Глава 115

Момент приземления я прочувствовала особенно остро: с тошнотой, головокружением, болью в висках. Вцепившись в руку своего орша, сжимала его пальцы так, словно делала это в последний раз.

— Плохо ты, родная, перегрузки переносишь, — шептал Лукер. — Надо у Нума препарат какой-нибудь взять. А то как летать по твоим экспедициям?

— Да я что-то не уверена, что хочу еще куда-нибудь, — простонала я малодушно.

— Перестань, — он улыбнулся. — Все быстро забудется. Мы еще с тоской Ялвиру вспоминать будем. Знаешь, там, рядом с тобой, я, наконец, почувствовал себя словно на своем месте. Стал нужным. Кем-то очень важным. И мне это понравилось. Ты та самая частичка моей души, без которой я маялся и не мог никуда приткнуться. Будут у нас с тобой экспедиции, Петуния. Ты доучишься, я получу свой диплом, и все завертится. Будем таскать растения Астре с Дагеном, близняшкам для их ландшафтного озеленения. У тебя будет своя хищная оранжерея. Защитишь со временем докторскую. Станешь у меня, как дед, профессором. Ты не представляешь, какая это гордость. Такая малышка и на меня внимание обратила. Добился.

— Ты смущаешь, Лукер, — тихо призналась. — Я же заучка...

— Глупышка, ты цены себе не знаешь. Для меня ты сокровище. Я тебя, Петуния, выстрадал. Мне всегда все давалось легко. Маленьким был — просто указывал пальцем на желаемое, и братья мне это тащили. Подрос, и все женщины мои... Уж прости...

Я нахмурилась.

— Да, цветочек мой, отпор мне дала лишь одна, та, которую я по-настоящему желал. Это словно издевка вселенной. Но поверь, это научило меня многому. Я тебя всю жизнь на руках носить буду. Только люби и смотри на меня с таким же обожанием. Большего и не прошу.

— Обещаю, — клятвенно поклялась и поморщилась.

Корабль мелко затрясло. Тошнота усилилась. Я вновь вцепилась в руку Лукера, чувствуя, как перед глазами расплываются красные круги.

— Петуния, — в голосе мужа я слышала тревогу. — Пети... Пети, не пугай... Да... — он выругался так, что уши покраснели. — Далам! Далам, сюда!

Его вопль, наверное, услышали даже в космопорту.

Громкий топот ног. Голоса.

— Что с ней? — меня перевернули на спину.

Я все понимала, слышала, но при этом не могла и пальцем пошевелить. Круги перед глазами краснели и становились все шире. Меня мутило, и очень хотелось сжаться в комочек и замереть.

— Петуния... Пети, — меня тряс явно Кирр. — А-а-а, да что б тебя... Не выдержала. Говорил же, жестко садимся. И что, выкружили несколько минут, а теперь кого Нуму сдавать?

— Что ты спрашиваешь? — Лукер голосил как здоровый. — Открывай люк, выдвигай трап и выноси всех, начиная с моей жены.

... А дальше началось что-то такое... Суматоха, но организованная. Вопли. Крики. Мое плечо обожгло сначала одним уколом, затем вторым...

Носилки сдвинулись, и перед глазами поплыл потолок.

— Кирр, куда ты ее?

Кажется, голосил Риме.

— Нум уже у трапа, а ее в чувства привести проще всего...

— Там и Лэксар, — а это кричал, кажется, Мити. — Старший поможет всех расположить. Следи, чтобы Петунию не стошнило, на бок ее поверни...

Меня приподняли и переложили как тряпичную куклу. Нет, ну так стыдно стало. Нормально же держалась, а теперь что...

Теперь перед глазами плыли белоснежные панели стены. Вдруг они оборвались. Темный переход, и в лицо ударил свежий воздух. Я сделала глубокий вдох, за ним еще один.

— Это Петуния Войнич, — раздался рядом незнакомый голос. — Что с ней?

— С дороги, у нас на корабле каждый второй раненый, — зарычал зверем Кирр. — Брат, помогай ей. Совсем плохо.

Шаги, и надо мной нависла тень.

