Глава 22. Рада

Я не думала, что ответочка прилетит бумерангом так быстро. Два дня с родителями пролетели как один миг. И это не преувеличение. У нас не было ни секунды, чтобы расслабиться. Мама была готова распланировать свадьбу по минутам, оправдывая себя тем, что я ее единственный ребенок. Дочь! И обязательно хотелось бы праздника. Для себя. Для меня. Ну и что, что мой брак был вторым – этот аргумент не имел веса. Ну, и для тети Лены, естественно. Чтобы она неприлично открыла рот и осталась с “раззявленной варежкой”, по словам мамы, до самого конца праздника.

– И обязательно должен быть салют! – закончила и счастливо выдохнула. – Как думаете, Давид? – поинтересовалась она из вежливости.

В тот момент я жалела, что не могла снимать происходящее. С удовольствием бы пересматривала эти кадры позже.

Растерянный Немиров, понуро повесив плечи, пытался как-то лавировать между грандиозными идеями моей мамы, стараясь при этом не обидеть, и здравым смыслом

– Ну-у-у, – протянул он, с хрустом почесав затылок. – Там, где мы сейчас находимся. Это территория покоя. Тут запрещена охота…

– А кто говорит, что мы будем отмечать здесь? – уточнила мама и тут же переключилась на выбор заведения.

– Хорошо, тогда в клубе, – тут у Немирова появилась надежда отделаться малой кровью.

– Прошу прощения, но ваш клуб не подходит для празднования семейного торжества.

Что мы делали с папой? Тихо сидели за столом и завинчивали, пока нам не запретили, жаренное на костре мясо.

– Как скажете, Людмила, – тут мой оборотень смирился с тем, что ему придется прожить человеческий праздник, не забыв шепнуть на ушко, что я ему должна.

И время расплаты приближалось. Завтра луна станет полной, а значит, Немиров официально представит меня стае, и Альфа сможет провести обряд Единения. Давид разделит свою бессмертную жизнь со мной. Это даже в голове звучало абсурдно. Как такое возможно? Против правил природы. Разве можно жить вечно?

Я задумалась о том, что ждет меня в будущем. С одной стороны, облегчение от того, что я смогу стать частью его мира, ведь по-другому невозможно; с другой – страх перед неизвестностью и теми обязательствами, которые накладывает на меня союз с оборотнем. Я никогда не думала о том, каково это – быть парой волка и жить в стае. Да и никто об этом не думал!

Мама продолжала обсуждать детали свадьбы: цветы для букета, меню для гостей и даже музыку для танцев. Я слушала ее невнимательно – мысли мои были заняты другим.

– Ты ведь счастлива? – вдруг спросила мама с искренним беспокойством в голосе.

Я кивнула и попыталась улыбнуться:

– Да… Конечно! – ответила я, взглянув на Немирова.

Я до сих не верила, что опасный хищник был приручен. Приручен мной.

Настоящий оборотень. «И настоящий кобель… в прошлом», – тут же реабилитировала Давида перед собой. Хозяин “Ночи”. Шикарный, успешный, богатый мужчина и полностью мой. Мой от хвоста до клыков. К прекрасному телу прилагался упрямый характер и желание гнездоваться, что его не отпускало. С приездом родителей оно притупилось. Да и физически не было возможности заниматься благоустройством дома.

Родители уехали, полностью удовлетворенные встречей, и в наш быт вернулся звук дрели, лобзиков и прочих строительных инструментов.

– А разве не нужно как-то готовиться к обряду Единения? – спросила я, сидя среди древесной стружки и наслаждаясь ее ароматом. Это был мой новый бзик – запах свежераспиленной древесины.

– Диана все организует, стая сделает.

– Но… как-то неудобно.

– Почему?

– Разве это не должны делать мы? – я в голове провела аналогию со свадебным торжеством.

– Это общий праздник. Наш вид будет продолжаться.

