16 глава
Назад я вернулась не к себе, а к Лелю. Доступ в свою комнату он мне оставил. И пошла изучать его библиотеку.
В этом мире не принято было указывать автора на обложке, даже не знаю, почему.
Автор указывался на первой внутренней странице, как и другая информация.
Например, количество экземпляров и год выпуска.
Правда год был какой-то интересный. Например, на одной книге было написано триста пятьдесят первый, а на другой - пятьсот двадцать шестой.
Сначала я вяло изучала все книги, но когда и на десятой автором оказалась Розалинда Светлая, то мне даже интересно стало, сколько её книг хранит у себя Лель.
Почему-то верить в то, что я - это и есть Роза, я не спешила. Поэтому и отзывалась мысленно о ней, как о посторонней демонице.
К концу моих исследований, я поняла, что абсолютно вся библиотека моего инкуба заполнена книгами Светлой.
Только года выпуска рознятся. На одной книге было больше трех тысяч лет.
То есть с нашим исчислением они явно никак не связаны.
Раньше я даже не задумывалась об этом, просто времени не хватало. Как и не задумывалась о днях недели, и названиях месяцев.
Надо бы этот вопрос уточнить.
Кстати, по состоянию книг было совершенно невозможно понять, новые они или старые. Видимо, виной всему была магическая бумага, которая не разваливалась от воздействия внешних факторов.
Я вспомнила, что, когда заключала договор по работе с Лелем, не заметила дату. Или не обратила внимания?
Я смотрела, только на год, который я должна буду отработать по контракту. И всё. Другая информация меня не интересовала.
Я рванула в свой кабинет и решила посмотреть свой контракт.
Не может быть, чтобы там не было даты.
И, что самое интересное, так и случилось.
В моем договоре не было даты составления.
Зато, время моей работы уменьшилось.
Теперь я должна была работать в качестве администратора не менее триста сорока дней.
Я несколько раз перечитала свой договор и других изменений не нашла.
Дожидаться утра я не смогла, мне нужно было узнать, что это означает.
И я пошла к Лире.
Девушка открыла дверь зевая, и сонно моргая своими большущими, почти, как у героя аниме глазищами.
- Что-то случилось? – удивленно спросила суккуба.
- Извини, я просто не смогла дождаться утра, - покаянно произнесла я, - но мне очень надо кое-что узнать.
- Ну проходи, - пожала плечами суккуба, пропуская меня в свою комнату.
Зайдя за порог, я сразу же показала Лире свой контракт.
- Я клянусь, что, когда заключала его, тут было написано «один год», а теперь вдруг стало триста сорок дней, - ткнула я в надпись пальцем.
- Так всё правильно, - удивленно посмотрела суккуба на меня. – Ты уже двадцать пять дней работаешь и живешь у нас. Как раз, если от триста шестидесяти пяти отнять двадцать пять, получится триста сорок.
- Подожди, так в контракте каждый день, что ли дата уменьшается на один день? – пораженно произнесла я.
- Ну да, - пожала она опять плечами. – Когда дней станет ноль, контракт просто исчезнет.
- Магическая бумага, - пробормотала я.
- Ага, - кивнула Лира, - у тебя всё, мне можно пойти спать? – насмешливо посмотрела она на меня.
- Подожди, - попросила я, и показала ей книгу, которую взяла с собой из библиотеки Леля. – А что это за год такой? И я даже не знаю, какое у вас тут летоисчисление… Какой сегодня год?
- На книгах исчисление идет иначе, - начала пояснять мне Лира. – Здесь указывается не дата создания книги, а то, сколько лет назад она была написана.
- Хочешь сказать, что эта книга была написана более трех тысяч лет назад? – в шоке спросила я.
- Ага, - произнесла девушка. – И летоисчисления у нас не существует. Все контракты и договора заключаются на определенное время. Не исполнить договор – невозможно. Магия заставит тебя это сделать в любом случае.
- А как вы ориентируетесь? Как года считаете? Дни рождения, например?
