Глава 3

Моё появление не осталось незамеченным. – С добрым утром и добро пожаловать, – оглянулась на меня Дженни, – ваша помощь не помешает. – Она протянула мне сложенную тряпку: – Помогите перенести на стол. Мы взяли с ней котелок и потащили к столу, в центре которого стояла деревянная доска-подставка. – Как спали? Ничто не беспокоило? – спросила девушка, протягивая половник. – Хорошо, чувствую себя тоже неплохо, – кивнула я и начала разливать кашу по тарелкам. Вскоре все жильцы дома сидели за столом, довольно чавкали завтраком и разговаривали друг с другом. Дженни смотрела на меня, будто я пришелец, который свалился с неба. – Нехорошо так глазеть, – нервно засмеялась я, – чувствую себя неловко. – Простите. У нас давно не было гостей. Особенно таких, которые тут остаются больше пары дней. – Норм попросил познакомить вас с детьми, – произнесла Дженни, – смотрите: перечисляю справа налево, как они сидят от Бена и дальше по нашей стороне. Билл, Джо… – Это я! – радостно пискнул ребёнок, задорно блестя глазками-бусинками. -…Олли, Лес, Сара, Тодд, Боб, Саймон – продолжала она указывать на детей, – Амелия, Джеф, Стю, Вики… – Я здесь! – не поднимая головы, отрапортовала светловолосая девочка. -…Салли, близнецы Стен и Фред и малышка Оливия. Думаю, со временем вы запомните. Я кивнула, с памятью у меня никогда не было проблем. После того, как завтрак был окончен и дети разошлись по дому, села на край стола рядом с девушкой. Она домывала посуду. – Норм и Прихватка ушли в лес… – Дженни медленно протирала тарелку, глядя куда-то в пустоту. – Вчера мы рискнули зайти слишком глубоко в чащу и чуть не заблудились. С каждым разом становится всё опаснее, а мелких зверей так и нет. Продукты заканчиваются быстро, а привозят их только раз в месяц. – Кто? – Старый мерзкий сэ-эр Мортика-ам, – гнусаво протянула она и скорчила забавную рожицу. Я расхохоталась: – О боже! Он настолько противный? Дженни тоже засмеялась, а потом резко посерьёзнела и повернулась ко мне, во взоре её больших глаз читалась какая-то обречённость: – Вас послали к нам для галочки, так ведь? Как и всех предыдущих управляющих. Но, глядя на вас, мисс Брианна, думается мне, что вам не будет всё равно? Получать жалование и безучастно смотреть, как мы все тут загибаемся от голода, вы не станете. – Не стану, – мои руки сами сжались в кулаки. – Спасибо вам… Хотя бы за желание нам помочь. Кроме нас у малышни никого больше нет. А городской управе нет до этого места никакого дела. Мне оставалось только внимательно её слушать, чтобы понять, в какой мир меня занесло, какие тут заведены порядки. – Но не думайте, что мы тут прямо помираем. Есть и много радостных моментов – уж про них-то я вам расскажу и покажу, когда подвернётся возможность, – развеселилась девушка. – Что же с продуктами? – после пятиминутного молчания, заговорила я вновь. – Сэр Мортикам – поверенный нашего бургомистра. Тот выделяет деньги на провизию для приюта, Мортикам всё закупает и привозит раз в месяц. Но этого ужасно мало для двадцати человек. Мы, старшие, почти не питаемся, стараемся экономить, всё отдаём детям. Но это нечестно! – Дженни в сердцах стукнула ложкой по столу. – Ты права. С этим нужно что-то делать. – Ничего с этим не сделаешь. Мы у них не в почёте. Уж я-то знаю. Мы отбросы, дети шлюх, подкидыши. Я живу в этом паршивом городишке, сколько себя помню. И в этом доме. Правда, когда-то он знавал лучшие времена. – Я попробую что-нибудь сделать, но для меня пока что есть только то, что я вижу и что вы мне рассказываете, нужно время, чтобы я осмотрелась. – Я знаю. Знаю. Извините, зла не хватает. Вышвырнули нас сюда, на окраину, рядом с лесом, чтоб волки сгрызли. Давно не приходилось об этом кому-то рассказывать, накопилось в душе. Вот и полилось… Я улыбнулась: – Выговариваться полезно. Я чувствую, что вскоре всё изменится в лучшую сторону. – Ваши слова бы… – поставила последнюю тарелку Дженни. Я встала и прошлась по комнате, задумчиво заложив руки за спину. Всё выглядело не так мрачно при свете дня. Несмотря на скудность обстановки, везде был порядок: вещи аккуратно сложены, постели, хоть и малопригодные для пользования, ровно заправлены. Мне уже было намного лучше. Может, сказывался