами от бессильной злости: не зря магистр Ласледель сразу ей не понравился. Быть может, стоило выйти и застукать его с поличным? Но как знать, что мог сделать с ней эльф-волшебник, чтобы скрыть следы своего преступления? Да, и сама Вика выглядела вроде как преступницей, прокравшись в кабинет Горгорона и спрятавшись за портьерой. При таких условиях ее можно было запросто привлечь за соучастие, а то и свалить на нее всю вину. Поэтому она продолжала просто наблюдать. По крайней мере, она сможет предупредить Гора о том, что Ласледель замышляет что-то нехорошее.Между тем, эльф продолжал быстро обыскивать ректорский стол. Аккуратно тронул портрет Ланы, открыв потайной ящичек, но и в нем не нашел искомого. Вика только слышала, как он тихонько ругается себе под нос на незнакомом языке, наверное, на эльфийском.Обыск продолжался минут десять, но за это непродолжительное время Вика успела испытать гамму таких разнообразных эмоций, что ее трясло, хотя в кабинете было тепло. Очевидно, не найдя желаемого, Ласледель в сердцах махнул рукой, от чего портрет Ланы слетел на пол. Вика лишь услышала, как жалобно звякнуло на нем стекло, и Ласледель чертыхнулся на свою неосторожность. Ви сжала зубы от негодования. Ничего, она все расскажет Гору, и тот, наверняка, покарает вора и хулигана должным образом.В последний раз бросив по сторонам разочарованный взгляд, Ласледель ретировался, и Вика выдохнула с облегчением. Она собралась уже выйти из своего укрытия, но в этот момент оконный проем за ее спиной озарился таким ярким солнечным светом, что Вика застыла на месте и удивленно покосилась через плечо, прикрыв ладонью глаза от ослепительного сияния. Было утро, а кабинет Горгорона находился на закатной стороне Академии. Вдобавок облачная завеса вокруг была столь плотной, что увидеть сквозь нее солнце можно было лишь в те редкие моменты, когда ректор немного развеивал морок, чтобы дать Академии порцию живого солнечного света.Поэтому Вика прильнула к оконному стеклу, с интересом разглядывая неожиданную прореху в колдовских тучах. Прямо перед ней висело ослепительно-яркое светило, по размерам гораздо большее, чем обычное дневное солнце, но при этом, несмотря на яркий свет, Вика могла смотреть прямо на него. Да, ей приходилось при этом щуриться и притенять глаза ладонью, но на обычное солнышко смотреть вот так напрямую было и вовсе невозможно. Вдобавок девушке показалось, что у светила есть два огромных крыла, которые неторопливо бесшумно двигались, поддерживая источник света на лету…Вика потянула за ручку на окне и открыла раму нараспашку. Горный ветер тут же принялся играть с ее светлыми волосами, а солнечное сияние, отразившись в них, сделало волосы по-настоящему золотыми. Девушка высунулась, как могла далеко, вглядываясь в сияющий парящий силуэт, чувствуя знакомые веяния магии вокруг него. И хоть свет его был более ласковым, чем свет солнца, перед Викиными глазами уже плясали ярко-зеленые пятна. А она все не могла отвести взгляда от удивительного зрелища.Сияние приблизилось, закрыв собою половину небосвода, и в тот миг, когда смотреть на него стало невыносимо, оно померкло, а из облака света выпорхнул золотой дракон. Он сделал небольшой круг и, аккуратно сложив крылья, повис на отвесной стене рядом с открытым окном.Сквозь слезы Вика смотрела на удивительного зверя. Его броня больше не казалась черной и покрытой копотью. Сейчас дракона окутывало легкое золотистое сияние. На его шкуре плясали рыжие язычки пламени, сияли ослепительные солнечные блики, мерцали багровые угольки, словно раздуваемые горным ветром. А по Викиным щекам текли слезы, то ли от яркого света, то ли от восторга…В голове прозвучал мягкий голос Антараса:«Что ты делаешь в кабинете у Гора?»