Глава 22

Сайрус удивленно приподнял брови, хмыкнул. Быстро оглянулся на Ольгу и улыбка вдруг промелькнула на его сжатых губах. Ольга стояла как раз там, где надо. Прямо за его спиной, где-то в полуметре от двери. Девушка была явно напряжена. Брови сведены, коса закинута за спину и выражение лица прямо такое боевое. И глаза ее мерцали в полумраке коридора как две лазурные звезды. Она вопросительно взглянула на Сайруса. Что, мол, улыбаешься, охотник? Кто там, за дверью? И граф одними губами прошептал: – Принимайте гостей, лана Ольга. Мужчина отпер дверь. На пороге гостиницы стояли две женщины. Одна возраста чуть старше Ольги, двугая явно годилась ей в матери. И та, и другая были в низко надвинутых капюшонах. Увидев мужчину, который открыл дверь, старшая из женщин шарахнулась в сторону и привалилась к стене. – В-вы кто? – громко спросила она и схватилась за сердце. – Мама, мама! – кинулась к ней молодая брюнетка, откинув свой капюшон. – Что с тобой! – Любезный, – повернула она свое холеное лицо к Сайрусу. – Извольте взять наш багаж. Ведь у вас найдется комната на ночь? Сайрус онемел. Кем-кем, а вот “любезным” его еще не называли. Мужчина мгновенно оглядел себя . Темные бриджи, белая рубашка с тисненым шитьем и кожаный жилет. Стандартная его повседневная одежда. А вот заезжая дамочка явно приняла его за слугу. Охотник хмыкнул. Пожалуй, так даже лучше. – Дорогая, – простонала пожилая матрона, обмахиваясь рукавом, – помолчи минутку. Дама выпрямилась и в свою очередь откинула капюшон. И во все глаза уставилась на Сайруса. Вот она как раз в мгновение ока заметила и тисненое шитье на рукавах белой рубашки, и дорогой материал темных облегающих бриджей. – Эмм, – замялась она на секунду. – Прошу простить нас, уважаемый, – и она вопросительно уставилась на Сайруса, – Сайрус, – был вынужден представиться охотник. Титул свой он решил не называть. – Моя дочь, Белина слаба зрением и не поняла сразу, кто перед ней, – извиняющимся тоном произнесла дама. Мы Сотели, мать и дочь Сотели. И она посмотрела на Сайруса, явно ожидая его реакции. Сайрус поднял бровь: – Каким же образом жена и дочь уважаемого купца Северина Сотели оказались в наших краях? – Ах, любе…уважаемый Сайрус, – выдохнула матрона. – В гости, в гости к дорогой подруге наконец собралась. Да смотрю, не она открывает по обыкновению, а незнакомый мужчина. – И она испытывающе на него посмотрела. А где же сама Павлиночка? Отдыхает? – Павлиночка? – тупо повторил охотник. Вы о пролане Павлине говорите? – дошло до него наконец. – Ну конечно, о ней. О хозяйке гостиницы, – чуть раздраженно ответила старшая Сотели. Дочь же ее, Белина, стояла рядом, опустив глаза. – Так подруга ваша уже пять лет как продала эту гостиницу, – решительно ответил Сайрус. Вы что же, не знали? – Как продала?! – чуть не вскричала матрона и беспомощно повернулась к дочери. Белина пожала плечами. – Удивительно, что вы этого не знали. Да, продала и уехала, – отрезал охотник и с подозрением посмотрел на купчих Сотели. – И вы не знаете, куда? – дрожащим голоском спросила потерявшая весь апломб Белина. Сайрус развел руками. – Не имею ни малейшего представления. – Вот как…, – протянула пожилая дама. – Ну что же, Белиночка. Не будем задерживать господина Сайруса. Нет, так нет. Старшая Сотели повернулась, подхватила дочь под руку и обе дамы удалились к ждавшему их в отдалении экипажу. Охотник с отвисшей челюстью смотрел им в спины. Когда экипаж убрался восвояси, из -за двери выглянула взволнованная