Глава 41

После нового открытия, что знак способен не просто продлевать срок цветения, но и заставлять цвести то, что уже давно отцвело, работы в оранжерее прибавляется в разы.

Помимо нанесения символов на десятки горшков каждый день, мне нужно заниматься и счетами, и подготовкой отчета.

Порой я даже забываю поесть, если бы не забота Эффи, так бы не вспоминала о голоде. Из-за своей занятости, я и с Люцией вижусь лишь по ночам.

Однако труды оказываются не напрасными. Всего за месяц наша лавочка становится довольно популярной в портовом городе, даже заморские торговцы заинтересовываются новым изобретением, пытаясь выведать его секрет, но, кроме меня, его никто не знает, и я надеюсь сохранять это и дальше втайне.

Когда снег покрывает белым слоем все вокруг, Жан, помощник герцога, прибывает в усадьбу за первым отчетом. Некоторое время он внимательно изучает документы. Я сильно нервничаю все эти долгие минуты. Хоть мой отец и торговец, и в теории я знаю о внутренней стороне этого ремесла, сама же впервые занималась подготовкой всей документации.

— Вы хорошо подготовились. — Наконец он откладывает бумаги и смотрит на меня.

— Значит, все в порядке?

— Да.

Тревога тут же отступает, и, кажется, я впервые за последний месяц вдыхаю полной грудью.

— Признаюсь честно, я был скептичен, но вы меня поразили. Я был уверен, что подобный бизнес не принесет большой прибыли, особенно в первые годы, учитывая вашу неопытность. Но вы дочь главы торговой гильдии, предпринимательская жилка в вас все же есть, — слабо улыбается мистер Ломарт.

— Вы мне льстите, это не только моя заслуга, мне помогало столько людей.

— Не принижайте и свои заслуги. Слышал, с вашим товаром никто не способен конкурировать. Правильно делаете, что не раскрываете свои секреты, — хитро улыбается мужчина.

Он прав, нельзя раскрывать тайну моего успеха, учитывая, что я и сама ничего не знаю о ней.

Однако тянуть с открытием магазина уже некуда, поэтому я набираюсь смелости.

— Мистер Ломарт, не могли бы вы передать это герцогу? — Протягиваю конверт с письмом Кларенсу, где и рассказываю о своей затее.

Мужчина хмурит брови, принимая его.

— Это по поводу расширения бизнеса, — тут же поясняю я, чтобы он не успел надумать лишнего.

— Конечно, передам и потороплю с ответом, — хитро протягивает он.

— Благодарю.

Жан не задерживается у нас и уезжает тем же вечером.

После его отъезда чувствую себя странно: с одной стороны, отчет сдан и можно немного расслабиться, но с другой стороны, теперь я в ожидании ответа Кларенса.

Успешное закрытие квартала мы решаем отпраздновать за ужином. На самом деле Эффи настояла на этом и целый день копошилась на кухне.

Все жители усадьбы собираются за праздничным столом, который буквально ломиться от яств служанки.

— Благодарю каждого за старания, без вашей помощи не удалось бы достигнуть такого успеха, — говорю я.

— Мы рады, что ваши дела идут в гору, — улыбается Гровер.

— С вами приятно работать, госпожа, — соглашается Глория.

Все весело обсуждают проделанную работу, просто разговаривают, веселятся, пьют и вкусно едят.

Я первая покидаю торжество, так как Люций уже начинает клевать носом. Он еще слишком мал для подобного. Ребенок быстро засыпает, стоит мне просто перенести его из гостиной в комнату и уложить на кровать.

На самом деле я тоже чувствую глубокую усталость, но вряд ли смогу уснуть также легко. При этом она совсем не похожа на простое утомление, это я начала подмечать не сегодня, а еще несколько недель назад, но не было времени поразмыслить об этом.

Так как с самого детства я знала, что лишена магии, то меня никогда и не учили ею пользоваться. Однако не раз я слышала от Элдона и сестер, как она ощущается. И моя усталость очень похожа на магическое истощение.

Эти мысли посещали меня и прежде. Загадочные символы, что я рисую каждый день, точно обладают магической силой, и подозреваю, что именно поэтому сейчас я чувствую себя так.

Нужно было давно разобраться в этом вопросе, но я была слишком занята.

В действительности, это просто оправдание. Во мне есть страх узнать правду обо всем этом, о самой себе.

Но нельзя вечно убегать от проблемы.

Одна идея давно возникла в моей голове, и сегодня у меня есть смелость проверить ее.

Взяв себя в руки, спускаюсь на первый этаж, осторожно прохожу мимо веселящейся компании и запираюсь в своем кабинете. Зажигаю свечу, достаю подарок Кларенса и сажусь за стол.

Эта книга все еще не желает открываться мне, ее листы молчат.

Я открываю первую страницу, беру в руку перо и макаю в чернильницу. Но страх вновь берет верх, и первая капля падает на чистый лист, оставляя кляксу, которая на глазах исчезает.

Затолкав свою тревогу поглубже, я дрожащей рукой ставлю кончик пера на страницу и начинаю выводить уже давно знакомый символ.

В секунды ожидания я даже не дышу, впиваясь взглядом в черные линии.

Кажется, проходит вечность, и в отличие от кляксы, рисунок не впитывается в бумагу, напротив, вместо этого начинает проявляться скрытый текст.