Глава 4

Я все ждала, когда мне аукнется отказ от танца, вздрагивала всякий раз, когда слышала фамилию Юсупова. Но ничего подобного не последовало, прошёл целый месяц, я продолжала работать, не высовывать носа, изредка сталкиваясь со вторым партнером, каждый раз съеживаясь под его взглядом и ожидая какой-нибудь колкости. Но Тимур лишь одаривал невидящим взглядом, словно я пустое место.

Меня это более чем устраивало. Пока в один прекрасный день, как гром среди ясного неба Аристарх Владимирович не сообщил, что я еду в командировку в другой город. С Юсуповым.

— У него серьезная встреча с немцами, а он не очень хорошо владеет немецким, объяснил босс. Я порекомендовал тебя, хотя мне очень больно отпускать тебя от себя. Как от сердца отрываю, моя девочка. Но это для тебя шаг в карьере, поэтому, думаю, что все к лучшему. Думаю, пока с Машей мы справимся.

— Неужели больше нет переводчиков? — спрашиваю ошеломленно, новость ввела меня в ступор. — Мне нравится работать на вас, совсем не хочется никуда ехать. Что за город, кстати?

— Мюнхен. Красивейший город, тебе понравится.

— Я никогда не летала на самолёте. У меня и загранпаспорта нет.

— Так беги скорее в паспортный отдел, тебе там все оформят быстренько.

Все еще не могу поверить, что все происходит в реальности.

— А сам Юсупов знает, что именно я назначена ему в помощники? — спрашиваю с трепетом.

— Да, знает.

— И он не против?

— А почему он должен быть против, ну что ты такое говоришь.

— Но я новый сотрудник, работаю всего два месяца… Мне кажется, что ему гораздо лучше взять кого-то более опытного.

— Хватит себя принижать, Тиночка, — твёрдо говорит Аристарх. — Ты талантливый сотрудник. Все будет хорошо, просто отлично, я в тебе нисколько не сомневаюсь.

Понимаю, что спорить бесполезно. Может это и есть эдакое отстроченное отмщение Юсупова, будет меня унижать всю дорогу?

Так, все, хватит паники, Серова. Думай позитивно! В конце концов, мне очень нравится работать здесь. Возможно, это повод исправить наше неудачное начало с боссом компании. Он некрасиво отозвался о моей сестре, и я в ответ грубо отказала ему в танце, но ведь это все такие мелочи.

* * *

Повторяю про себя подобные бодрящие речи, когда вечером складываю сумку. Вылет через два дня. Все происходит стремительно. В паспортном отделе мне дали еще и целый список того, что стоит взять с собой, то есть указания по дресс-коду. Пиджаки, юбки, это понятно. Но еще, например, несколько вечерних платьев. Что смутило и расстроило, я не планировала тратить бюджет на такие глупости. Ладно, у меня есть одно маленькое черное платье, наверное сойдет.

Меня отвлекает телефонный звонок, это Камила.

— Почему не рассказала, что едешь Германию? — спрашивает недовольным голосом.

Мне неловко, потому что я действительно утаила от сестры, даже от ланча с ней отказалась, сославшись на большой объем работы. Почему-то мне не хотелось говорить об этом, боялась, что Камила начнет снова отпускать шуточки про меня и Юсупова. Она же не может без этого! То один босс, то другой, обязательные непристойности и хихиканье. Олег, к слову, весь месяц в командировках, вот-вот должен вернуться. О нем, надо признать, Кам немного перестала меня донимать…

Вообще, в последнее время сестра какая-то нервная, сосредоточенная, так что может ей не до меня. Лишний раз к ней не лезу со своими проблемами. Я безумно благодарна ей и тете за помощь и поддержку. Хотела с первой же зарплаты отдать им часть долга, но и Кам, и тетя категорически отказались.

— На ноги сначала встань как следует, а потом деньгами разбрасывайся. У тебя небось и счет за коммуналку огромный? Ты сколько на одной картошке сидела? Все, чтобы я этого больше не видела! — категорично отбрила меня тетя Даша.

Какие они все-таки хорошие… А вот мама лишь звонит изредка. Нет, я конечно взрослая для того чтобы мама решала мои проблемы, но иногда задумываюсь, почему мне не так повезло, как Камиле? Потом конечно начинаю стыдиться своих мыслей.

— Прости, что не рассказала, закрутилась, — произношу извиняющимся тоном.

— Тебя не пугает эта поездка? — удивляет меня такой прямотой Камила. Знает ведь ответ, я жуткая трусиха во всем что касается мужчин. Меня абсолютно все пугает, что связано с Юсуповым!

— Нет всё хорошо, — заставляю себя произнести ложь.

— Но ты вроде от Тимура шарахалась.

— Он не самый приятный руководитель, — соглашаюсь, стараясь говорить спокойно. — Но раз начальство посылает, и я не могу отказаться, наверное, нужно смириться с неизбежностью. Что я и сделала, — добавляю как можно более бодрым голосом. — Зато впервые заграницу посмотрю. Мне уже паспорт завтра обещают сделать. Вылет послезавтра, я вот сумку собираю.

— Белье поразвратнее возьми, Тимуру такое говорят нравится.

— Что? — у меня перехватывает дыхание. — На что намекаешь?

Абсолютно не ожидала от сестры таких жестоких слов.

