37

«Глаза» подпрыгнули и округлились. Метнулись в одну сторону, потом в другую.

Я заорала ещё сильнее.

«Хозяйка, это я!», – раздалось в голове, но я не успела выдохнуть, осознав, что вижу почему-то покрасневшие глаза Себастьяна, и всё в порядке, потому что одновременно с этим что-то тяжёлое упало на кровать позади меня. Я это не услышала, но почувствовала – матрас резко примялся и спружинил вверх.

Мой визг перешёл в ультразвук. Я даже не знала, что способна такие звуки издавать. Подпрыгнув с кровати и, развернувшись в воздухе, будто кошка, я продолжала верещать.

Приземлившись на пол и умудрившись каким-то невероятным чудом не убиться, я оказалась на четвереньках у кровати. Не думая, я схватила первое, что мне попалось под руку (подушка, разумеется) я со всей дури начала колотить то, что ворочалось на моей постели.

Я предположила, что это либо Дмитрий, либо Кайла, каким-то образом ворвавшиеся ко мне в комнату, а потому сил я не жалела, так как лишь этот элемент неожиданности и было тем, что меня защитит. Ведь если бы это был Марк, он бы мне сказал об этом, да?

– ПОШЁЛ ВОН, КОЗЁЛ! УМРИ, СКОТИНА! ЧТОБЫ ТЫ ПОМЕР, МЕРЗАВЕЦ! ВОТ ТЕБЕ, СТЕРВА! СЕБАСТЬЯН, ЗАБОДАЙ ИХ К ЧЁРТОВОЙ МАТЕРИ!

«Хозяйка, стой!», – пытался остановить меня Себастьян, но куда там…

Существо, оказавшееся под моей «атакой» почему-то молчало и не пыталось хоть как-то помочь мне идентифицировать себя, или это я так верещала, что ничего, кроме себя, не слышала. А потому, когда внезапно «включился» весь свет в комнате, я на пару мгновений ослепла и «зависла».

М-да… Поле боя! Ну и картина открылась моему взору, когда проморгалась и поняла, что происходит!

Перья и пух из злосчастной подушки кружили в воздухе и осыпались на кровать белоснежной метелью. Я зависла в позе коршуна над жертвой с замахнувшейся рукой.

Но постели лежал Марк. И, не переставая ухмыляться всё шире и шире, что-то мне говорил, но я ничего не слышала. Судя по его лицу, ему было смешно. Мне – нет.

Я, наконец, поняла, что произошло. На мне всё ещё висело «оглушающее» заклятье Себастьяна. Поэтому я не слышала, что мне говорил Марк. Возможно, и он не слышал меня, я не знаю. Но мои действия были крайне однозначны.

Чувствуя, что щёки начинаю пылать от стыда, я с растерянным взглядом обернулась на Себастьяна. И тут уже на нервный смех пробило меня.

Козёл с выражением абсолютного удивления на морде стоял в нескольких метрах позади. Его глаза и вправду светились красным. На одном роге висела какая-то очаровательная шляпка с широкими полями, на втором – штуки четыре диадемы с изумрудами, через спину перекинуто несколько пар сапог и какие-то золотые цепи, в приоткрытом рту было три золотых скипетра, и ещё парочка валялась на полу под ним. Видимо, выпали изо рта.

Фамильяр смотрел на меня и не моргал. Видимо, обалдел.

– Себастьян, сними с меня, пожалуйста, оглушающее заклинание, будь так добр, – тихо проговорила я.

Смех Марка взорвал мой мир так резко, что я снова дёрнулась и инстинктивно опустила руку с подушкой на Марка. Тот подавился смехом, но почти сразу продолжил гоготать.

И чего смеётся?! Сам виноват! Вот же два придурка с Себастьяном, чуть до инфаркта меня не довели! Разве так можно с женщиной спросонья поступать?! И вообще, как здесь Марк оказался?!

– Ты как здесь оказался?! – решив, что Марк заслужил всё, что я с ним сделала, ринулась в новую «атаку» я. – Откуда?!

– Я услышал твой крик и телепортировался, – давясь смехом, проговорил Марк. – Подумал, может, Кайла что-то затеяла или женишки твои несостоявшиеся. Поспешил на помощь, так сказать. А ты, оказывается, и сама прекрасно справляешься. Подушка – страшное оружие, как выяснилось. Я даже не сразу понял, чем ты меня бьёшь и почему не отвечаешь на мои вопросы, когда первый удар по лицу «словил». И ведь как чётко ты попала, учитывая, что голоса ты моего не слышала, а козлиные глаза в темноте много света не давали. Слушай, а куда это он у тебя собрался с этим всем барахлом? Это дерзкое ограбление по-козлячьи, что ли? Или вы решили от меня сбежать?

– Нет, Себастьян убирается в комнате по моей просьбе, – буркнула я, но договорить не успела, потому что в голове раздался полный праведного гнева голос фамильяра.

«Я не грабитель! – тут же возмутился Себастьян. – Да что он мелет! Ты меня перепугала, хозяйка, до полусмерти. Чего так вопить! А если бы я с тобой рядом оказался, ты бы МНЕ этой подушкой зарядила бы между глаз? Какое неблагодарное и небезопасное это занятие, быть твоим фамильяром!».

– Н-н-н-не знаю, я подумала, ты монстр какой-то. А почему у тебя глаза светились? – только и смогла пролепетать я. – И до сих пор светятся красным?

– Так это ночное зрение у него, чтобы в темноте лучше видеть, – ответил за фамильяра Марк и ехидным тоном добавил: – То есть, это не ограбление, а эксплуатация бесплатного труда фамильяра? Безобразие, разве можно так его эксплуатировать.

«Вот именно! Я тут работаю, не покладая копыт и рогов, а ты меня пугаешь криками и монстром обзываешь!», – обиженно проворчал Себастьян.

– Простите вы меня, конечно, оба, – язвительно фыркнула я. – Но это вы меня до полусмерти напугали! Я чуть не поседела! Сначала мне эти глаза красные снились, а потом я их в темноте увидела, прямо на монстре! А потом какая-то бесшумная громадина упала на кровать из ниоткуда. Я что должна была делать, по-вашему? В обморок рухнуть? Нет! Я русская женщина! Я – в бой! Сначала бей, потом разберёшься кого, таков мой принцип! И козла на скаку остановлю, и в бой с чудовищем бесшумным вступлю, от...фигачу его чем под руку попадёт!

– За чудовище даже как-то обидно, – хохотнул Марк. – Я, вообще-то, как принц, прискакал на белом коне, точнее, на белый матрас, тебя спасать, а ты так не по-божески меня подушкой отходила.

– ВОТ ИМЕННО! – вслух громогласным голосом припечатал Себастьян. – Мне за МОНСТРА тоже обидно!