- А зачем? - удивилась суккуба. – Мы всё равно все бессмертные. Мы не считаем года. В этом нет никакого прока. Вот в учебных пособиях есть. Можно понять, что допустим это открытие было сделано три тысячи лет назад, и вполне возможно, оно уже морально устарело, и стоит поискать более ранние издания.
- Или взять договор, - продолжила девушка. - Так там отсчет идет обратный. Чтобы было видно, сколько осталось времени на его исполнение. Или на тех же артефактах, которые со временем могут перестать работать. На них тоже идет обратный отсчёт времени. И ты, покупая новый артефакт, или заправляя его магией, видишь, сколько он будет работать.
- Ясно, - кивнула я. – Спасибо, что объяснила. И еще последний вопрос – у вас есть времена года, и дни недели?
- Нет, - покачала головой суккуба. – А что значит времена года? Это как?
- Ну, это привязка к сезонам, - ответила я. – Например, на Земле, когда становится холодно и выпадает снег – это зима, когда снег сходит, и природа начинает оживать – это весна. Летом все цветет и пышет. А осенью природа начинает увядать, потому что наступают постепенно холода.
- Если судить по твоему описанию, то у нас всегда лето, - хмыкнула суккуба. – Остальных признаков во всем мире, просто не существует.
- Снега не бывает никогда? Или может сезон дождей?
- Сколько лет живу, и путешествую по миру, никогда и нигде не видела и не слышала то, о чем ты рассказываешь. А что такое «сезон дождей»? – добавила она заинтересовано.
- Ну это, когда с неба капает вода.
- Такого у нас не бывает, - ответила Лира. – Вода есть только на земле. Максимум, что может приходить с неба – это песок. Но он не с неба идет, его поднимают мятежные души из пустоши, когда подходят слишком близко к нашей границе.
- Погоди, так это из-за этого Абадон приехал?
- Ну да, - опять суккуба пожала плечами, - у нас это верный признак, что пора идти их отгонять.
- Ого, а ветра не бывает?
- Нет, ветра не бывает, - покачала головой девушка, - и я даже не представляю, что это такое.
- А к чему привязаны ваши года? Как вообще происходит смена года?
- Если посмотреть на небо, то ты увидишь смог, так вот, один раз в году, они расходятся, и мы видим чистое небо в течении целого дня. Затем смог опять сходится. Это случается ровно один раз в год. Вот к этому и привязаны наши года.
То, как происходит смена дня и ночи я уже поняла сама. На улице просто становится темно, как ночью. А днем светло, будто солнце светит. Хотя смог с неба никуда не уходит.
Я попрощалась с Лирой, пожелала ей спокойной ночи и отправилась к себе, думая о том, как же долго жила Роза, учитывая то, какие даты я видела в книгах, которые она писала.
У меня в голове не умещалось, как можно прожить больше трех тысяч лет?
Думать о том, как работает время в этом мире и как устроена природа, у меня, пока не получалось. Ведь все физические явления не поддавались логике.
Как можно жить без ветра и дождя? Здесь нет круговорота воды в природе?
И самое главное… где насекомые, птицы и другие звери?
Я ведь об этом даже не задумалась ни разу. Кто и как опыляет растения? Кто разносит семена по миру? Как выращиваются кормовые и сельскохозяйственные культуры?
Возможно, всё происходило за счет магии?
Мозг кипел, и хотелось узнать всё и сразу, а допрашивать Лиру было ужасно неудобно, я и так её разбудила.
Следующий день был наполнен бытовой суетой.
Я встречалась с поставщиками, выдавала всякие мелочи со склада, в общем, как-то так получилось, что время незаметно пролетело до самого вечера.
И только лежа в ванной в пене, я смогла открыть один из учебников, которые оставил мне Лель на столе и начала его читать.
Чтиво опять оказалось увлекательным, потому что оно отвечало практически на все мои вопросы, которыми я задавалась вчера.
Я даже удивилась, что Лель смог угадать мои мысли. А может это азбука для всех демонов?
