Глава 9

Покинув трактир, он вернулся в замок и начал быстро, молча и собственноручно седлать коня. Слуги знали это его состояние. Когда господин мрачен и молчалив, лучше его не трогать. Поэтому и конюх, и грум, крутившийся тут же, предпочли временно исчезнуть из конюшни.

Отойдя подальше, чтобы хозяин их не услышал, грум проворчал:

– Видел? И какая муха его опять укусила?

– Ага, что-то последнее время наш милорд сам на себя не похож. Ходит мрачный, ни ест, ни пьет… Может, заболел?

– Говорят, это все из-за той чужачки, которую он в море выловил.

– О чем это вы? – прозвучал за спинами слуг властный женский голос.

Мужчины пристыженно обернулись и быстро склонились перед Инесс.

– Простите, миледи.

– Обсуждаете его высочество? – женщина прищурилась, разглядывая их холодным, испытывающим взглядом. – Давно плетей не получали?

– Простите! – оба повалились на колени. – Но его высочество странно себя ведет. Все слуги в замке обеспокоены.

– Без вас, олухов, знаю. О какой чужачке шла речь? Что за сплетни?

Конюх с грумом переглянулись. Первый был уже немолодым мужчиной, повидавшим и барский гнев, и барскую любовь. А второй только-только обзавелся усами. Пожалев мальчишку, конюх быстро затараторил:

– Миледи, мы сами ее не видели. Это парни с “Бурерожденного” рассказывали.

– Ну и? – Инесс уперла руки в бока. – Выкладывай все, что знаешь!

Ее тон и взгляд заставили обоих мужчин склониться еще ниже.

– Говорят, ее нашли возле Грани. Его высочество приказал спустить шлюпку, а сам прыгнул в воду. Женщина эта полуживая была, когда ее вытащили.

– И она просто так плавала возле Грани? – нахмурилась Инесс. – В открытом море? А корабль? Как она там оказалась? Не перенеслась ведь по воздуху?

– Нет, никакого корабля не было, миледи. А если и был, то никто на “Бурерожденном” его не увидел.

– Понятно… И где сейчас эта женщина?

– Говорят, Док пристроил ее в трактир Пьесов. Подавальщицей.

– Хм…

Инесс замолкла, разглядывая коленопреклоненных слуг у своих ног.

Джерард вернулся из последнего похода сам не свой. Начал избегать ее, больше не приглашает в спальню и сам к ней не приходит. Даже обедает и ужинает теперь в одиночестве.

Все это время Инесс ломала голову: что же случилось? А ответ оказался банален и прост. Другая женщина.

Он встретил другую!Вот только соперница не входила в планы Инесс.

– Кажется, его высочество сегодня спускался в деревню? – задумчиво проговорила она. – Уж не к той ли девке он бегал?

Инесс еще не видела соперницу, но в ее представлении та уже была никчемной девкой, недостойной ее мизинца. Ведь настоящая леди скорее умрет, чем станет прислуживать тем, кто ниже ее по статусу. Тем более в трактире, где собирается одна шваль!

– Да, миледи.

– И где он сейчас?

– Там! – слуги махнули в сторону конюшни.

Она задержала на них пристальный взгляд.

– Меньше болтайте. И запомните, этого разговора не было.

– Да, миледи!

Развернувшись, Инесс быстрым шагом направилась в указанном направлении. От волнения у нее взмокли ладони. Все эти годы она была рядом с Джерардом. Ради него отказалась от жизни при Дворе, от родных, от выгодного замужества. И что же, все лишения зря?

Как же был прав отец, когда говорил, что их дело маленькое – служить королю! И раз уж богам было угодно сделать королем Аквилении Салью ди Нарде, то они должны покориться их воле и не перечить.

Но Инесс всегда была своевольной и упрямой, а если уж что-то решила, то переубедить ее не мог даже отец. Ей было пятнадцать, когда случился переворот. Тогда она училась в пансионе, и ужасы короткой гражданской войны прошли мимо нее. Короля с королевой казнили вместе с их сыновьями, а дочерей новый правитель быстро выдал замуж в чужие земли либо заставил постричься в монахини. Оставался еще младший брат короля – Джерард ди Лабард. Но его корабль был уничтожен в морском бою. Очевидцы утверждали, что в той бойне никто не спасся. И каково же было удивление Инесс, когда шесть лет спустя судьба столкнула ее с живым и возмужавшим принцем!

В тот год Инесс сосватали за немолодого арецкого лорда, не спросив ее мнения, и девушку это сильно задело. Она направлялась к нежеланному жениху на роскошном галеоне с другими придворными, когда на них напала флотилия из нескольких юрких шлюпов, возглавляемых бригом под черно-красными парусами. А на грот-мачте этого брига развевался флаг с гербом ди Лабардов.