— С Лукером что? — а этот голос принадлежал Нуму.

— Лежит. Тяжелый. Перед ней, конечно, храбрился, но заряд поймал мощный. В Пети стреляли, он ее буквально своим телом закрыл.

— Да космос вам на голову, детки, что у вас там случилось?

Профессор Тримашка, наверное, именно услышав его, я осознала, что всё! Вернулись!

— Кирроси, мальчик мой, что случилось?

— Рабовладельцы случились у нас, — прокричал он. — Еле живые ушли. Нарвались уж на кого не ожидали. У них же еще двух девочек из команды этой, как ее там, отбили.

— Элика. Где моя дочь?

Опа... Я мысленно приподняла бровь. Папаша прибыл пропажу искать. Ничего в душе не дрогнуло. Вообще никак. Сам вырастил тварь.

— А мне почем знать? Кинула она там своих помощниц, даже искать не стала. Отослала куда-то рогатых. И, собрав ящики с растениями, укатила в космопорт. И плевать ей на всех! Мразь!

Кирр говорил так, словно пощечины отвешивал.

— Она не долетела, — незнакомец гонор поубавил.

— Ну так летите туда и ищите. Хватило же у вас ума дочь отправить в такую дыру в сопровождении двух стриптизеров. Что вы к нам сюда явились? Да если бы эти две девочки, близняшки, нашим братьям не приглянулись, никто бы их и искать не стал. А так спохватились и нарвались. У нас брат чуть там не полег.

— А Элику? Ее вы не искали?

— Да нужна она нам, на такую взглянешь и сплюнешь, — а вот это уже выдал Далам.

Я попыталась сфокусировать взгляд на трапе. Он держал на руках Ялу.

— Нум, мы тут совершенно случайно еще одну у уродов девочку отбили. Но нога у нее... В общем, у тебя не четыре, а пять пациентов. С Петунией что? Там Лукер бьется. Приводи ее в себя. Брат и без того плох.

— Вот не учи, меньшой, — раздалось надо мной.

— Да где моя дочь? — рядом истерил папочка Соели.

— Рот закройте, — раздался грубый рык Лэксара. — Куда отсылали, там и ищите. Вам же сказано было — бросила своих и свалила в космопорт.

— Почему ее не искали?

— Вам правду? — мило поинтересовался Риме, я не заметила, как он появился возле носилок со мной. — Не искали, потому что нам глубоко плевать, жива она или нет. Попала ли к рабовладельцам или ее цветок какой сожрал. Мы забрали только свое. Поэтому свалили отсюда и не мешайте. Вашу тварюшку мы в глаза не видели после ее отлета.

— Да как ты смеешь, знаешь, кто я такой?

— А знаешь, кто мою невесту, а теперь уже жену, продал в рабство за сто цветочков? — Дупел сбежал с трапа и неожиданно грубо обхватил Соели за затылок, склоняя к себе. — Тебе по секрету сказать, что, веселясь, поведала нам твоя дочь перед отлетом, когда мы стали спрашивать, а где же девочки. Ну, как я и брат могли улететь с Ялвиры без найденных там невест? Рассказать или сам знаешь? Ты, смертник, мою жену в сто кустов оценил! В сто сорняков! И сейчас ее вынесут с распоротой головой и трещиной в ребре. Избитую. А ее сестренка, возможно, лишится зрения. И угадай, на кого я охоту открою, если вдруг это избиение хоть как-то отразится на их психике? М?

— Ты... — Соели захрипел.

— Я, — прошипел Дупел, — именно я... Запомни меня. Хорошенько запомни! Не повезло тебе, мужик... Я за свою жену тебе хребет переломаю.

— Вы бы ему на слово поверили, — Лэксар усмехнулся. Он стоял рядом с профессором Тримашка и не вмешивался. — Но я сам этим делом займусь. Пострадал мой брат первой крови. А это просто так не оставишь. Вы себе разом столько врагов приобрели. Но оценить женщину из нашей семьи в сто сорняков... Даже двух женщин. Это было огромной глупостью с вашей стороны. Бегите на Ялвиру, пока есть возможность, и прячьтесь там. Хотя вряд ли это вас спасет.