Потому что в этом учебнике объяснялось всё мироустройство.
Но я была не совсем права про магию, точнее права, но частично.
Оказывается все процессы контролировали сами демоны, потому что мир во всем им помогал.
Демоны, если желали, то могли сделать что угодно. Достаточно было искренне всем сердцем и душой чего-то захотеть.
Если ты всем сердцем хочешь вырастить какую-то культуру, то ты это сделаешь.
И мои цветы, которые сейчас росли на подоконниках и которым я уделяла свою энергию – поливая их, и проверяя всё ли с ними в порядке, поэтому сейчас росли.
Так происходило со всем, что имеется в Аду.
Существовали демоны, выращивающие рожь или пшеницу, а были те, кто выращивал специальные растения со вкусом мяса. То есть в аду не выращивали живых существ на убой.
Здесь вообще не было принято есть то, что когда-то двигалось и было живым! Потому что всё живое – это чья-то душа.
Даже эти флегматичные животные, похожие на ящеров и то, считаются живым, и даже разумными существами. И есть их строго запрещено, а вот приручать можно.
Были даже случаи, как ящеры становились настолько разумными, что могли обращаться в обычных демонов, но таких случаев очень мало.
А те, кто решался есть живых, то сразу же отправлялся в пустошь. Потому что только там души пожирали друг друга.
Когда я дочитала до этой главы, то была поражена больше всего.
Я почти месяц прожила в аду, и оказалось, что мясо – это растение, а не животные организмы…
Но ведь вкус-то вообще никак не отличался…
Когда книга была прочитана мною полностью, я сделала вывод, что Ад – это такой мир, который исполняет любое твое желание.
Хочешь жить спокойной мирной жизнью и что-то создавать для других – пожалуйста, хочешь убивать и постоянно находиться в битве – пожалуйста.
Хочешь кипеть в океане лавы – пожалуйста.
Важно было хотеть что-то всем сердцем и душой. А уж Ад найдет возможность теперь помочь с тем, что ты хочешь.
Любое твоё желание Ад исполнял, сталкивая тебя с теми, с кем твои желания совпадали. Потому что жажда убийства тоже желание, и это желание ты мог исполнить, только в пустоши. Среди мирных демонов, у тебя это сделать не получится. Ад не допустит этого…
Но из этого можно было сделать и еще один вывод. Смерть в Аду – это тоже было личным желанием каждого демона. Потому что здесь можно было жить вечно…
И это давало надежду на то, что с Лелем ничего не произойдет страшного…
На следующий день ко мне пришел поставщик мяса и я уже в подробностях допросила удивленного демона, о том, как же они выращивают мясо.
- Да вы можете сходить к нам в сады и посмотреть, - ответил слегка опешивший от моего напора демон.
- А можно? – удивилась я.
- Конечно, - пожал он плечами. – Мы смотреть никому не запрещаем, воровать, только нельзя. А посмотреть – это без проблем.
- Ладно, - кивнула я. – Как время появится, обязательно к вам загляну.
Демон жил на краю города, и он и его семья не единственные в городе занимались мясом. Всего шесть семей выращивали мясные деревья и кусты, как пояснил наш поставщик. И этого вполне хватало, чтобы обеспечить весь город мясом.
Ночью я «пригласила» Маису к себе на луг. Понятия не имею, как это происходит, я сама до конца не понимаю, просто захотела изо всех сил, чтобы мы оказались на моём любимом лугу, и когда уснула, то увидела и маленькую Маису.
Всю ночь мы играли в салочки, плели венки, и ни о чем не думали.
О чем может думать ребенок в четыре-пять лет?
Главное, чтобы сыт и здоров был.
А голода и какой-то боли в моем сне и близко не было.
А утром, Маиса уже стояла у плиты и напевала какую-то веселую песню.
Я не стала с ней пока говорить о происшествии, решила, что попробую это сделать где-то через неделю, чтобы понять, действует ли на неё моя «терапия», или нет.