хороший сон, а возможно, присутствие новой души в слабом теле и иная сущность оказались куда сильнее прежней? Потому хворь и отступила? Решила прогуляться по дому. За дверью был коридор, в конце которого спальня, где я очнулась. Слева от двери в кухню коридор сворачивал к входной двери и на лестницу. Справа была ещё одна комната с открытыми створками. Я подошла и оперлась о косяк: в помещении стоял большой грубо сколоченный квадратный стол с кучей табуреток по периметру. За ним (столом) сидели семеро детей, которые что-то чиркали на каких-то квадратных дощечках. Со своей позиции я заметила их чёрные от уголька пальцы. У окна на полу сидели дети помладше, они играли вырезанными из дерева неказистыми игрушками. Моё любопытство привело меня на второй этаж. Ступени лестницы оказались скрипучими, и из ближайшей комнаты выглянул Бен. – Осваиваетесь? Идите сюда. Он подошёл к окну, около которого стояло знавшее лучшие времена кресло с таким же потрёпанным одеялом и маленький столик. – Вон там – тропа ведёт в лес. Она одна, запутаться сложно, – указал он на протоптанную дорожку в пятидесяти метрах от дома. – Туда в одиночку не ходите. Дикого зверья много. Их не поймаешь, а вот они вас могут. Отсюда хорошо просматривается вся территория нашего двора и дорога в лес. Если кто-то из животных приблизится к дому, с ними сделать вы ничего не сможете, а вот крикнуть и предупредить детей, если те играют на улице или самой побежать и загнать их в приют – вполне. И запереть двери. Кто-нибудь из старших всегда должен быть тут и следить. Если вы останетесь на дозоре и захотите спать – лучше сразу позовите кого-нибудь, кто в доме, чтобы вас сменили. Я с пониманием кивнула. – Сейчас внизу Дженни, и это значит, что я могу отлучиться по нужде или спуститься за едой и чаем. Мы вышли в коридор. – Летом тут более оживленно, в комнатах этого этажа спят младшие. Мы внизу. Большинство помещений сейчас заперты на ключ, там только пустые кровати. Все подстилки, одеяла и подушки снесли вниз, к печи, где самое тёплое помещение в зимнее время. Две комнаты сейчас открыты, но там тоже нечего делать. – он махнул рукой на пару дверей и пошёл обратно к окну. Я заглянула в первую комнату: тут стояли три деревянные грубо сколоченные кровати, низкий стол в центре и маленькие табуретки. Один неказистый шкаф. За второй дверью оказались две крохотных кроватки для новорождённых. Я нервно сглотнула. Неужели тут действительно оставляли и младенцев? Колыбельки стояли в дальнем углу комнаты и, похоже, были давно заброшены: толстый слой пыли, паутина. В одной из кроваток лежала страшная тряпичная кукла. Мне поплохело. Голова закружилась и стало подташнивать. Впечатлительность – не свойственная мне черта характера. Скорее всего, это мне досталось от прежней хозяйки тела. Надо было собраться и заняться чем-то полезным, чтобы не переживать о всякой ерунде. – А чем вы охотитесь? – я вернулась в дозорную и вдумчиво посмотрела на лес. – Когда как. Иногда с наточенными кольями. Порой с рогатками. Ими можно сбить птицу или мелких грызунов, – пожал плечами Бен. – Не охотники мы, что с нас взять? – А более крупные животные? Кролики? – Они слишком шустрые, пробовали несколько раз их поймать, но не вышло. Я спустилась на кухню, села за стол и задумалась. Мой отец был лесником, сколько себя помню. В детстве я часто увязывалась с ним в чащобу и наблюдала, как он расставлял ловушки от вредных расплодившихся грызунов. Сейчас воспоминания из прошлой жизни встали перед моим внутренним взором чётко, будто только вчера ходила с папой по лесу, внимательно слушая его объяснения. Следующие пару часов я искала необходимые мне материалы по дому. Благо их не нужно было много. Нашла пеньковые верёвки на вязанке хвороста и ещё пару, на которых висели занавески в одной из нежилых комнат. Руки помнили, что надо делать и двигались сами, закручивая петли. В обед пришли Норм с Прихваткой. Вид у них был весьма недовольный. – Снова ничего? – Дженни налила им горячего пустого супа и села напротив. – С каждым разом я всё больше теряю надежду, что в такой холод мы выдержим весь день бродить по лесу. В прошлый раз… – Вы видели зайцев? – перебила я Прихватку, зайдя в комнату. – Не пугайте