Глава 114

Джонатан Ренслир

— Ты не можешь продолжать расследование в этом направлении, я тебе запрещаю, — строго выговаривал лорд Уинфред.

— Что? Почему?!

— Ты не понимаешь, скольких людей ты уже разозлил? Жалобы сыпятся со всех сторон: от лорда Макруфуса, от лорда Дервиса, от… — он принялся перекладывать письма на столе.

— Раньше тебя это не смущало, если нужно было прижать высокопоставленного преступника, — возмутился я.

— Тогда я был уверен, что ты прав! — рыкнул Уинфред и резко встал с кресла, бросив жалобы обратно на стол.

— А сейчас не веришь? — сощурился я.

— Ты не объективен, — устало вздохнул Уинфред. — Я понимаю, Мэтью Лерой увел у тебя любимую женщину, но это не повод… у него обширные связи, он как артефактор работает на многих очень важных людей.

— Некоторые обвиняют его в воровстве идей и плагиате, он присваивал разработки своих учеников и…

— Это не делает его преступником, — прервал мои слова Уинфред. — Если ученики имеют доказательства, могут подать жалобу в магический суд по авторскому праву. Но это точно не дело тайной полиции, у нас другой работы полно.

— Он не такой дурак, чтобы оставлять доказательства, если бы я только получил доступ к его лаборатории и бумагам…

— Джонатан, нет! — рыкнул лорд.

— Но это могло бы помочь мне получить доказательства…

— Ты не слышишь меня? Я запрещаю! — он шибанул ладонью по столу, — у тебя есть свои обязанности и работа, ты не забыл? Оставь Лероя в покое, Вероника выбрала его, а не тебя. Смирись уже!

— Она любит меня, а не его! — вскричал я.

— С чего ты взял? Что за глупости?

— Я видел в ее сердце…

— Недоказуемо, это лишь твои личные показания, которые не примет ни один судья. Ты мог увидеть то, чего желал.

— Это сила инкуба!

— Необъективно.

— Она ответила на мой поцелуй! Она…

— Это лишь доказывает, что она — ветренная особа.

Я яростно рыкнул, и сам не заметил, как у меня появился хвост, он хлестнул по полу, прочертив на паркете длинную царапину шипом. Я замер, не ожидал от себя такой несдержанности, спонтанные обращения у меня случались только в первые годы после обретения сущности. Лорд Уинфред удивленно приподнял брови, а потом вздохнул:

— Ладно, допустим, она тебя любит, — решил он, наконец, не спорить. — Но что это меняет? Женщины часто выходят замуж не за любимых.

— Но у Вероник нет родителей, которые могли бы ее заставить.

— Тогда деньги, — предположил лорд.

— Она не нуждается, ее бизнес идет в гору.

— Просто решила, что удобно. Или что пришла пора. Или тебе нужно было быстрее делать ей предложение, кто первый предложил — за того и пошла. Или…

— Она сказала, что не может отказаться от свадьбы, — тяжело вздохнул я.

— И что?

— Ты не понимаешь? Она сказала «не могу», а не «не хочу». Именно «не могу» ничего рассказать, «не могу» отказаться от свадьбы. Я не сразу понял, но…

— Это все равно не делает Лероя преступником, скорее с Вероникой нужно разбираться, — вздохнул Уинфред.

— Это еще не все! Я считаю его весьма подозрительным.

— На каком основании?

— Он артефактор!

— Как и сотни других в столице.

— Он достаточно талантлив, чтобы изобрести браслеты-блокираторы, которые надели на Глинду.

— На них его подпись? Фирменный знак? Какой-то почерк?

Я сокрушенно покачал головой, по данным аналитического отдела артефакт не имел никаких характерных особенностей, это-то и отличало его от прочих артефактов, обычно у мастера есть какой-то почерк, но не в этом случае.

— Но он делал артефакт-маскировку для Вероник, с которой она попала на сборище Лиги, значит он знает об особенностях суккубов и наших энергетических каналах, — добавил я.

— У тебя тоже есть такой артефакт и помощнее, может, это мастер, который его изготовил виноват?

— Он уже давно мертв, — помрачнел я.

— Но ты понимаешь, что это совершенно ничего не доказывает. Лерой решил жениться на суккубше, логично, что он изучил энергетическую структуру ей подобных, очень предусмотрительно с его стороны.

— Все равно…

— Ладно, — тяжело вздохнул Уинфред и начал методично сминать по одной жалобы и бросать их в мусорку под столом. — Ладно, я понял, что тебе не дает покоя этот артефактор. Ты можешь продолжить расследование, только очень тихо. И куда проще было бы, если бы ты просто поговорил с Вероникой по душам, — он бросил на меня пронзительный взгляд, я кивнул, хотя сомневался, что это поможет. — Только делай все так, чтобы это не мешало расследованию остальных дел. Демонолога так и не поймали, как и того, кто убивал мужчин. Следы демона в отделении полиции — это серьезно, дело на личном контроле у министра правопорядка! А ты со своей личной жизнью никак разобраться не можешь, — он раздраженно махнул рукой, отпуская меня.

— А ты-то сам не планируешь все же узнать имя своей истинной? — уже у выхода полюбопытствовал я.

Мне вслед полетел комок бумаги, но я успел быстро скрыться за дверью.