С Каном мы больше не виделись. Толи он меня избегал, толи просто так получалось.
Дом все же большой и при всем желании, в нем можно не встречаться целую неделю.
Теперь еще и выхода из дома было целых две.
Лель по словам суккуб его не стал закрывать.
Бытовуха затягивала меня с головой.
Днем я бегала занималась какими-то незначительными делами, и эти незначительные дела умудрялись занимать у меня прорву времени, а вечерами читала книги, которые оставил мне Лель, всё больше и больше понимая мироустройство Ада. А еще выписывая для себя вопросы, которые появлялись с новыми ответами для меня.
И больше всего меня интересовала – как же Роза погибла?
Если Ад выполняет все желания, то получается, что Роза хотела умереть? Она ходила в пустошь раз за разом и искала там смерть?
Сколько исследований она сделала за годы жизни в Аду. Сколько трактатов она написала… Она бы ни за что не хотела умереть.
Нет, не верю я в это.
Не могла она со своим желанием всё исследовать – пойти на смерть.
Мне казалось, что ответ на этот вопрос лежит буквально на поверхности, но почему-то разгадать я его не могла.
Ночью я опять гуляла на лугу с Маисой.
Девочка показывала мне игры из своей жизни в её мире. Чем-то они были похожи на игры русских деревенских ребятишек, но отличия все равно были.
Иногда Маиса обижалась, топала ножкой и требовала к себе особенного внимания.
Чувствовалось, что девушка была немного избалованной. Я спрашивала с кем она живет, а она говорила, что временно у бабушки, но скоро её должны забрать родители, когда у них появится возможность. А пока ребенок просто беззаботно бегал и играл с веселой девочкой, придумывающей новые игры.
Идея узнать о том, почему погибла Роза захватила меня с головой, и я решила «допросить» всех её знакомых, чтобы понять, чем она увлекалась, чем жила перед смертью. Может быть что-то сильно тревожило? А может жизнь ей наоборот наскучила, и она решила так оригинально уйти?
Или у них были какие-то ссоры с Лелем?
Но, к сожалению, ничего интересного, суккубы и инкубы мне рассказать не могли. Все, с кем я разговаривала о Розе, считали её очень увлеченным и увлекающимся демоном. И никогда не замечали на её лице скуку или уныние. И ни разу не слышали от неё жалоб на жизнь.
- Роза всегда умела вдохновлять на какие-то поступки или свершения, - рассказывала мне одна из девушек. – Помню, как мы буквально парой слов с ней перекинулись, а мне уже захотелось написать новый холст.
Суккуба была художницей, я когда забежала к ней на пару секунд, то поразилась сколько всего она нарисовала за свою жизнь. Все стены были увешаны её картинами. Ни одного сантиметра не пропущено, от пола до потолка. И то, это была лишь малая их часть. Многое она рисовала на продажу.
- Знаешь, я не умею рисовать портреты демонов, природу, или натюрморты. Но обожаю это делать с различными формами. Помню, как переживала из-за того, что мои рисунки – это всего лишь набор плавных или прямых линий, а еще различные цвета. Но после разговора с Розой, я поняла, что даже мои картины могут пользоваться спросом. И я начала рисовать их на заказ под интерьер. Даже сам Темный Владыка несколько картин покупал к себе в личные покои. Ведь они больше похожи на часть интерьера. Совершенно не выделяются, и создают определенное настроение для той или иной комнаты, - с улыбкой на лице и легкой ностальгией делилась со мной девушка.
А мне даже захотелось приобрести у неё пару картин, которые бы неплохо вписались в интерьер и моей комнаты.
- Удивительно, но это стало делом всей моей жизни, хотя я до этого считала, что это баловство, и боялась кому-то показывать свои картины, - добавила суккуба, когда я уходила от неё.
И так было со всеми, с кем я разговаривала в тот день.