— Ну, как известно наш мальчик в поездках любит баловаться, переговоры бывают напряженными, после них нужно расслабиться.

— Мне не нравится то что ты говоришь, Кам. Я не понимаю почему…

— Это шутка, сестренка, расслабься.

Это жестокая шутка. Мне настолько неприятно, что хочется бросить трубку.

— У меня нет развратного белья, и мне очень не нравится то, что ты говоришь, — произношу дрожащим голосом. — Но если это правда и Юсупов попробует…

— Ты разобьешь ему голову, — смеется Камила. — Ладно, прости. Я пошутила конечно. Забудь. Давай прекратим это обсуждение, хорошо? Надеюсь поездка пройдет отлично.

— Что тебе привезти из Мюнхена? — заставляю себя переключиться, выкинуть из головы неприятные фразы.

— Даже не знаю… Магнитик какой-нибудь, наверное. Или бутылку пива.

— Хорошо договорились.

Как ни странно, я быстро забываю глупые намёки сестры. Уж слишком они нелепы. Меня захватывают мысли о том, что я поеду в другую страну. На самом деле, всегда об этом мечтала, но никогда не было ни возможности, ни денег, ни даже каких-либо перспектив, при том что я изучала немецкую культуру, когда училась в универе.

Конечно, я была шокирована роскошью с которой была обставлена наша поездка. В аэропорт нас доставил лимузин, мы прошли по зелёному коридору минуя других пассажиров, билеты были куплены бизнес класса. Я чувствовала себя Золушкой, попавшей на бал, хотя изо всех сил старалась скрывать эмоции, держалась скромно. Старалась быть как можно незаметнее.

Перед полетом начинает накрывать паника. Я начиталась всякого о самолётах, перегрузках и реакции человеческого организма на высоту.

— Вам принести что-нибудь? — стоит нам занять свои места в белоснежно-кремовом салоне, от роскоши которого буквально дух захватывает, к нам подходит стюардесса. — Кофе, чай, шампанское, вино, лёгкие закуски, — перечисляет долго и все это звучит ужасно соблазнительно.

— Нет, просто воды, пожалуйста.

— Ты правда такая скромница, или меня пытаешься впечатлить? — отрывается от бумаг Юсупов и бросает на меня взгляд полный арктического холода.

За всю дорогу до аэропорта мы и двух слов не связали, чему я была только рада, и вот пожалуйста, началось общение!

— Нет, дело не в скромности. Я читала, что не стоит пить кофе перед полётом, оно провоцирует обезвоживание. Чай я не люблю, а вот вам мне кажется стоит выпить шампанского, чтобы расслабиться и перестать подозревать меня во всех грехах.

— Я даже ещё не начинал думать о твоих грехах, хотя это, пожалуй, заманчиво, — усмехается Юсупов и снова погружается в бумаги, оставляя меня мучительно думать о том, что означают его слова. Какие грехи?

Во время взлёта закладывает уши, и я вспоминаю, что забыла сосательные конфеты, которые вам многих интернет-пабликах, что я изучала, советовали брать с собой в самолёт. Начинаю трястись, открываю рот как выброшенная на берег рыба и машинально стискиваю руку сидящего рядом босса. Даже осознавая, что вцепилась в Юсупова мертвой хваткой, не могу отпустить его. Мне настолько страшно, что только спустя минут десять когда самолет выравнивается, мое дыхание возвращается в норму, я убираю руку.

— Простите ради бога, — произношу слабым голосом. — Я лечу в первые.

— Мне об этом ленивый только не сообщил. Из кадрового отдела, Волошин, твой босс Аристарх Владимирович.

— Спасибо большое за заботу.

— Тебе нужно повзрослеть, двадцать три года не так уж и мало, чтобы изображать из себя пятнадцатилетнюю.

Кровь бросается в лицо. Этот монстр знает все, даже мой возраст! Хочется ответить ему резкостью, сказать что никого я не изображаю, такая какая есть, а его холодность и грубость ничем не помогает. Только заставляет сильнее закрываться, нервничать и совершать ошибки. Но я проглатываю обиду и молча отворачиваюсь к иллюминатору.

Тем более сейчас вид открывается удивительный, мы выровнялись и парим над пушистыми белыми облаками, плывущими в идеально голубом небе. Красота просто невероятная.

— Вам принести что-нибудь? — снова подходит стюардесса.

— Хочешь есть, пить? — спрашивает Тимур спокойно, словно не было отвратительного разговора только что между нами.

— Нет, не хочу, — даже не поворачиваю к нему головы.

— Принесите девушке смузи. Клубничное.

— С чего вы решили что я это люблю? — не могу не спросить, настолько удивлена его заказом.

— Глядя на тебя почему-то уверен, что ты любишь клубнику.

— Люблю…

— Вот и отлично. Пополнишь водный баланс, а заодно витаминов и кальция, — демонстрирует свой кругозор Юсупов.

Между нами висит пауза, которую ни один из нас не желает разрушить. Пока не приносят красивый высокий бокал, в котором торчат две соломинки разного диаметра. Выглядит ужасно вкусно.

Делаю глоток, напиток восхитителен. Но я стесняюсь показывать свои восторги боссу. Я должна вести себя как он — холодно и отстраненно. Тогда все получится. Больше всего меня пугает, что каким бы холодным хамом ни был Тимур, я реагирую на него… как на мужчину. Он волнует меня, ничего не могу с этим поделать.