Глава 36

– Саид, – моя Жемчужина присела на подлокотник кресла, рядом со мной, прикоснулась к лицу и, повернув в свою сторону, обняла ладонями, заставляя посмотреть ей в глаза. – Не молчи.

– Как тебе в голову пришла подобная идея? – не то что бы я возмущён, хотя как-то это…

Даже не знаю, каким одним словом назвать. Не ожидал услышать «такого» предложения. Диана не была бы собой, если бы не придумала выход из сложившейся ситуации. Всё понимаю, она преследует благие намерения, желает Халиме счастья, а не пытается избавиться от неё, но уверенности в результате нет…

– Я же объяснила… – она шумно вздохнула. – Рассуждаю на основе собственных наблюдений.

«Да-да, Халима не просто так согласилась на помощь Леонида. Понравился он ей, чего стыдится» – и что дальше?

– Моя жена и твой брат? – в голове не укладывается. – Ты всерьёз полагаешь, будто они могут быть вместе? – с трудом представляю этот союз.

– Почему нет? В чём проблема? – Диана считает иначе.

– Мусульманкам запрещено выходить замуж за мужчин другой веры, про отношения вне брака – даже не упоминаю. А Леонид явно не готов жениться на женщине, не имея возможности познакомиться с ней ближе, как это принято у вас. Свободные европейские взгляды – иными словами. Но это недопустимо.

– При чём здесь религия? Я тоже пока не приняла ислам, и это тебе не мешает жить со мной. Ах, ну да, совсем забыла… — скривилась, — мусульманам ведь разрешено брать в жёны христианок и иудеек, хотя почему-то, когда дело касается женщин, вдруг возникают препятствия и ограничения, – она хотела встать.

Но я не позволил ей отстраниться: ухватил за талию, усадил к себе на колени и сжал в тугих объятиях. Теперь не вырвется.

– Не уходи.

– Как это называется: собственник вдруг очнулся и ревность? – Диана недовольно пыхтит как взбесившийся котёнок.

Смешная…

– М-м-м… да ты сама ревнуешь, – её поведение меня забавляет.

– И что тебя веселит? Да, ревную, ты мой – только мой, делить с другими женщинами не собираюсь, никого не потерплю рядом. Понял? – «ух, сколько злости в глазах отразилось» – а угрозы звучат привлекательно, и лучше направить всю энергию в правильное русло, готов выступить в качестве подопытного.

– Собственница моя… – губы сами растягиваются в счастливой улыбке. – Это так приятно: знать, что любишь. Я весь твой. Одна ты меня волнуешь. А к Халиме равнодушен, никогда не испытывал к ней особых чувств – уважаю, как мать моих детей, – и беспокоюсь за их судьбу, конечно.

«Когда-то был у меня дурацкий принцип: моё навсегда останется моим» – но я давно им не пользуюсь, отказавшись от «живой коллекции».

– Тогда почему противишься? – жена выдохнула облегчённо и ощутимо расслабилась.

– Сомнения есть, ведь любые изменения, в первую очередь, коснутся Ясмины и Лабибы.

– Можно же сделать так, чтобы всем было хорошо. Сейчас твоя жена нуждается в заботе и любви, чего ты дать не в состоянии, зато мой брат оценит её по достоинствам, окружит теплом, и она забудет о том ужасе. Все будут счастливы.

«Твоя жена… И пусть формально это так, но сейчас звучит странно и неприятно режет слух» – у меня уже есть единственная, неповторимая и любимая женщина.

– Дочерей в чужую страну не отпущу – в этом причина, а ещё смущает тот факт, что Халима слишком быстро переключилась на Леонида, – «именно он нашёл и спас её – полагаю, из-за этого она прониклась к нему». – В перспективе – это зависимые отношения, для неё они могут стать болезненными и мучительными, если что-то пойдёт не по плану. Его позиция ясна, и всё же…

– Мой брат – надёжный человек, и не будет пользоваться ситуацией в личных целях, — перебила меня. — Для начала он избавит её от страхов, поможет справиться с пережитым, а уж потом… – она улыбнулась. – Главное – Халима понравилась Лёне, как женщина.

– Хм… не знаю даже… – задумавшись ненадолго, пришёл к выводу, что всё-таки можно попробовать.

– И как быть теперь?

– Вообще-то есть один вариант.

– Какой? – Диана заинтересовалась. Изогнула бровь и смотрит внимательно.

– Если Леонид согласится на моё предложение, то препятствовать не стану, а Халима с девочками будут счастливы, в противном случае – твоему брату придётся незамедлительно уехать и ни во что не вмешиваться.

– Что за предложение?

– Об этом с ним поговорю, результат ты узнаешь позже.

– Саид… – она нахмурилась.

«Лишь бы не обиделась».

– Иди ко мне, – обхватил её затылок ладонью и крепко сжал, чтоб не отворачивалась, – мы ведь так и не отметили твоё «двадцатисемилетие».

– Нашёл, о чём вспомнить, я получила все твои подарки, их доставили утром того же дня. И лучшим из всего, что произошло тогда – ты пришёл в сознание.

– А мы по-особенному отметим, – «в нашем стиле».

– Твой возбуждённый взгляд громче всяких слов.

– Хочу тебя, – потянулся к любимым губам.

– Подожди, надо закрыть дверь на ключ, – Диана резво вырвалась и спрыгнула с моих коленей, – детей заодно проверю: сыновья-то всегда крепко спят, а Саида может проснуться, зубки активно режутся у неё, и, если не увидит меня рядом – начнёт опять плакать.

– Да-а, – я восхищаюсь женой, – дочь привязалась к тебе, ты – молодец, настоящая мать с большой буквы, – такие как она – редкость. Сокровище!

Я тоже встал с кресла и стал двигать его в ванную комнату. Другого места уединиться нет, а просить кого-то остаться с малышами, когда все и так вымотаны последними событиями, неправильно.

– Что ты делаешь? Тебе нельзя тяжести таскать, – возмутилась Диана.

– Заниматься сексом на массажном столе было не очень удобно, – как потом для себя определился. – Мне нетрудно, спину не напрягаю – честно. А ждать полного выздоровления не в состоянии, от своей сладенькой жены не откажусь на период восстановления. И срока длиною в жизнь не хватит, чтоб насладиться тобой.

– Я тебя люблю, – она игриво подмигнула и начала раздеваться.

Заводит, возбуждает, дразнит…

– Девочка моя, а как я люблю тебя… – «сильно, безгранично, всепоглощающе».

Вместе и навсегда!