Роза умудрялась находить подход ко всем жителям в доме, будто под кожу им залезала глубоко в их мысли. Для всех она была идейной вдохновительницей. И никто из суккубов и инкубов не заметил перед смертью какие-то изменения в её поведении.
Единственный с кем я не разговаривала о Розе – это Кан. После нашего последнего разговора этот инкуб избегал общение и встречи со мной.
Дверь просто не открывал, и делал вид, что его нет в покоях, а в коридоре, в столовой или во внутреннем дворике, даже случайно, у меня не получалось с ним встретиться.
И было у меня ощущение, что этот инкуб мог поведать мне гораздо больше о Розе, чем кто-либо другой.
Не считая Леля, конечно же…
По нему я сильно скучала. Как бы не пыталась отвлечь себя разными делами. Все думала о том, как сильно его хочу. В прямо и переносном смысле. Так надолго мы еще не расставались. Казалось, будто этот мужчина всегда был со мной, всегда поддерживал меня, чему-то учил. И поэтому так тяжело было ощущать его отсутствие.
И меня даже не пугала мысль о том, что я в него влюбилась по уши, хотя изначально страшно этого боялась. Лель доказал, что я для него не увлечение на одну ночь. Что отношения со мной – это не интрижка. А намного больше… Особенно, если учитывать то, что он признал во мне Розу, но ни разу об этом не сказал, пока я не подняла эту тему.
На четвертый день я почувствовала, как сильно сжалось моё сердце от тревоги за инкуба. Ощущения и предчувствия были очень плохими. Я даже попыталась ему позвонить, и отправить сообщение, но ответа не было. Да, и было бы странно, если бы ответ пришел, потому что все демоны в голос утверждали, что артефакты для переговоров не работают в пустоши. И послать сообщение можно, только с помощью гонца. Даже голубиной почты не было в Аду. Что очень неудобно…
К вечеру тревоги за Леля, только усилились.
Я пыталась занять себя чем-то, чтобы не думать о плохом и поэтому крутилась, как белка в колесе по всему дому с проверками.
То тут пятнышко найду, то здесь. То тут неровно куст подстриженный, то здесь слишком сухой грунт.
На меня уже весь персонал начал посматривать со страхом и прятаться по углам, чтобы я не докопалась, до еще какой-нибудь фигни.
Даже прачка сбежала. Похоже, демоницу кто-то предупредил о моем «настроении», и она решила ретироваться из прачечной, пока есть возможность.
Я зашла в маленькую комнату, хмуро осмотрела работающие машины, и уставилась на прозрачную стену и пустое помещение.
От нечего делать, решила поискать вход в это помещение.
Простукала все стены, и даже пол.
Отодвигала от стен большие машины (благо те не были как-то подсоединены между собой или к стенам, и весили немного). И наконец-то смогла нажать на какую-то плитку, от чего услышала звук открываемой двери.
Оглянувшись на звук (он шел из другого угла комнаты), я увидела открытую дверь. Самую простую дверь из металла, в прозрачной стене. Она открывалась вовнутрь.
Когда я вошла в помещение, которое до этого казалось мне пустым, то ахнула от удивления.
Это было похоже на лабораторию безумного ученого.
«Может это то самое помещение, которым мне хотел похвастаться Лель, но просто не успел?», - возникла догадка в моей голове.
Прикрыв дверь, но не полностью закрыв её, а то мало ли, вдруг выйти не смогу, я пошла исследовать огромное помещение.
По среди стояли разные машины-артефакты, совершенно не знакомые и непонятные для меня, поэтому я осторожно обходила их стороной и старалась не трогать.
Знакомая полка с заготовками, которые я видела в учебнике нашлась в самом конце.
Там был целый стеллаж, а еще небольшой диванчик, и стол с лампой.
Сев в кресло за стол, я включила лампу и увидела на столе недоделанные артефакты.
Сложилось ощущение, будто Лель здесь работал, а затем, оторвавшись от работы, положил недоделанный артефакт и пошел по каким-то своим делам.
Я пошарилась в столе, и нашла несколько тетрадей, в который были формы для исчисления и различные чертежи.
