Глава 31

— Я должен отлучиться на пару дней.

Эта идея мне совершенно не нравилась, но выбора, похоже, просто нет.

Я оттягивал, сколько мог, но Овен остался без защиты дракона уже больше чем на три дня.

Как бы сильно мне ни хотелось быть рядом с женой и поддерживать её в трудный период, оставить целый остров я тоже не мог. Ещё совсем недавно я думал, что победа над братом и кресло наместника принесут мне долгожданное счастье, но теперь обязательства только связывали меня и, как будто, тащили от счастья, как пленного от родных земель.

Дракон должен принадлежать острову и людям.

Его сила и магия питают Овен.

И теперь, когда я выиграл магическую схватку с Маркусом, остров признал меня сильнейшим, а значит, своим защитником. Я не могу отлучаться так надолго. А впереди, ведь, ещё полгода учёбы и экзамены…

Именно поэтому нашу битву с братом откладывали. Невозможно быть Наместником и полгода жить в Академии. Остров без силы дракона столько просто не протянет. И именно на этот аргумент я планировал надавить, чтобы получить свободу от тяжёлых оков власти и обязанностей.

— На пару дней?

Рок поскучнела ещё сильнее. Прижалась ко мне ближе, как будто показывала, как сильно не желает меня отпускать. И это только начало наших трудностей.

В любом случае придётся расставаться довольно надолго.

В лучшем случае, по окончании каникул, я смогу оформить прошение в деканате на отсутствие в выходные. Это при очень хорошем раскладе, где у меня нет задолженностей и Даркстар не наставит мне дополнительных отработок на выходные, как он любит делать, наказывая меня за дерзость, самонадеянность и наглость.

Может случиться, что мы с Рок не будем видеться неделями.

Пока я жене об этом не сообщил.

От каникул между сессиями осталось ещё пять дней. За них мне предстояло решить вопрос с наместничеством, попасть на аудиенцию к Принцу и вернуться в Академию в полной готовности продолжить своё обучение.

— С магической точки зрения я уже Наместник, и остров не может долго обходиться без магии моего дракона и подпитки силами.

Рок не училась в Пансионате, жила на острове, где о драконах знали только из учебников, и совершенно не разбиралась в таких вот простых для любого жителя Альтаиса вещах.

Правда, с большим интересом и любопытством задавала вопросы и внимательно слушала мои пояснения.

Мы много говорили о будущем вечерами. Уставшие от хлопот и попыток вернуть видимость нормальности в наш новый мир.

Я давно столько не работал руками. Помогал мужчинам строить избы, как здесь называли эти деревянные постройки. Мои убеждения, что из камня будет надёжнее, никого не волновали. Тихон упрямо твердил, что традиции надёжнее камня. И мне пришлось взяться за плотничество вместе с другими мужчинами. Я со многими познакомился и с удивлением понял, что никто меня не винит в произошедшем. Меряют не именем, а поступками и принимают как своего, на равных.

Странные ощущения.

Я никак не мог к ним привыкнуть и постоянно ждал откуда-то удар в бок.

— И что теперь? — Рок поджала ноги и накинула на них тёплый вязаный плед. Печь работала отлично, но когда моя жена расстраивалась, то всё время пыталась кутаться во что-то и занять поменьше места. То ли группировалась для долгого выживания в экстремальных условиях, то ли просто хотела стать маленькой, чтобы кто-то её защитил.

— Отказаться от поста можно только в пользу кого-то достаточно сильного. Отец уже отошёл от дел и занят делами комитета. Он точно не вернётся на Овен, чтобы мне помочь. Маркус…

Рок коснулась моей руки и стала поглаживать от пальцев до локтя.

Плечо уже не кровило, но всё ещё болело. Раны от драконьих шипов всегда долго заживают, потому что рвётся не только мышца, но и магическая сеть, которая должна способствовать быстрому восстановлению. Сначала восстановится она, а потом уже рука.

— Он не станет тебе помогать из принципа, да?

Я качнул головой.