Пираты оказались быстрыми и безжалостными. Их предводитель обладал ужасающей силой, равной которой не знали даже придворные маги! За считанные минуты галеон был взят на абордаж, его капитан и команда вырезаны подчистую, трюмы разграблены, а перепуганные придворные связаны и поставлены на колени.

Инесс до сих пор помнила, как гулко билось ее сердце, когда восставший из мертвых принц прогуливался по залитой кровью палубе. Он смотрел в лицо каждому пленнику. Все они были теми, кто предал род ди Лабардов и переметнулся на сторону нового короля. И ни к одному из них он не испытывал жалости.

В конце концов, мужчин вздернули на рее, а женщинам дали выбор: умереть или стать заложницами. Высокомерные и чванливые леди заявили, что уйдут вслед за мужьями. Ведь никто из них до последнего не верил, что опальный принц посмеет так поступить.

Он посмел.

Столько лет прошло, а Инесс иногда казалось, что она все еще слышит их вопли.

Нет, ди Лабард не опустился до убийства женщин. Просто согнал в кучу это пестрое, крикливое стадо и сгрузил в шлюпку. Даже приказал оставить им воды и еды. А еще сказал усердно молиться, чтобы боги сжалились и послали навстречу королевский корабль.

Только Инесс согласилась остаться заложницей. Большей частью потому, что замуж за арецкого старика хотела еще меньше. А опальный принц с первого взгляда пробудил в ней новое чувство. Сладкое, темное и тягучее, как гречишный мед. Чувство, от которого слабели колени и становилось жарко внутри. Чувство, которое заставляло желать этого мужчину и сделать его навеки своим.

Так Инесс ди Ресталь попала на остров с печальным названием Последний приют.

Ей позволили связаться с родными. Герцог ди Ресталь, оставшийся министром при новом короле, предложил пиратам огромный выкуп за дочь. Но она заявила, что остается по своей воле. Потому что хочет быть рядом с Джерардом.

А теперь, спустя четыре года, он решил от нее отказаться?!

Инесс сжала кулаки.

Не бывать этому! Никто не посмеет встать между ней и мужчиной, которого она хочет! Если она сумела обойти волю отца, то что ей какая-то девка без роду и племени?

С трудом сдерживая рвущийся наружу гнев, она шагнула в конюшню. И тут же вжалась в стену. Потому что навстречу ей вылетел гнедой красавец, принадлежащий Джерарду.

Заржав, конь едва не встал на дыбы. Но всадник твердой рукой успокоил животное.

– Джерард! – Инесс бросила на мужчину умоляющий взгляд. – Нам нужно поговорить!

– Не сейчас!

Ди Лабард направил коня к выходу, даже не взглянув на нее.

– А когда?! – закричала она ему вслед, уже не сдерживая эмоций. – Когда, Джерард?! Когда у тебя будет время, чтобы заметить меня?

Ответом ей был стук копыт.

***

Джерард сдавливал пятками бока коня, заставляя того мчаться всё быстрее. На узкой лесной тропе в это время дня не было ни одного человека. Можно было не сдерживать галоп.

Он и не думал, куда мчится. Но нисколько не удивился, обнаружив себя рядом с пещерой. В том самом месте, где всё началось.

Десять лет назад Джерард ди Лабард по обычаю правящей семьи проходил службу на “Золотом ястребе” – флагмане королевского флота. Именно тогда ему пришлось столкнуться с армадой Сальи ди Нарде.

Враг напал одновременно и с моря, омывающего восточный берег Аквилении, и с запада, где раскинулись пески Даргаса. На его стороне были сильные маги и чудовищные боевые машины.

Аквиления оказалась не готова к войне. На ее территории уже много десятков лет царствовал мир.

Столица пала в считанные дни. Джерарду передали, что король сдался, чтобы сохранить жизни подданных. И он сам, возможно, тоже сдался бы вместе с остатками флота, если бы не новая весть. Салья ди Нарде казнил Доминика, его жену и шестерых сыновей…

Такая же участь ждала и Джерарда. Последнего из Лабардов, кто мог претендовать на трон Аквилении.

Он помнил, как стоял в тот день на палубе потрепанного фрегата. Худой, долговязый мальчишка. Помнил, как от северного ветра на лице стыли слезы, а руки со сбитыми костяшками бессильно сжимали абордажную саблю.

Остатки разбитого флота прятались за скалами острова, на котором высился древний Лабард-и-Нар – последняя цитадель, фамильный замок, еще не взятый врагом.