так! – вздрогнул парень. – Ну, да, заметил. Но их невозможно поймать. Очень быстрые. Забудьте. Они издалека нас чуют. – Где их тропа? Прихватка со смехом посмотрел на Норма. – У нас новый охотник! – и оба засмеялись. – Что, если я вам скажу, что вы можете сегодня провести остаток дня дома и при этом на ужин у нас будет мясо? – поддержала их веселье я. – Вы что, это всерьёз? Решили выйти на охоту? – Почти. Просто покажи мне заячьи тропы. Я с грохотом поставила на стол кастрюлю. Все трое с интересом заглянули в неё. – Чем бы эта жижа ни была – не вздумайте меня ею кормить, – Прихватка довольно похлопал себя по пузу. – Моё тело – мой храм. – Это засохшая трава, которую я нашла в дровнице, кора с веток и всего понемногу, замоченные в воде. А это, – я показала пальцем в окно, за которым на дереве висели силки, – ловушки для зайцев. Их нужно привязать к самой низкой ветке, чтобы петля повисла над тропой и идти домой ждать. Когда они попадутся в них, то уже никуда не денутся. – К чему варево? – наиграно брезгливо отодвинул кастрюлю Норм. – Вымочить верёвки, чтобы очистить их от запаха человека. С довольным лицом и под всеобщие удивлённые взгляды я натянула на себя старую штопанную-перештопанную телогрейку, запихнула ноги в унты и пошла во двор. Петли были уже почти сухими и готовыми. Первым за мной следом выскочил Прихватка. – Силки надо установить немного над заячьей тропой, ну или можно сделать горизонтальную ловушку… Главное – правильное положение, при которой петля затянется вокруг тушки или заячьей ноги, – объясняла я, после чего осеклась, чувствуя на себе пристальные взгляды. – Откуда вы всё это знаете, леди Бри? Неужто, такому обучают в столичных школах? Парни стояли со скрещенными руками на груди в ожидании объяснений, но в их глазах плясали искорки восхищения. – Нет. Но в детстве мой отец брал меня на охоту и обучил очень многому. Ни к чему им было знать подробности. Например, что речь шла не об отце Брианны и не о её детстве. Норм прищурился. – Да… Дела… Если всё так, как вы говорите, то ваши умения нас очень выручат. Мы готовы вас слушать, – с предвкушением потирая ладони, юноши буквально нависли над душой. Я промолчала. Главное, чтобы видели, что я им стараюсь помочь, а не навредить. И тогда, может быть, мы сдружимся. А вообще, меня распирало от воодушевления, и я готова была горы свернуть, вспомнив давно забытые ощущения новизны происходящего, будто вся жизнь впереди. В дом мы вернулись довольные и вдохновлённые. Мне стало так приятно сидеть и наблюдать за огнём в глазах ребят, когда они рассказывали Бену и Дженни, как я учила их ставить силки. Дженни периодически удивлённо вскидывала на меня взгляд и возвращалась к беседе. В доме будто стало чуточку теплее. – Уже интересно, чем вы удивите нас завтра, – улыбнулся Бен. Я, по обыкновению, молча пожала плечами. Когда солнце начало опускаться, Прихватка и Норм ушли осматривать ловушки. Я там была не нужна – они знали, что делать. Дженни проверяла уроки у старших детей, а Джо крутился у меня под ногами. – А ты нашла то, что потеряла? – он дёрнул меня за штанину и запрокинул голову, вопрошающе заглядывая мне в лицо. Я погладила его по волосам. – Думаю, да, малыш. – Это хорошо. Я думал, ты совсем-совсем потеряла. Его слова невольно заставили меня задуматься о чём-то важном, о чём я никогда раньше не задумывалась. Я устроилась у огня, и Джо лёг ко мне на колени. Следом подошла Сара и тоже села рядом, положив голову мне на плечо. Она что-то показала жестом и спрятала руки в карманы. – Да, думаю, так и есть. – ответила я, даже не осознав того, что девочка не произнесла ни звука. Входная дверь распахнулась, внеся в дом холодный вихрь и громкое улюлюканье Прихватки. – Бен! Бен! Дженни! Леди Бри! Сработало! – Прихватка, широко улыбаясь, демонстрируя крупные желтоватые передние зубы, принялся плясать посреди комнаты, зажав в поднятой руке две кроличьи жирные тушки. Дети хором загалдели, развеселились и тоже пустились в пляс вокруг толстяка. Норм стоял у двери и тихо улыбался, наблюдая за происходящим. – И правда, сработало, – произнёс подошедший к нему Бен. – Чувствую запах перемен! – И в лучшую сторону, – веско добавил Норм, многозначительно на меня покосившись.