Глава 64

Он не признался, интриган.

Так вот и летели над буреломом. Под нами ползали редкие животные. Шевелили поврежденными листьями некрупные кустики.

И вроде бы и пожалеть их, да только они в выигрыше оказались. Ну, подумаешь, слегка примяло, другие вон лежали с переломленными стеблями и непонятно вообще, смогут ли восстановиться. Эта часть Ялвиры еще пару дней назад была густо заселена гигантскими видами хищных цветов. Такими, что могут и нас заглотнуть и не заметить.

Я поежилась от этой мысли и, сложив руки на груди, принялась крутить головой.

— Замерзла, Пети? — Лукер воспринял мое состояние по-своему.

Выдохнув, качнула головой.

Заморозки прошли, но теплее не стало. Нам пришлось обогревать палатки и душевую, в которой и засели гордые кендалийки.

Хотя мне уж точно жаловаться не приходилось. Меня своим огромным телом согревал орш. Не приставал, не распускал руки, а обнимал и нежно прижимал к себе... проходимец!

Приручал!

Но холодно было не одним нам. Мы хотя бы теплокровные, чего не скажешь о цветочках. Им приходилось изловчаться, чтобы добыть необходимые питательные вещества. Стебли гигантских хищных лиан толщиной с человеческое тело извивались словно змеи, пытались выползти из-под поваленных деревьев и переползти к уцелевшим. Им жизненно важно было забраться выше, туда, где доставали теплые лучи местной звезды.

Те, кому это удалось, скручивались вокруг толстых веток, словно удавы, и расставляли огромные метровые листья, отбрасывая тени на землю.

Они грелись, как бы странно это ни звучало.

— Лукер, в сторону, — раздалось громкое из динамиков.

Мой орш резко уклонился вправо, едва не попав в ловушку. Подпрыгнув от страха, я обернулась. Близняшки нас догоняли. И они явно не видели опасности. Да и маневр наш могли не понять.

— Предупреди их, — шепнула я.

— Не-е-ет, — на лице Лукера появилась зловещая улыбка. — Девочкам придется немного поразмыслить о том, на чьей стороне им выгодно быть. Или хотя бы рассказать нам, что ими движет. Победа напрямую выгоду принесет лишь Соели как главной. Они же не получают от нее ровным счетом ничего, как я или братья. И вот вопрос, что им пообещали? Если все получится, так и узнаем.

Катер близняшек приближался к опасному месту. Повернувшись, я поставила колено на сиденье и уставилась в заднее окно.

Огромная хищная лиана-хамелеон медленно ползла по стволу дерева, сливаясь окраской и узором с корой. Она оплетала его, словно живой канат. Здоровые клиновидные листья раскачивались и прикрывали то, что я до этого момента не заметила — мясистый бледно-зеленый бутон, он источал сладкий дурманящий аромат. Это была приманка. Надежная и смертельно опасная.

Ее размеры потрясали.

— Она явно не насекомых приманивает, — выдохнула я, смекнув, что местных опылителей такая махина в себе и не заметит.

— Мне главное, что катер туда войдет без труда, — ошарашил меня Лукер.

— Вы с ума сошли! — я смотрела на него во все глаза, пытаясь понять, он шутит или серьезен.

— Небольшая шоковая терапия. Тварь эта, зеленая, металл не разъест за пару часов. А больше нам и не надо.

— Лукер! — мне совершенно не нравилась их затея. — Нельзя так. Это... это же опасно! Они могут пострадать.

— А если бы не тащились за нами раз за разом, не пострадали бы? — он приподнял бровь. — Эти малышки знали, куда суются и что им предстоит. Мы могли не оказаться столь милыми, Пети. Пусть прочувствуют, что с ними произойдет, заглуши я наш сигнал и потеряйся они в подобном месте.

— Но... Лукер... — я выдохнула, заламывая руки от страха.

— Вот поэтому я тебе ничего и не рассказал, Петуния. Добрая ты и нежная. Даже в соперницах пытаешься подруг видеть. Вот только я не такой. Совсем не такой. Моя девочка должна одержать победу и взять этот грант, значит, я расшибусь здесь, но он будет твоим.

Я протолкнула вставший в горле вязкий ком. Лукер не шутил. Он был настроен решительно.

Близняшки поравнялись с деревом, на их пути вдруг распрямился огромный лист лианы, закрывая им обзор. Они дернулись было вправо, но не успели. Лиана подняла свой жуткий бутон, раздвигая лепестки, усеянные острыми длинными шипами. Из него с невероятной скоростью выбросился гибкий отросток — пестик. Он оплел катер и потащил его в «пасть» лианы. Девочки замерли и уставились на нас.

Закрыв глаза, я представила, как им сейчас страшно.

— Лукер, — раздался голос Дупела из динамиков. — Они попались. Сколько ждём?

— Пусть их затянет, а там начнём связываться, — ответил мой орш, на его лице не дрогнул ни один мускул.

Он снизил скорость и дал чуть левее, чтобы исчезнуть из поля зрения близняшек.

Последнее, что я смогла различить — их катерок наполовину скрылся в мясистой, пульсирующей ловушке.

Мне стало по-настоящему страшно.

— А вдруг они решат выбираться из катера и на ногах выползать наружу? — шепнула я.

— Там шипы, так что это в принципе невозможно, — ответил за Лукера Мити. — Всё, что они могут — это сидеть внутри в полумраке и надеяться на нас.

— И вы на такое согласились? — я не могла в это поверить.

— А что делать, если они пытаются крутить нами, использовать в своих целях, но при этом грубо отталкивают и пресекают любую попытку поухаживать за ними? — голос Дупела звучал грубо. — Я не мальчик, чтобы мною, как игрушкой, крутить. Спасти, конечно, спасем, но хоть узнаем, что о нас в действительности думают.

— Всё, их скрыло, — сообщил Мити. — Можете лететь куда надо, мы их часик подержим без связи. А уж потом начнем переговоры. Ты главное сигнал их заглуши, чтобы Соели не просекла.