Ольга. – Сайрус, кто были эти дамы? Чего они хотели? – она с нетерпением ждала ответа и теребила кончик растрепанной косы. Что это были вовсе не постояльцы, она уже поняла. Мужчина очнулся и повернулся к Ольге: – Жена и дочь одного зажиточного купца, Сотели. А хотели.. Искали бывшую владелицу гостиницы. Очень удивились, когда  открыл им я. Сайрус задумчиво посмотрел вслед давно умчавшемуся экипажу. Ольга тоже. Она, конечно, не смогла остаться в стороне. Подглядывала в щелочку. И стоило ей только увидеть на пороге двух женщин в капюшонах, как девушка вспомнила свое виденье. Ну, виденье не виденье, но вот тогда, в столовой, когда Сайрус готовил первый завтрак, эта картинка вдруг явилась перед глазами. Будто наяву. Ольга покачала головой. Нерешительно посмотрела на Сайруса. А потом тихонько сказала: – Сайрус… Вы знаете, я, – тут девушка смутилась и запнулась. Охотник мгновенно повернулся: – Да? Ольга махнула рукой: – Да так, ничего… Просто мне показалось… Сайрус внимательно посмотрел на порозовевшую девушку: – Ничего или показалось? – охотник невольно залюбовался Ольгой. Этот румянец, это смущение невероятно шло девушке. Делая ее слабой, беззащитной. Такой, которую хотелось опекать и о которой хотелось заботиться. Но охотник быстро отмел эти мысли в сторону. Потому что сейчас его интуиция просто вопила: внимание! Ведь Сайрус как никто отличался завидной интуицией, почему и был лучшим из охотников. Почему, собственно и отказывался от предложения Линуса обучать молодежь. Как можно научить интуиции, вот скажите? Она или есть, или нет. Таково было личное убеждение Сайруса, и никто не мог его в этом переубедить. Поэтому Ольгино “показалось” было для него не пустым звуком. Охотник привык обращать внимания на мелочи и оговорки. Ольга пожала плечами, а потом решительно выпалила: – Я видела этих двух дам. Сайрус поднял бровь. – Нет, не так. Сейчас все объясню. Когда вы ходили готовить завтрак, в кухню, а я сидела за столиком в столовой, помните? Конечно, Сайрус помнил. Еще бы не помнить, когда он так хотел накормить несчастную пришелицу, а все пошло вразнос. – Вот, – обрадованно продолжила Ольга. – Тогда у меня и это случилось, ну…видение или типа того, не знаю, как назвать. Сайрус сосредоточился и внимательно посмотрел на Ольгу. Девушку неожиданно бросило в жар. “Да что ж такое-то! Сколько можно краснеть”, – Ольга зло вздохнула и тряхнула косой. – Короче, я их увидела. Ну, может не именно их, а двух дам в надвинутых капюшонах, которые стучались во входную дверь, – закончила наконец Ольга. Конечно, девушка не стала говорить, как после этих дам вообразила себе двух боевых парней. Ни к чему это. “О боже! – вдруг обомлела она. – Это что же получается, и парни так вот возьмут и придут? Я что ли провидицей стала. Мама. Типа Ванги. Нет, надо все это выбросить из головы. Это я фильмов насмотрелась. Нервы и вообще.” Сайрус же напряженно замер и не шелохнувшись слушал девушку. – Значит, в столовой, – протянул он. Закрыл на минуту глаза и глубоко задумался. Ветерок, теплый и уже по-настоящему  летний, развевал его непослушные темные волосы. А когда открыл, сказал резко: – Ольга, пойдемте-ка в дом. Да что же такое! Ольга только-только вдохнула свежего, горного иномирного воздуха – и в дом. А ей так хотелось  обойти вокруг ее нового вынужденного жилья. Произвести осмотр, так сказать, новых владений. Принять хозяйство и вообще. Она поджала губы и хотела было сказать об этом охотнику, как из дома послышался гневный вопль боевого Филимона.