Логика мне была ясна, но сколько бы я ни добивалась подробностей обряда, так их и не услышала.

Из всего было понятно, что мне нужно надеть свободное белое платье из хлопка. И таким образом отдать дань Богине. А дальше все сделает стая во главе с Альфой.

– Ты не понимаешь, что беременным нельзя волноваться? – спросила я, сидя на пассажирском сиденье внедорожника.

Немиров вез нас в дом Альфы. Так было проще добраться до какой-то волшебной поляны, на которой происходили все значимые для стаи события.

– А ты не волнуйся.

– Ты смеешься?

– Серьезен как никогда, – ответил он, очаровательно мне улыбнувшись, сверкнув белоснежными зубами в полумраке. – Чего ты боишься?

– Что это какой-то языческий обряд с кишками, кровью и прочим.

Немиров издал из себя странный звук, очень похожий на насмешку.

– Ничего подобного не произойдет.

– Ну что там будет? – спросила я, продолжив расспросы.

– Там будет красиво.

– А если чуть информативнее.

– Загадочной и атмосферно.

– Давид!

– Сто семьдесят лет Давид. Радусик, ну когда я тебя врал?

От переизбытка эмоций слова застряли во рту, но по моему гневному фырку и взлетевшим к волосам бровям оборотню все стало понятно.

– Ладно. Умалчивал.

– О том, что ты покрываешься шерстью и бегаешь на четырех ногах, нужно предупреждать до того, как захочешь переспать с женщиной.

– Уговорила. В следующий раз предупрежу.

– Только попробуй, – я затрясла в воздухе пальцем. – Лишишься всего, что ты так любишь.

– Бубенчиков?

– Бубенчиков, – ответила я, расплываясь в улыбке.

Гормоны все же делали свое дело. Я всегда думала, что это какая-то выдумка или оправдание для тех, кто не дружит с собственной головой. Беременность дала ощутить на себе все прелести изменения настроения за несколько секунд от милой кошечки до злющей тигрицы и наоборот.

В полумраке показался двухэтажный особняк, обнесенный высоким забором.

– Я хочу сказать, это внушительно. Аналог президентской резиденции? Там живут все Альфы? – спросила я, рассматривая шикарный дом, подсвеченный уличными фонарями.

– В теории. На практике там уже давно живут Рокотовы, бессменные предводители стаи. Раз в пятнадцать лет братья сменяют друг друга в мире людей…

– А в мире оборотней?

– А тут у службы мохнатому народу нет срока давности.

Немиров въехал на территорию особняка. Двустворчатые двери тут же распахнулись, и нам навстречу вышла красивая молодая женщина.

– Вела, – пояснил оборотень. – Сестра Альфы. Она для всех как крестная фея. Не удивляйся ее дружелюбию.

Я поняла, о чем он говорил, как только приоткрыла автомобильную дверь.

– Давид, помоги своей девочке. Разве можно оставлять ее без поддержки? Как я рада наконец встретиться с тобой лично. Константин столько рассказывал о тебе.

– Надеюсь, хорошее, – произнесла я, принимая руку Немирова.

– Конечно. По-другому он не умеет. Идите к месту силы. Я вас нагоню. Стая почти собралась.

Сумерки сгущались, мы неспешно шли по дорожке из мелкого камня.

– Обалдеть, как красиво. Тут даже озеро есть? – восхитилась я.

– Скорее, пруд.

– Невероятное место.

– Прибереги восторги, Радусик.

На границе озера начинался хвойный лес. Высокие сосны уходили в самое небо.

– Чувствуешь? – спросил Немиров, приобняв меня и прижав к своему боку.

– Угу, так вкусно пахнет.

– Как в бане.

– С блондинками, – с языка сорвалось язвительное замечание.

Немиров запрокинул голову к звездному небу и рассмеялся.

– Конечно, с блондинками. С тобой и дочерью – маленькой волчицей.

– Константин сказал тебе, кто родится?! – я резко затормозила, положив ладошки на маленький животик.