Вика торопливо вытирала слезы, но они все не желали останавливаться.«Я тебя искала», – проговорила тоже мысленно, чтобы не перекрикивать завывающий ветер.«Ты меня нашла», – показалось, или мыслеобраз дракона принес усмешку?Он потянулся ближе к Вике, почти коснувшись кончиком морды ее лица, и осторожно выдохнул поток теплого воздуха. Ласковый ветерок в одно мгновение высушил Викины слезы, и она улыбнулась. Наклонилась к дракону и аккуратно поцеловала его в нос, прямо в жесткую золотую броню.«Даже не буду спрашивать, как ты себя чувствуешь. Ты очень красивый», – она улыбнулась и ласково провела рукой по драгоценной чешуе.«Ты слишком часто мне это говоришь, я могу зазнаться, – несмотря на слова, Антрасу явно было приятно такое внимание, и он едва ли не урчал от удовольствия под этой аккуратной лаской.«Я ведь говорила, что твоя шкура золотая», – Ви усмехнулась, перебирая пальчиками блестящие чешуйки.«Она не золотая».«Разве? Очень похоже. Впрочем, ты прав, твоя броня гораздо дороже золота, – Вика все не могла налюбоваться на невероятное драгоценное многоцветие. – Ты похож на живое солнышко».«В переводе с лингата мое имя означает «солнечный», – дракон охотно пояснил, и Вика только усмехнулась: вроде взрослый совсем, а хвастается совсем, как мальчишка. Тут же погрустнела:«А из-за чего твоя броня почернела?»Мыслеобраз дракона принес досаду, словно воспоминания были ему неприятны:«Из-за того чародейского гарпуна, а позднее из-за его отломка. Орихалк – коварный металл, он ворует магию, а моя магия – это свет… впрочем, неважно. Теперь это уже неважно. Залезай».И дракон услужливо подставил крыло и протянул Вике когтистую лапу, приглашая к себе на спину.С ужасом Вика посмотрела на ту глубину, что простиралась у подножия башни, но все-таки схватилась за предложенные когти. Антрас почувствовал ее оторопь:«Не бойся. Ты летала верхом, когда я был в гораздо худшем состоянии, чем сейчас».«Тогда это была вынужденная необходимость, – Вика на миг застыла, пытаясь справиться с дрожью в коленках. – А вообще, я боюсь высоты».«Не переживай, я тебя не уроню. Иначе мне придется слишком долго ждать следующую пару, и не факт, что у нее характер не будет еще колючей, чем твой», – Антрас мысленно усмехнулся, но Вике было не до веселья. Шутка ли перебраться из окна на спину крылатому чудовищу на высоте нескольких десятков метров?Наконец, ей это удалось, и она с силой прижалась к золотой броне дракона, пытаясь успокоить испуганно скачущее сердце.«И все-таки, что ты делала у Гора в кабинете? Его там нет, он готовит для вас с полукровками испытания, чтобы определить силу и частоту ваших Потоков», – опять Антарас решил поревновать, и Вика лишь недовольно поджала губы, но вспомнив ревнивый взгляд короля драконов, которым он смотрел на своего приемыша, обреченно вздохнула. Наверно, все влюбленные мужчины такие подозрительные.«Говорю же, тебя искала. И кстати невольно стала свидетельницей некрасивой странной сцены».Веяния Потока принесли вопрос Антараса, и Вике пришлось пояснить:«Магистр Ласледель что-то искал среди бумаг Горгорона, но, кажется, ничего не нашел. Наверное, стоит рассказать об этом самому ректору?»Вика чувствовала настроение золотого дракона почти так же хорошо, как он ее. Антрас помрачнел, его игривый настрой, как ветром сдуло:«Гор знает, что среди эльфов много сомневающихся, потому и не доверяет им. Но это уже переходит все границы. Держись крепко, летим, поболтаем с ректором».Золотой дракон осторожно спорхнул с каменной стены и, расправив широкие крылья, медленно полетел вокруг Академии.