— Он не вернулся домой. Я не знаю, где он. Знаю, что он жив, но где — понятия не имею. Так что отказаться в его пользу вряд ли получится.

— Остаётся средний брат?

Я потянулся к небольшому срубленному из цельного куска дерева столику у нашего дивана, налил чай и подал жене кружку.

— На него я бы не рассчитывал. Его дракон гораздо слабее, чем мой и Маркуса. Даже не представляю, что должно случиться, чтобы убедить совет и Принца в такой рокировке. Они скорее заставят меня бросить учёбу и прикажут ректорату закрыть глаза на домашнее обучение с отсутствием в расположении Академии, чем снимут с меня островные цепи. Кроме того, я единственный из трёх братьев женат. Значит, только я могу обращаться постоянно, не привязывая периоды оборота с гоном зверя.

— Тогда что делать?

Рок всегда хотела докопаться до сути. Могла задавать свои вопросы бесконечно. Обычно это меня не напрягало. Сейчас проблема в том, что в этот раз я и сам не знал ответа.

— Я встречался с Романовым, чтобы упредить слухи. Сказал, что санаторий твой сжёг я, на фоне нашей ссоры накануне свадьбы. Он не поверил, конечно, но сделал вид, что слопал эту утку. Официально я несдержанный юнец, который психанул и подверг опасности кучу людей. Такому пост Наместника разве доверишь? Буду продолжать стоять на этой версии.

— Чтобы доверить пост Маркусу…

Я знал, к чему она клонит.

Сам много об этом думал. Раньше мне казалось, что наместник из меня выйдет лучше, чем из брата.

Я мнил себя справедливее и человечнее, но на самом деле, если вспомнить… Буквально на днях, чтобы спровадить брата со Стрельца, я устроил диверсию на своём же острове.

Мой доверенный человек обещал, что никто не пострадает, но обещания не всегда выполняются в точности, как даны. До меня долетели слухи, что пострадали дома и люди. Погибших, к счастью, нет, но это тоже был поступок мальчишки, а не мужчины. Рок я о нём не рассказал. Не то, чем я горжусь, если честно.

— Маркус всю жизнь готовился им стать. Он жёсткий и временами жестокий, очень похож в этом на отца. Он считает, что счастье тысячи можно купить, пожертвовав десятью, и, наверное, для управленца это скорее хорошее качество, чем плохое. Он сильный магически и физически и умеет решать проблемы куда лучше меня.

Я им восхищался в детстве.

Да и потом, в юности, если убрать обиды и стычки, тоже восхищался. Маркус никогда не был хорошим братом, но хорошим сыном, да. Я говорил о нём, как о беспринципном и холодном человеке, но это моё детское ощущение, помноженное на обиды.

Сейчас я понимал, что никогда не был к нему объективен и никогда не дал ему понять, что не желаю гонки или вражды, только подогревал наши разногласия поступками. Не удивительно, что брат тоже считал меня негодным на пост зазнайкой и дуралеем, постоянно пытался проучить и ткнуть носом в созданное мной же дерьмо.

— А если тебя не отпустят?

Я ощущал себя собакой на цепи у конуры, и заданный Рок вопрос крутился в голове постоянно. Я уже обещал ей с присущей мне горячной поспешностью, что останусь здесь, на Стрельце, и мы вместе будем заниматься её санаторием, а теперь выходило, что обещания мои — пустой звук и бахвальство.

Вполне могло сложиться так, что не видать мне ни Стрельца, ни пансионата, ни Академии. Буду сидеть на Овне, как на привязи.

— Сделаю всё, что от меня зависит, — в который раз повторил я ей, убеждая и себя тоже. Только моя жена всегда копала глубже.

— Но вдруг.

Я раздражённо вздохнул, пряча вину в желании налить себе травяного чаю.

— Значит, придётся оставить строительство на Машу и Тихона, а нам уехать на Овна и жить в столице, решая проблемы и руководя жизнью острова. Прости.

Я, похоже, подвёл тебя. Хоть и наобещал с три короба, как тут принято говорить.