– Нет, – оборотень активно закрутил головой. – Это просто предположение. Ну, либо ты будешь ходить в баньку с двумя брюнетами. Как тебе такая перспектива?

Я вглядывалась в лицо Немирова, стараясь понять, врет он или нет.

– Точно не говорил?

– Нет. Зачем мне скрывать.

– Ну тогда ладно. На двух брюнетов я согласна.

Я шагнула на мягкий ковер из длинных сосновых иголок и словно попала в другой мир. И дело было не только в насыщенном запахе хвои – тут даже звуки стали другими, воздух более густой и прохладный, и в груди приятно защекотало. Давно забытое ощущение из детства. Смесь восторга, предвкушения и капли страха.

Немиров взял меня за руку и вел, прекрасно ориентируясь почти в темноте. Высокие кроны смыкались над головами, закрывая небо.

Среди деревьев стали мерещиться огоньки. Я вытянула шею.

– Почти пришли.

Еще несколько секунд – и мы оказались на краю округлой поляны, в центре которой лежало поваленное дерево.

Поляна была словно вырезана из детской книги-раскладушки. Когда перелистываешь страницу – и перед тобой появляется объемный сказочный рисунок. Мягкий свет множества свечей, помещенных в стеклянные колбы, создавал теплое сияние и рисовал причудливые тени, мерцал среди сосновых ветвей. Каждая свеча горела ровным пламенем, охраняя священное место.

Серебристые цветы, рассыпанные по траве, переливались в свете полной луны. Мерцали. Я склонилась, взяла один. Лепестки были нежными и хрупкими. Венки из прутьев и цветов обвивали поваленное дерево в центре поляны, придавая ему вид древнего алтаря. Дерево выглядело как хранитель тайн этого места.

Луна висела высоко над головой, полная и яркая. Огромная и близкая, словно готова была спуститься с небес и стать частью обряда.

В воздухе витал терпкий аромат хвои и свежести леса. Он смешивался с легким запахом воска от горящих свечей и цветов.

– Так красиво, – произнесла я, осматриваясь. – Мы тут будем одни? – спросила я, поднимая голову. Невероятных размеров Луна висела прямо над нами. Создавалось обманчивое ощущение, что ее можно достать рукой.

– Нет. Мы уже не одни.

– Как это? – спросила я, опуская взгляд и стараясь найти хоть кого-то. – Тут только мы.

– Стая держится в тени, – Немиров говорил тихо, как это и полагается в особенных местах.

– Почему? – спросила я, сама прижимаясь к горячему оборотню и поглядывая по сторонам.

– Не хотят пугать тебя.

– Это очень мило с их стороны, – произнесла я, замечая движение. Или мне показалось, что тень скользнула в нескольких метрах от нас.

– Скоро начнем, – прошептал он, прижимаясь губами к моей макушке, обнимая, чуть покачивая и успокаивая. – Не холодно?

– У-у, – я отрицательно покрутила головой. – Ты как печка.

По ногам гулял ветерок, а тело было прижато словно к нагретой солнцем каменной кладке.

За спиной послышался хруст сосновых иголок. Я развернулась в объятиях Немирова.

– Успела, – Вела подошла к нам, держа в руках венки, сплетенные из тонких прутьев, цветов и белых лент. – Аналог человеческих колец, – пояснила она. – Символ вечности.

– По волчьим меркам мы сегодня женимся? – удивилась я.

Оборотень рассмеялся, щекоча своим дыханием висок и ухо.

– А ты только это поняла?

– Ну да… Теперь мне стыдно, что я не готовилась.

– Подготовились мы, – успокоила Вела и жестом спросила разрешения надеть мне на голову венок.

Я чуть склонилась, хотя этого и не требовалось. Волчица была высокой.

– Спасибо, – поблагодарила я.

Немиров сам наклонил голову. Кивнул Веле.