Сначала я не поняла, что не так в этих чертежах, но рассматривая картинки, я все больше и больше замечала кое-какие очень важные несостыковки.
Почерк.
Почерк был не Леля.
А чей?
Я начала вытаскивать из-под стола различные тетради, и нашла несколько дневников…
И до меня дошло, чьи это были дневники, когда я почитала некоторые записи в них.
Роза…
Это её стол, и возможно вся эта лаборатория тоже принадлежала ей.
Сначала я смутилась и не хотела заглядывать в чужую жизнь, но любопытство все же пересилило. Тем более, что все вокруг утверждали, что я — это она и есть.
Несколько дневников были про её исследования.
Роза и правда была увлекающейся натурой, ей хотелось знать буквально всё на свете. Чем больше я читала и изучала её мысли, тем страннее мне было сравнивать себя с этой суккубой.
Я никогда не была такой, как она. Мне кажется, что я просто плыла по течению. Не любила особо сражаться с проблемами, выделяться из толпы, старалась, наоборот, идти по наименьшему сопротивлению. Ненавидела учиться. Школу кое-как закончила. Потом отмучилась в училище, даже чуть не бросила его, но меня подруга уговорила доучиться, потому что ей страсть, как не хотелось одной оставаться.
А потом, когда я встретила своего будущего мужа, вообще превратилась в амебное существо, которое, готово было ноги ему лизать.
Он поэтому и женился на мне. Нравилось ему, что я за ним так бегаю, и восхищаюсь каждым его словом и действием причем совершенно искренне.
А Роза была другой. Она была талантливым ученым. Знаменитостью в Аду. Её все любили и уважали. Роза готова была из любопытства целый мир разобрать по кирпичикам, чтобы его изучить. Конечно, она не была фанатиком, и если её изыскания могли навредить хоть одному живому существу, то Роза сразу же прекращала свои эксперименты и шла другим путем.
Мне кажется, тут какая-то ошибка. Я и Роза разные демоны. Я просто не представляю, чем мы похожи…
- Я знал, что рано или поздно ты найдешь это место, - хмыкнул Кан, от чего я чуть не вскрикнула.
Он сидел передо мной в кресле и смотрел с очень странным выражением на лице.
- Ты давно тут? – спросила я мужчину, оглядываясь по сторонам, других демонов вокруг не было.
- Когда увидел открытую дверь, тогда и вошел. Может минут пять, не больше, - ответил инкуб. – А ты, как обычно, настолько увлеклась, что и не заметила моего приходу. Узнаю прошлую Розу…
- Ты знал о существовании этого места? – спросила я, пропустив слова о моей предшественнице.
- Знал, - кивнул инкуб, - но войти без Розы не мог. Она запечатала свою лабораторию, даже от Леля, когда ушла в пустошь.
- Она так раньше не делала?
- Нет, - покачал головой Кан. – Лель мог пользоваться её лабораторией, да и я иногда. Девчонок некоторых она сюда пускала. Тех, кто артефакторикой увлекался.
- Она знала, что не вернется, - заключила я.
- Вернется, но не скоро, - хмыкнул Лель. – Она тут всё законсервировала, чтобы ничего не испортилось, потому и запечатала помещение. Есть некоторые реактивы, которые за давностью лет, могут прекратить своё действие. Когда мы обнаружили, что Роза нанесла чары, которые пропустят, только её одну и никого больше, то поняли, что она не просто так решила умереть. Она хотела вернуться.
— Значит я была права? Значит Роза пошла сознательно на смерть? – посмотрела я инкубу в глаза.
- Само-собой, - пожал он плечами. – Никто в Аду просто так не погибает, если этого не хочет. Наш мир этого не допустит.
- И ты знаешь, зачем она пошла на смерть? – посмотрела я на Кана с надеждой.
- Есть подозрения, я почти уверен, - с запинкой произнес он, но отвел глаза в сторону.
- И? – поторопила я инкуба. – Ты можешь мне рассказать?
