Глава 1

– Да стой ты, окаянный! – крикнула Ольга и подобрала полы длинного яркого сарафана. “ Вот я дура! Черт же дернул залезть в теткин сундук и нацепить эту красоту”: – Ойй.. Тут девушка со всего размаха шлепнулась лицом в высокую траву. Сарафан высоко задрался, обнажив ее длинные ноги, обтянутые потертыми джинсами. – Ну погоди ты у меня, – прорычала Ольга и поднялась, выплевывая забившуюся в рот траву и подвязывая полы несчастного сарафана на талии. Трава была горькая и отдавала мятой. Девушка огляделась и на глаза ей попался одинокий подсолнух, невесть как выросший в чистом поле. “Сейчас ты у меня получишь,” – мстительно подумала Ольга и со всей силы дернула растение. Подсолнух даже не вздрогнул. Ольга плюнула на ладони и потянула еще раз. Подсолнух стоял как вбитый в землю столбик. Девушка хмыкнула и задумалась на секунду. Потом двумя руками схватила растение ближе к уже заливающимся чернеющим семечкам и резко крутанула. В результате в ее руках осталась половина стебля с головкой. “Ну, хоть так,” – подумала Ольга, выдохнув. Взмахнула им как мощным боевым оружием и осторожно двинулась вперед. – Цып-цып-цып, – елейно приговаривала девушка, внимательно глядя по сторонам. “Если упущу Фильку, тетка точно не простит. Еще бы. Да она на одних цыплятах от него, считай, и живет,” – с тоской подумала Ольга. Неожиданно справа от себя она увидела гордый профиль Филимона пятого. – Филя! – грозно крикнула девушка и взмахнула подсолнухом. Часть созревших семечек блеснула на солнце. Филимон пятый высоко поднял малиновый гребешок и издал боевой клич. Ольга даже сквозь высокую траву видела, как гордость тетки левой ногой с мощными шпорами деранула по траве. И петух кинулся ей навстречу. Девушка выдохнула, отскочила в сторону и неожиданно подсекла боевого Филимона так вовремя сломанным стеблем подсолнуха. Петух глухо кукарекнул и перевернулся через голову. Ольга прыгнула как заправский ниндзя. Перелетела через Филимона и тут полы сарафана развязались и накрыли возмущенного петуха. Девушка попыталась закутать беглеца поплотнее и взвыла. – С-скотина ты эдакая, Филька! – прошипела она сквозь зубы. – Руку кормящую клевать?! Л-любитель свободы нашелся… Кобелина еще один на мою голову, – скорбно подумала Ольга и прижала пораненный палец к губам. Спеленутый, но не сломленный Филимон принялся скрести шпорами, раздирая подол раритетного сарафана. Ольга ахнула. “ Что тетке скажу?! Фильку нашла, а сарафан угробила. Боже мой… Да они поют в этих вот сарафанах на всех своих спевках,” – подумала девушка но, плюнув на все последствия, прижала Филимона еще сильнее. Слабой девушка не была и Филимон познал это на своем опыте. Но свободолюбивый характер не давал ему сдастся так просто. Филька закряхтел, поднатужился и неожиданно так поддал мощным клювом, что Ольга не выдержала и едва не разжала руки. Из дыры раритетного сарафана на нее глянул налитый кровью глаз. Петух выдал глухое и раздраженное “Ко-о-коо!” Ольга сжала руки и попыталась встать на ноги с беспокойной ношей. Зеленая шелковистая трава с неохотой ее отпустила и белые ромашки качнули головками вслед. Ей удалось сделать два шага по ровному словно на картинке лугу, как земля под ногами неожиданно просела. Девушка почувствовала, что ее засасывает как в трясину. Филька забился сильнее и заголосил, будто предчувствуя скорый конец. Ольга замерла. Она помнила, что когда попадаешь в трясину – главное, не шевелиться. “Трясина… Но откуда тут трясина?!” Сердце колотилось как сумасшедшее. Внезапно колебание земли прекратилось. – Ффу-у, – Ольга выдохнула. Постояла пару минут и медленно-медленно ощупала ногой, обутой в легкие летние кроссовки,  почву под собой. Почва была твердая словно камень. “И ровная такая… Будто плита,” – подумала взмокшая Ольга и вспомнила, ох как некстати вспомнила, фильм про Индиану Джонса. ”Там вот тоже плиты всякие были, ловушки,” – с содроганием подумала девушка. –Ну, раз камень, сейчас в два счета выберусь, – решительно сказала Ольга и, упершись двумя ногами в плиту, рукой ухватилась за плотный дерн сверху. Однако стоило только ей упереться посильнее, как плита, будто того и ждала, беззвучно повернулась градусов эдак на сорок пять, и Ольга вместе с замершим Филимоном соскользнула вниз. Девушка автоматически прижала к себе Филимона еще сильнее и закрыла глаза. Перед ними неожиданно будто наяву пронеслась недавняя картина. Картина была из тех, которую она бы никогда не хотела видеть. Но картина эта как назло так и встала перед глазами. “Да что ж это! Тут можно сказать, с жизнью прощаешься…А последнее, что видишь – голую задницу Сергея. И скрывшуюся под шелковой простыней Ленку. Можно подумать, я сразу не поняла, что это она”, – мелькнула последняя мысль и Ольга наконец-то потеряла сознание.