– Что вы решили, ваше высочество? – спросил тогда верный Ормонд ле Блесс. В те времена он был капитаном “Золотого ястреба”.

И вся команда уставилась на Джерарда так, словно тот был ключом к спасению.

– Я буду сражаться! – процедил мальчишка сквозь зубы. Еще не совсем понимая, на что подписывается, но прекрасно осознавая, что выбора нет. – Лучше погибнуть в бою, как мужчина, чем сдаться и лишиться головы, как мой брат!

Над палубой повисла зловещая тишина. Джерард обвел команду пристальным взглядом.

– Вы можете отказаться… – его голос предательски дрогнул. Он на секунду зажмурился, беря себя в руки, и твердо продолжил: – Вы можете отказаться и вернуться домой. Салья вас не тронет, ему нужен только я. Но если готовы остаться…

– Мы остаемся! – ответил за всех мрачный ле Блесс. – Это даже не обсуждается. Верно я говорю?

На глазах у Джерарда команда флагмана опустилась на одно колено.

– Мы готовы идти за вами, – резюмировал капитан. – И готовы за вас умереть.

– Спасибо… Для меня честь, служить под вашим началом, капитан ле Блесс.

К этому времени на плаву оставался всего десяток кораблей Аквилении. Остальные либо потопили, либо захватили враги. Весть о решении Джерарда облетела остатки флота, и на рассвете он увидел черно-красные флаги ди Лабардов, развевающиеся на мачтах…

Ему было всего семнадцать. Его душили отчаяние и гнев. А еще – жажда мести. И все же, эти люди пошли за ним, готовые умереть, но не сдаться.

Даже сейчас, спустя столько лет, он испытывал к ним благодарность. И стыд. Потому что не должен был выжить в той битве.

Охваченный тяжелыми воспоминаниями, Джерард спешился, привязал коня у входа в пещеру, а сам ступил под каменные своды. На стенах вспыхнули огоньки, из темноты донесся звук мерно падающих капель.

Принц уверенно направился вглубь пещеры. Песок и мелкий гравий зашуршали под подошвами его сапог, а мысли, как заколдованные, вновь вернулись к событиям десятилетней давности.

…Битва была в самом разгаре, когда канонерки противника отрезали “Золотого ястреба” от остальной эскадры. Воздух над морем почернел от гари и дыма, и никто на фрегате не знал, что стало с соратниками. Возможно, к этому времени все уже были мертвы. Джерард понимал, что это конец. Им не выиграть. Оставалось лишь как можно дороже продать свои жизни.

И в этот момент, словно ответ на молитву, рядом возник знакомый трехмачтовик. Корвет “Аквиления” – гордость королевского флота. Им командовал адмирал Рильяс ди Беран – друг и советник короля Доминика.

Бывший друг и советник.

А ныне – продажный мерзавец, присягнувший Салье ди Нарде.

Джерард решил, что это подарок небес: он должен забрать ди Берана с собой на тот свет!

“Золотой ястреб” взял “Аквилению” на абордаж. Команда ввязалась в бой с криками и улюлюканьем, орошая доски кровью бывших друзей, а ныне врагов.

Адмирала Джерард нашёл на юте, в самой гуще смертельной схватки. Увидев предателя, довольно оскалился. На забрызганном кровью лице эта улыбка смотрелась жутко.

Ди Беран, заметив его, побледнел. Словно столкнулся с демоном мщения. Защищавшие его люди дрогнули. Несмотря на численное преимущество и поддержку огромного флота, они испугались безумия, горящего в глазах юного принца.

– Прости. Я должен был позаботиться о семье. Мне не оставили выбора, – произнёс ди Беран, прежде чем Джерард скрестил с ним клинки.

Принц ничего не ответил врагу. Да и о чём говорить? Слова нужны, если хочешь договориться. Сюда же он пришёл убивать.

Он проткнул сердце лучшему другу брата, человеку, которого знал с детства и которым восхищался. И даже не вытер саблю от крови, прежде чем броситься к следующему врагу.

Потом, много лет спустя, Джерард поймет, что Рильяс поддался, потому что хотел умереть. А тогда, увидев, что адмирал мёртв, команда принца воспрянула духом. С устрашающими боевыми криками и ещё большим ожесточением моряки бросились добивать врага. Пленных не брали. Слишком яростной была жажда крови.

После этой победы ди Лабард разделил своих людей по двум кораблям и снова ринулся в бой. Но на этом удача покинула “Золотого ястреба”. Его бок один за другим протаранили несколько пушечных ядер.

Сильный удар швырнул юного принца на палубу. Ормонд едва успел закрыть его собственным телом, как рядом взорвался снаряд…