- Это всего лишь одна из версий, наверняка знать можешь, только ты одна, - развёл руки в стороны Кан.
- Я слушаю тебя, - нетерпеливо поёрзала я в кресле, чувствуя, как тревога в груди усиливается.
- Мне кажется, что ей было любопытно, - нехотя ответил Демон, и замолчал, рассматривая полку, где лежало куча недоделанных артефактов.
- Серьезно? – в шоке уставилась я на мужчину. – Ей было интересно умереть? Что за безумие?
- Нет, - хмыкнул Кан, - ей не смерть была интересна, хотя возможно, что и она тоже, - добавил неуверенно он. – Правда этот аспект она уже изучила, причем на себе и не раз.
И он показал мне на большой стол, больше напоминающий прозекторский, что стоял недалеко от нас.
- Видишь это?
- Ага, - кивнула я.
- Здесь мы проводили с ней эксперименты с клинической смертью.
Я рот раскрыла от удивления.
- Серьезно? – перевела я взгляд на демона.
- Лель об этом ничего не знал, - хмыкнул Кан. – И, если узнает, полагаю будет не очень доволен. Так что лучше не распространяйся. Она попросила меня помочь ей. И я помог. Мы провели с ней этот эксперимент незадолго до того, как она отправилась в пустошь. Я вводил её в состояние клинической смерти несколько раз, и выводил. Самое долгое она провела там около часа. Больше я не стал рисковать и вернул её. А после отказался участвовать в подобном. Не хотел, испугался, что она может не вернуться в своё тело.
- И что она рассказала? – подалась я вперед.
- Она сказала, что этого недостаточно, что она толком ничего не успела рассмотреть.
- Хочешь сказать, что во время клинической смерти она побывала на Земле? - недоверчиво усмехнулась я.
- Да, - шумно выдохнул Кан. - Когда она вывела меня из пустоши, по которой я бродил, как последний дебил, и считал, что получил наказание за свои деяния, Роза очень много со мной разговаривала. И сильно заинтересовалась миром Земля. Так как я более-менее мог ответить на её вопросы касаемые химического и физического состава веществ, мы нашли очень много совместных тем. Я думаю, что Роза настолько сильно заинтересовалась этим миром, что решила туда сходить.
- Она не учитывала того, что попадет в тело младенца, и её память полностью сотрется, а мир ей придется познавать с самого начала? – удивилась я.
- Она учитывала это, - ответил Кан. – Но сознательно пошла на риск. Слишком любопытной ей было изучить Землю своими руками, а не слушать чьи-то рассказы. Даже если они были очень детальными. Как я позже узнал, Роза не только со мной о Земле разговаривала, но и со всеми демонами, вышедшими из пустоши. Она и в пустошь ходила, чтобы не только демонов оттуда выводить, но и поподробнее расспросить их обо всем, что они видели. Но не у всех сохранялся рассудок. А те, кто был более-менее готов общаться мало что знали. Ей повезло со мной, и она вцепилась в меня клещом. Мы много времени проводили вместе за беседами о Земле. Она готова была слушать буквально обо всем на свете. А я дурак, принимал это за интерес ко мне.
Инкуб замолчал, а решила спросить его:
- Разве на тот момент она не была с Лелем?
- Были, - покачал головой инкуб, криво усмехнувшись. – Но я не знал о том, насколько сильны их чувства. А еще не знал о том, что у демонов существуют истинные пары. Половинки одной души. Лель был и остается её половинкой. И он первым почувствовал её смерть, даже клиническую. Но находился слишком далеко, чтобы прийти и увидеть наши эксперименты. Тоже случилось и в пустоши. Лель почувствовал её смерть первым.
А я вскочила со своего места, и согнулась от дикой боли во всем теле…
- Мой Лель…, - прохрипела я. — Вот что за тревогу я ощущала сегодня весь день. С ним что-то случилось. Но это точно не смерть!
- Возможно он серьезно ранен? – нахмурился Кан.