Как же странно. Ну кто бы мог подумать, что мое знакомство с хозяином “Ночи” выльется во что-то подобное?..

– Пора, – Немиров обнял меня со спины, положив свои огромные ладони на животик.

Я крутила головой, как любопытный ребенок. Из тени ночи появлялись оборотни. Большая их часть была в человеческом обличье, но были и те, кто пришел в обличье зверя.

Боже… расскажи я кому-то об этом, и меня упекут в психушку.

Все вели себя тихо, словно боялись нарушить момент. Если и переговаривались, то на грани шепота.

Мне так хотелось спросить у Немирова, о чем все шепчутся.

– Полной луны, стая!

Я вздрогнула от голоса Альфы.

Он вышел в центр и встал у поваленного дерева.

По поляне пронеслось нестройное: “Полной луны”, – в ответ.

– Полной луны, – пробормотала я, желая стать одним целым с Давидом. Чтобы он не отпускал меня, держал крепко-крепко. По телу волнами бегала мелкая дрожь. Возможно, от волнения или от ночной прохлады, что скользила по щиколоткам.

– Сегодня, в ночь полной Луны, мы объединяем две жизни. И обращаемся к тебе, Богиня, – Альфа поднял голову к небу. – Пред матерью Луной, именуемой людьми и нелюдьми Селеной, Мене, Дианой и еще сотней других имен, – говорил он, его голос звучал мощно и уверенно, как гром среди тишины. – Мы собираемся здесь, под твоим светом, просить благословения на священный союз. Ты, кто освещает ночное небо и дарует нам силу и мудрость, будь свидетелем обряда Единения душ.

Я затаила дыхание.

Он сделал шаг вперед, его фигура выделялась на фоне светящегося диска. Вокруг собрались оборотни, их глаза светились в темноте, отражая лунный свет.

– Мы здесь не только для того, чтобы соединить две жизни, но и для того, чтобы укрепить нашу стаю. Мы – одно целое, связанное кровью и духом.

Пусть этот союз станет символом нашей преданности и нашей общности.

Альфа поднял руки к Луне, словно призывая ее силу. Глубокий голос стал еще более проникновенным:

– Селена! Мы просим тебя о защите для этой пары, – а потом он перешел на незнакомый мне язык.

Вокруг нас воцарилась тишина, словно сама природа затаила дыхание, прислушиваясь к словам Альфы. Лунный свет, яркий и теплый, окутывал, проникая между устремленных в небо сосен. Я чувствовала, как каждую клеточку моего тела переполняет волнение и восторг.

Альфа продолжал говорить на странном языке, его голос звучал мелодией, полной древней силы. Слова были наполнены магией, и я могла лишь догадываться о том, что он просит у Луны.

Подул ветер. Он шевелил листья деревьев и ветви сосен, создавая шорохи, которые напоминали шепот духов. Я огляделась вокруг – оборотни стояли в ожидании. Каждый из них был частью ритуала. Настоящая стая.

Немиров обнял меня крепче. Я чувствовала его сердце, бьющееся в унисон с моим. Я не могла видеть или объяснить происходящее, но ощущала кожей: вокруг нас собиралась энергия – невидимая нить связывала меня и Давида между собой, связывала с каждым членом стаи и с самой Луной.

– Пусть их любовь будет такой же яркой и вечной, как твой свет! – произнес Альфа с такой силой, что и Луна ответила ему своим сиянием. Он продолжал говорить на том загадочном языке, а я повернула голову и смотрела на Немирова.

– Мы благодарим тебя, Богиня! – завершил Альфа свою речь.

Слова эхом разнеслись по поляне, а затем стало тихо-тихо. Огонь свечей медленно угасал, погружая поляну в темноту. Но мне не было страшно. Я испытывал эйфорию, от которой по щекам катились слезы.

На нас посыпались словно из ниоткуда прохладные лепестки серебристых цветов, и спустя мгновение стая почти бесшумно покинула поляну, оставляя нас с Давидом наедине.